Ушастый Купидон - Любовь Вакина

Кто же этот гад?! Почему она так смеётся над его шутками? Над моими так не ухохатывалась! Злость на невидимого соперника затопила меня. Я стал вычислять кто он. По всему выходило, что это кто-то из знакомых в России. Ах вот из-за кого она так спешит расторгнуть контракт! Я понял, что мне нужно срочно выпустить пар, иначе я сейчас сорвусь и наговорю много лишнего, а потом буду сожалеть.

Приказав охране позвонить мне, как только Ирина пойдёт домой и не выпускать её до тех пор, пока не спущусь, я вернулся к себе. Там сделал тьму отжиманий. Лишь ощутив усталость в мышцах, сел за стол и стал работать.

Прошло больше часа, а с охраны так и не позвонили. Яростно захлопнув ноутбук, пошёл вытаскивать мою переводчицу с работы.

Она всё ещё общалась со своим придурком. Спокойно, Олег, спокойно. Постучись в стекло, как будто ты только что её увидел.

Моя Снежная белочка подняла голову, и улыбка сползла с её лица. Доброжелательное выражение сменилось на встревоженное. Правильно, пусть поволнуется. Чувствует, что крутить любовные интрижки в офисе наказуемо.

Изобразив удивление, я постучал по циферблату наручных часов. Она испугалась ещё больше и показала, что закругляется.

Ничего, пускай потешит себя иллюзией выбора. Совсем скоро она захочет быть со мной, и только со мной.

Через полчаса мы встали в пробке из-за того, что где-то впереди два барана не поделили дорогу. Мимо нас по спасательному коридору проехала скорая и несколько полицейских машин.

– Удивительно, что никто не пытается проскочить пробку по свободной дороге между полосами, – нарушила молчание Ирина.

Я был рад возможности разрядить обстановку и поделился тем, что знал сам:

– Здесь очень быстро можно лишиться водительских прав.

Я рассказал про систему штрафных баллов, набрав восемь штук которых в Германии пришлось бы отдать водительских права. Получить новые не так-то просто. Один психологический тест чего стоит – его по статистике лишь шестьдесят процентов людей сдают. Ирина слушала, молча, не проявляя особого интереса, чем несказанно меня раздражала. Что ей стоило не изображать из себя холодное равнодушие, а открыто признать, что я ей нравлюсь. Уверен, если бы я мог читать её мысли, то узнал бы, что она только и мечтает о том моменте, когда окажется подо мной.

– Мои родители дружат с родителями Кравец. Когда я и она ещё пешком под стол ходили, наши предки в шутку договорились, что мне со Стешей нужно будет непременно пожениться. К счастью, Стеша оказалась на редкость разумной и став взрослой лишь посмеялась над этой псевдо-помолвкой. Она так же, как и я, уговаривает своих даже не заикаться об этой бредовой идее о свадьбе.

Я специально назвал мою подругу детства не Стефанией, а Стешей, надеясь увидеть, как переводчица ревнует, но увы, мои желания сегодня не спешили воплощаться в реальность.

– А ты что думаешь? Получилась бы из нас со Стешей примерная семья?

Ирина устало откинулась на спинку и прикрыла веки.

– Да, вы друг друга стоите. Если нужен совет, то послушай родителей и женись на ней.

Что за неправильная девушка мне попалась! Я был возмущён. Да все мои бывшие подруги сейчас бы как на иголках сидели и трещали, не закрывая рта о том, какая Стефания стерва. Да, то, что она заноза в заднице только совсем слепая и глухая девочка не поняла бы. Моя Снежная белочка ни слепой, ни глухой не была, так в чём же дело?! Как она может быть настолько равнодушна?

– Знаешь, мне так одиноко здесь, в Германии, – понизив голос, зашёл я с другой стороны, – вроде кругом люди, но я их никого не знаю. В Москве, как в большой деревне, куда не приди – везде знакомые лица. Особенно вечером тоска нападает.

Ира хмыкнула.

– Так пригласи кого-нибудь из Москвы к себе в гости. Настоящие друзья ради тебя на многое способны. А если ты им оплатишь перелёт и поселишь за свой счёт, то уверена, что из желающих очередь выстроится.

Ура! Её голос потеплел. Вот, наконец, я нашёл нужную точку. Теперь буду сюда давить. Кто бы сомневался, что она не устоит! Я ведь такой красивый и обаятельный мерзавец. Да она скоро опять сама на меня набросится с поцелуями!

Мне нестерпимо хотелось дотронуться до неё. Я положил руку ей на колено, вполне себе скромно, однако она моментально возмутилась.

– Убрал свою конечность, – таким холодным тоном сказала моя Снежная белочка, что просто удивительно, и как только стёкла морозным узором от её слов не покрылись!

Я уступил, но в ответ выдвинул собственное требование:

– Ирина, посмотри на меня!

Она медленно перекатила голову по спинке сиденья и эффектно подняла пушистые ресницы, чтобы взглянуть с усталой обречённостью. Ха! Да, она со мной кокетничает! Это всё напускное, чтобы скрыть свой немалый интерес к моей персоне.

– Друзья могут отвлечь. А разогнать тоску в сердце может только тот, кто по-особенному дорог, – в этом месте было бы здорово пустить слезу, но я не умею, пусть довольствуется тем, как проникновенно я сейчас смотрю. – Так, как для тебя, я ещё ни для кого не старался!

Если она не оценит, то у неё просто нет сердца!

В её выражении лица ничего не изменилось. Одно слово – снежная.

– Я сочувствую твоим близким. Если это максимум того, что ты для них можешь сделать…

Она не договорила.

– Вот, мрак! Как ты можешь всё так передёргивать!

У меня слетела проникновенно-трогательная маска. Теперь я был зол, очень зол.

Ира махнула в мою сторону рукой и вальяжно посоветовала:

– Ах, не бери в голову!

В ответ на моё бешенство она улыбнулась, а ведь должна была испугаться!

– Знаешь, ты меня бесишь! – честно признался я.

Моя переводчица кивнула.

– Понимаю, это все потому, что ты никак не можешь придумать, что ещё попросить у дедули с папулей. Они готовы выполнить любую твою прихоть, но заставить живого человека пойти против собственной воли и желаний не в их власти.

Я с силой ударил по рулю. Раздался гудок. Водители потеснились, уступая дорогу. Проехав немного, мы достигли, наконец-то, места аварии и дальше поехали по полупустому автобану.

Ничего! Сейчас