Украсть своё - Агния Валевская

Еду на Кутузовском и зачем-то, не доезжая театра Куклачева, смотрю вправо, где вижу девушку похожую на Машу. Пялюсь на нее сколько успеваю, пока машина не уезжает вперед, и не верю своим глазам, но уже в зеркало заднего вида узнаю также ее упыря. Вот так встреча. Внутри воспламеняется уже потушенное, как я думал, пламя, а потом и нахрен все взрывается, когда я соображаю, что до театра Куклачева находится, сука, ЗАГС!

Они че поженились?!

Готов развернуться и вернуться по встречке, чтобы разобраться с этим козлом. Но ладно он — чем Маша думала?! Я же мысли даже не допускал, что у них настолько все серьезно!

Стоп…

Маша была довольно просто одета — какое-то темное платье. Не похожа она была на невесту. Да и где все? Хотя бы пахан ее?

Ок, если не женились, то зачем тогда они туда ходили? — туплю я, пока наконец до меня не доходит, что чтобы пожениться, нужно подать заявление.

Это осознание радует, но не очень. Все равно мне стремно и чешутся не только руки ушатать этому жениху, но и кастет, которого у меня сроду не было.

Решаю реально развернуться, только все же не нарушая правила, но проехав несколько километров до поворота, теряю время и возле ЗАГСа уже никого не вижу. Что, возможно, к лучшему, потому что я реально мог наделать дел об его рожу.

В офис приезжаю на взводе и никак не могу успокоиться, подсознательно выискивая, на ком могу выместить злость. А это неправильно. В итоге сворачиваюсь и пулей лечу в зал, только не в тренажёрку, а ищу Ахмеда, который проводит занятия по боксу.

— О, привет!

— Здорова, — жмём мы друг другу руки. — Я — Женя, — представляюсь я — мы раньше не занимались, только пересекались здесь, поэтому он вроде меня и знает, так как часто виделись, но только на лицо.

— Ты меня искал, Катя сказала.

— Да. Ты свободен сейчас? Грушу надо побить.

— Да, свободен. Пошли.

Я переодеваюсь, и, пока Ахмед разговаривает с кем-то на входе, не дожидаясь его, начинаю бить грушу голыми руками.

— Ээ, ты че? Мне тут кровью пачкать не надо. Надевай перчатки! — строго говорит Ахмед, подойдя ко мне.

И хоть понимаю, что не в испачканной груше дело, а в моих стёртых руках, но возразить не могу. Хитрый он, однако.

— Так. Я сразу понял, что ты неспроста ко мне. За все время ни разу не приходил, значит что-то реально триггернуло. Но давай так. Какая у тебя цель заниматься со мной сейчас? Если просто выместить зло на груше — ок, только перчатки все же надень. Но если захочешь — могу научить, как выместить гнев более эффективно. Решай.

— Более эффективно? Это как? — удается ему меня заинтересовать.

— Дело в дыхании. Смотри… — начинает наставлять Ахмед.

Зря я раньше не занимался. Меньше ударов пропускал бы. А с другой стороны, меньше и от меня получали, хотя получали итак знатно.

Вспоминаю из-за каких мелочей раньше были стычки и понимаю, что ни одна не сравнится с серьёзностью происходящего сейчас. Казалось бы, вот реальная причина, а знаю, что кулаками здесь практически ничего не решить — бессмысленно просто избить его. Маше ещё жалко его станет, а меня тогда окончательно запишет в мудаки.

После тренировки мысли удивительным образом приводятся в порядок. Но все же не до конца — основной вопрос моего состояния не решен. Поэтому приняв душ, я смотрю на часы и еду в студию к Маше. Только подъезжаю и вижу, как она садится в такси. Решаю ехать за ней.

Впервые так шпионю за кем-то и узнаю, что работа эта непростая, особенно в текущих условиях: во-первых большой поток машин, в котором легко упустить из вида такси, каких полно, во-вторых, не присядешь на хвост, потому что машину мою Маша знает, а обозначать себя раньше времени я все же не хочу — вдруг ей взбредет в голову поиграть в прятки, а мне это не нужно — я хочу поговорить с ней.

Наконец мы доезжаем, Маша выходит из такси. Паркую машину где-попало, рискуя нарваться на штраф или эвакуатор, и иду за ней.

— Маша, — окликаю ее, когда она собирается повернуть за угол дома — не знаю ее дома или не ее.

Она поворачивается, видит меня и то, что отображается ее глазах, точно не назовешь спокойствием.

— Ну, привет. Давно не виделись… — говорю, подойдя к ней.

Глава 13. Три дня до свадьбы

Маша

Разглядываю свой шрам, стоя перед зеркалом в новом белом белье, купленном специально для свадьбы и брачной ночи, которое состоит из бюстье и трусиков с высокой посадкой. Как ни пыталась найти комплект, который прикроет хотя бы большую часть шрама, не смогла — такого просто не существует. Не покупать же белый слитный купальник, тем более, что Рома уже все видел.

Раньше думала, что интересно было бы посмотреть в глаза человеку, из-за которого всегда буду стараться скрыть свой живот, никогда не надену раздельный купальник, никогда не смогу покрасоваться перед своим мужчиной в нижнем белье. Но потом простила. Да и что толку увидеть его? Он вряд ли проникнется моей трагедией и попросит прощения. Тем более папа сказал, что разобрался с ним — это был какой-то то ли пьяница, то ли наркоман, и скорее всего второе, потому что то, как папа злился, вспоминая о нем, точно не было похожим на злость на обычного человека. Хотя машина вроде была нормальная — это все, что успела запомнить, перед тем как почувствовать удар и отключиться.

А до свадьбы осталось три дня, не считая сегодняшней ночи.

После того разговора с Женей прошло уже около месяца. Впрочем, я могу назвать и точную дату — в тот день мы с Ромой подали заявление в ЗАГС.

Вновь вспоминаю ту нашу встречу возле моего дома.

— Тебя можно поздравить?

— С чем? — слишком пьяняще действует на меня близость Жени, и я теряю возможность мыслить. А еще я, оказывается, безумно по нему соскучилась.

— Почему ты не сказала, что собираешься за него замуж?

Женя делает выпад в мою сторону и упирается одной рукой о стену позади меня. И хотя я спокойно могу уйти в другую сторону, все равно почему-то стою и терплю его близость в тридцати сантиметрах от себя. Да, именно терплю,