Свободу белой ведьме! - Рокси Торн

лиер Тайрин! — Преувеличено бодро отрапортовала я, под неодобрительным взглядом Элины. — В рамках взятых на себя обязательств, готова приступить к выполнению своих обязанностей по исцелению таинственной незнакомки, не щадя магических сил и не взирая на неминуемые последствия для моей бренной тушки.

— Паясничаешь? — Недобро прищурился Тайрин. — Раз такая смелая даю тебе час на сборы. — Отрезал он и метнулся из комнаты с такой скоростью, что на окне заколыхались пыльные занавески.

— Объяснишь, с чего вдруг на него взъелась? — С интересом рассматривая меня, спросила ведьма, устраиваясь поудобнее в изножье кровати. — Если эта та незнакомка, о которой я думаю, то ты зря ревнуешь.

— И ты туда же, — взглянула на неё исподлобья и обиженно отвернулась. Ну а чего скрывать, не даёт мне покоя эта «пациентка», я может виды на Тайрина имею. Собственно, это я всё без утайки и рассказала Элине. Она и про меня в курсе и про незнакомку знает, сдаётся мне, что та ведьма, к которой первой обращался этот нервный товарищ и была именно она.

— Вам бы поговорить уже, — по-доброму улыбнулась Элина поспешив покинуть меня, виртуозно уходя от разговора.

Нормально, да? Один нарычал, вторая заинтриговала и отчалила. И оставили меня один на один вариться в собственных ревности, злости и любопытстве. И даже Кнопка куда-то испарилась. Вот кто так с умирающими поступает?

Кряхтя и шатаясь, как потрёпанное полотнище на ветру, я выпала во двор, буквально рухнув в объятия все ещё злющего следователя. А тот взял и молча перенёс нас порталом ко мне в спальню. Даже думать не хочу, откуда такие настройки.

— Успокоилась? — Аккуратно сгрузив меня на кровать, поинтересовался Тайрин, продолжая совсем некрасиво хмуриться и пристально меня рассматривать.

— Угу-мс, поговорим?

Глава 17

— А, давай, — подозрительно легко согласился Тайрин и опустился рядом на край кровати.

— Кто она? — Настороженно взглянув на четкий профиль, произнесла я.

— Девушка, — загадочно усмехнулся мужчина.

— Девушка?! — Кидая в этого негодяя подушкой, заорала я. Поиздеваться решил над бедной мной, гад!

— Кхм, там это, опять гости, — ворвалась в назревающий скандал, Кнопка. — Спуститься бы тебе, Рина, пока она там всю округу не распугала.

— Мы не договорили, — как мне показалось, грозно стрельнула в Тайрина глазами и поправив платье направилась встречать гостей.

Глянув по дороге в зеркало, немного ужаснулась и землистому цвету лица и всклокоченным волосам, зато на этом фоне мятое платье с подозрительными разводами, казались очень даже уместными. Принюхавшись, и поразившись количеству оттенков амбрэ, которыми от меня разило, натянула на измучанное лицо приветственный оскал и поспешила открыть дверь сестричке. Ведь только она могла угрожать мирному времяпрепровождению соседей.

— Ну здравствуй, Диана. Какими судьбами? С папочкой разминулась? — Не давая возможности девушке протиснуться в приоткрытую дверь, с приторной улыбкой осведомилась я. — Дак опоздала, утречком ещё отбыл.

— Дарина, да что с тобой случилось? — Оглядывая меня и явно стараясь неглубоко дышать, с неподдельным изумлением спросила Диана.

— Это, сестричка, называется жизнь. Сходишь замуж, узнаешь. — Придерживая дверь, и не впуская девушку внутрь, ответила на вопрос.

— Твоими стараниями я могу и не оказаться замужем. Ты этого же добивалась? — Переходя на ультразвук и отталкивая меня с дороги завопила девица. Вот второй раз её в жизни вижу и второй раз поражаюсь умению выгодно зацепиться за нужное слово, в ней определённо умирает прирождённый тамада.

Мне же осталось закатить глаза и мысленно пересчитать, уцелевшую после последнего визита родственницы, посуду. Не судьба, видать, сохранить честно стыренный из бывшего дома сервиз.

— Да, Диана, я жду не дождусь, когда смогу отплатить тебе той же добротой и заботой, что ты всегда мне уделяла. — Не покривив душой, на одном дыхании выпалила я, усаживаясь в кресло и закидывая ногу на ногу, в ожидании неизбежной сцены.

Девушка, подавившись воздухом, неумолимо покрывалась безобразными нервными пятнами. Вот вроде и симпатяшка на личико, и фигурка ничего, но какая-же мерзкая душонка внутри этого милого на вид создания. Тем временем, Диана, справившись со сбившимся дыханием нацелилась на очередную тарелку и продолжила своё сольное выступление:

— Да ты и мизинца на моей ноге не стоишь, как ты смеешь порочить моё имя своими выходками?! Разве трудно посидеть годик-другой в доме и никуда не высовываться? — Выдавала на одной высокой ноте сестра, шарахнув тарелку об стену.

— С тебя четыре империала за тарелку. — Меланхолично пожала плечами.

— Как мне на людях показываться, после того что ты наговорила в интервью? Да на меня все пальцем показывают и за спиной шепчутся. — Продолжила перечислять претензии девушка.

— Правду, Диана, я всего лишь рассказала правду. И о любящей семье и о верном муже. Ни капли ведь не приврала, чем ты не довольна? Поверь, к осуждению быстро привыкаешь, особенно к незаслуженному, — распалённая разговором с Тайрином, еле сдерживалась, чтобы не огреть нахалку подносом, который она сама столь любезно и методично очищала от посуды. — У тебя был год, даже больше, пока я молча сносила все унижения от вас, почему же ты до сих пор не замужем, не берут, даже с кристальной репутацией? Не думала, что сейчас у тебя появился шанс заявить о себе хоть кому-то, авось какой-нибудь вдовец из провинции и клюнет или вон Ангус скоро освободится, советую присмотреться, такса вам известна. — Как говорится, «чёрный пиар — это тоже пиар», но это я естественно добавила только мысленно.

История с интервью получилась даже по моим меркам откровенно некрасивой, но сами напросились. Это спонтанное общение с журналистом произошло на второй день, после моего отбытия из особняка Рослейн и переезда в казённое жилье. На пороге, как раз нарисовались лиеры Лойд и Ангус, собственными возмущёнными персонами. Качали права, орали, плевались и всячески пытались забить меня обратно под тапок патриархата. Вот только я была не выспавшаяся, обиженная фактом, что узнали о моём уходе из дома только через день и поэтому на конструктивный диалог не шла. А эти два моралиста впервые столкнувшись с новой Дариной, вместо того, чтобы тихо-мирно откланяться и взять паузу на обдумывание стратегии, полезли в бутылку, и наговорили и наобещали много всего интересного. Какими судьбами за калиткой оказался репортёр светской хроники, история умалчивает, но он с огромным воодушевлением фиксировал всё сказанное и когда пышущие праведным гневом родственнички отбыли восвояси, не преминул показаться во всей красе и задать всего лишь несколько вопросов, ну я в запале и вывалила всю правду, ещё и разрешение ссылаться на меня дала. Так что тут я подгадила сестричке знатно, но а с другой стороны, отличная фраза про «за что боролись, на то