Леденцовые трости для Карамельки - Полина Владимировна Корн

— Вот уж точно! Невозможно преуменьшить его способность к очарованию, не даром же магический дар так рано прорезался. Я уже волнуюсь за Виолу!

Тут проклятый кашель снова напомнил о себе. А под одеялом рядом что-то завозилось.

— А ну брысь, я с вами потом поговорю! — скомандовала женщина.

— Хорошо, мам! Как хочешь…

Послышался топот маленьких ножек, а потом осторожный стук в дверь.

— Вой-ди-те, — ответила я, периодически покашливая. Похоже, простудилась. Не проходят такие переохлаждения даром, ох не проходят…

Дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошла женщина, внешне не имеющая ничего общего с близнецами. Пухленькая блондинка с проницательным взглядом. Она быстро осмотрела меня, поцокала языком, негодующе покачивая головой.

— Привет, бедолажка. Я только добралась. Башня Надсмотрщиков, знаешь ли, не такое близкое место… Еще и мальчишки учудили. Прости, это я во всем виновата.

Она присела на кровать, грустно смотря на свои ладони.

— Парлас не всех встречает дружелюбно, поверь, мне это известно получше многих, — вздохнула она.

От женщина исходила приятная домашняя энергия. Пухленькая, но до безобразия милая, жительница нового мира стала первым существом, не вызывающим у меня никаких негативных эмоций. Даже если я правильно расшифровала разговор за дверью и близнецы действительно виновны в том, что я оказалась тут, я не ощущала никакого неприятия. Наоборот, по сердцу разлилось тепло. Словно встретила давнего друга.

— Не поймите меня неправильно, но я нахожусь в растерянности. И даже не знаю вашего имени, — прохрипела царапающим слух голосом.

Женщина всплеснула руками.

— Да эти мужланы совсем рехнулись! Разве можно так обращаться с девушкой?! Запустили простуду! — блондинка вскочила, и, уперев кулачки в бока, представилась. — Меня зовут Альбина, я родом с Земли.

— Вы про тех двоих? — задала первый вопрос, и следом второй. — С Земли?

— Точно. И давай на «ты», — она почесала подбородок, — честно говоря, я чувствую себя неловко, ведь это мои близнецы затащили тебя в мир богов. У нас тут в последние годы твориться настоящая неразбериха. Всесильный умирает от тоски, Анаил… эм… решает свои проблемы иначе. А тут ты…

— Что… я? — похлопала глазами, стараясь не обращать внимания на подозрительные шевеления под одеялом. Но у тех было, видимо, свое мнение на этот счет. И под двумя озадаченными взглядами из-под теплой ткани на волю вырвалась моя Клубничка

Альбина глянула на огромную розовую конфету, потом на меня. Снова на конфету.

— Сестрёнка! — крикнула женщина и бросилась ко мне обниматься. Сгребла горячечное тело и сильно сжала. — Так и знала! Я чувствовала!

— А-а-а! — стала усиленно отбиваться, ничего не понимая. — Прекратите! Вряд ли я могу быть вышей сестрой… Я у мамы одна.

Ощущая, что слезы против воли накатывают на глаза, я сглотнула, скривившись от саднящего ощущения в горле. Эта тема всегда была для меня болезненной, а уж в происходящей неразберихе тем более. Когда женщина от меня отстранилась, я повторила:

— Это невозможно, — хрипя. — Я вообще… хочу домой, на Землю!

Альбина сразу приуныла.

— С этим строго, дорогая.

Блин! Неужели я теперь никогда не увижу Землю? Там ведь мама, и работа, и крохотная квартирка, купленная за свои кровные, да, небольшая, но все же… Там была моя жизнь. Прошлая, и теперь почему-то такая далекая… Резко вспомнились прикосновения мужчин, их нежные поцелуи и страстные прикусывания взбудораженной кожи… Наверное, я покраснела.

— Хозяйка, но как же… синхи? — пискнула карамелька, подмигнув одним глазом. — Господин Розаил позаботился о вас, отнёс в покои, пригласил Альбину Тиль Тар, дабы помочь с излечением землянки.

Малышка прыгала и подчеркивала каждое слово шуршанием фольгированных фонариков.

— А перед этим вел себя как маньяк, приставал и едва не раздавил до смерти своей жуткой аурой? — я закашлялась, не желая сдаваться просто так. Все эти аргументы мне казались абсолютно пустым звуком.

— Понимаю, — сказала Альбина, — он тот еще гад… Главное, ты теперь тут и сейчас я дам тебе отвар от Богини Исцеления. Специально за ним мужа отправляла, в дальнее поселение. Он у меня Бог Перемещений, — тепло улыбнулась женщина, и отошла к столу, который я в полумраке даже не смогла разглядеть.

— Так какие проблемы у этого… Розаила? — я мысленно поругала себя за излишнее любопытство, но ничего не могла поделать. Голубые пронзительные глаза так и засели в мозгах, выжигая на них узор из непотребных мыслей. Конфетка права. Он, конечно, проявил заботу, но…

— Да знаешь… моя сестра, Полина, Богиня Шоколада. На заре своей карьеры сделала конфетки с волшебным пожеланием. Каждый, кто их съест должен был найти свою любовь. Вот наши синхи и слопали. Причем Анаил сам пронёс ее, как контрабанду на церемонию Преклонения, где обманным путём вынудил брата съесть ее. С тех пор всё словно с ума посходили. Понимаешь, они ведь синхи, им нужно пить кровь истинной, чтоб контролировать Мглу. Но шли годы, а девушки так и не появлялось. В общем, история грустная, — она пошла к кровати с небольшим подносом и миской мясного бульона. Это и есть их хвалёное лекарство?

— Даже если представить, что я вам верю, какое отношение происходящему имеет моя скромная персона? — я потянулась к супу. Жизнь хуже все равно уже не станет. Может быть, я давно лежу в коме, сбитая грузовиком под Новый Год? Сознание все еще отказывалось верить в существование иного мира, помимо известного мне.

— Я слышала, что у Анаила и Розаила проявились печати… Руны, на лбу, — сказала Альбина, наблюдая за тем, как я черпаю золотистый бульон с нарастающим аппетитом. Вкуснятина!

— Да. Я видела на лбу маньяка этот странный знак, он появился точно после того, как мужчина решил меня соблазнить, а потом обиделся, что не далась… — рассказывать о таком было слегка неловко, но… может быть…

Что если Новый Год принес мне в этот год особенный подарок? И пусть с ним еще предстоит найти общий язык, но стоит признаться самой себе: клыкастики меня очаровали. Пугающий типы прямо таки обладали даром магнетизма, иначе как объяснить эту странную тягу?

— Кхм, — кашлянула в кулак Альбина. Щеки ее вдруг покрылись таким багрянцем, что я заподозрила неладное. И не зря!

— Понимаешь, кстати… Как тебя зовут?

— Алина, — ответила я, подвившись схожести наших имён.

— Алина, Альбина, Полина. Папочка был знатным прохвостом. Знаю, тебе пока сложно поверить, но вот это — она тыкнула пальцем в Клубничку, — атрибут нашего рода. У меня тоже есть