Ассистентка - Агата Малецкая

— И в игровых автоматах всегда выигрывала?

— Да, чё там, у черножопых даже молоко никогда не сгорает!

— Ведьма! — заржали ребята за столом.

— Не завидуйте. Варька, иди к нам. Я — Юлька, эти белые мыши просто злятся, что Глеб Ростикович тебя выбрал! Каждый бы из них хотел пойти к нему в помощники, но рожей не вышли, своей белобрысой.

— Что-то я ничего не понимаю! — призналась я, опускаюсь на софу рядом со странной девушкой.

— Ну смотри. Всё просто! Эта ватага — ассистенты белых магов. Они типо гордятся, что на стороне света, поэтому всех дразнят. Макс, — она кивнула на неприятного типа, сидящего рядом с ней. — Главный у них. Он хоть дерьмо редкое, но зато не тупой и с ним поболтать интересно, — видимо поясняя своё соседство с ним, пояснила она. — Мы: Сашка, Кир, — второй парень с подоконника махнул мне рукой. — Я и Митька, — она показала на сидящего на полу чувака. — Как бы тёмные, и я рада, что Кристовский наконец-то разродился и нашёл тебя, а то мне в их мужской компании копец феминизма на хватало, — пошутила Юлька.

— Но в целом вы тусуетесь все вместе?

— Ну да, что делать. Такие сборища бывают не часто. Глупо расходиться по углам и кидаться какашками. Тем более «сами» вон тоже вместе зависают. Да и интересно порой.

— Противоположности притягиваются, — нараспев произнёс Максим и выдохнул мутноватый газ мне в лицо.

— Ну ты чё, все и так поняли, что ты альфа-самец, уймись уже, — прикрикнула на него Юлька и замахала руками разгоняя пар.

— А то что вот тут перечисли про кошек и молоко? Это что приметы тёмных магов? Они ведь угадали… — призналась я.

— Ну черные кошки правда идут к своим. И звезды тоже «ведьмин глаз» быстрее ловит. Они же ночью падают. А вот с молоком это шутка. Если в тебе есть хоть немного силы, неважно какой, то кашу и с закрытыми глазами сваришь. У белых оно тоже не убегает, — рассказала Юля. — А вот учителя на больничный отправить — это уже наше, — немного горделиво заявила она.

— А я всегда думала, что это просто совпадение, — мне даже стало стыдно.

Получается я невольно насылала на людей что-то вроде порчи. Офигеть!

— Да не парься. Ну поболели — выздоровели. Дома отдохнули, кинчик посмотрели, ты же их не в гроб загнала. Тем более судя по тому, как у тебя округлились глаза, ты не спецом, — попыталась она меня успокоить. — А тебе Кристовский ничего не рассказал?

— Нет.

— Ну даёт, блин, медиум. А как он тебя нашёл?

Я коротко рассказала свою историю.

— Прикольно. А ты чей ассистент?

— Я? Ну это, — Юля замялась.

Неожиданно в шумной компании повисла пауза. Я поняла, что всё это время ребята прислушивались к нашему разговору.

— Я… Яна Гросса, — как будто признаваясь в чём-то компрометирующем, сообщила она.

Мне эта фамилия ничего не сказала, а вот имя я уже сегодня слышала.

— Ладно, Кир, включай свою бодягу погромче. Спектакль окончен, теперь танцы, — скомандовал кто-то из-за стола.

Будто порвалась струна, и разрешили веселиться. Юлька отвела глаза, Макс тут же перехватил её внимание. Они зашушукались.

Несколько девчонок, быстро и радостно бросив наскучившую настолку, начали танцевать. Я выглянула в окно. Казалось бы знакомый пейзаж выглядел совсем иначе. Внизу бурлила барная улица. Но она была словно за стеклом. Я понимала, что люди там внизу не видят и не слышат нас. А я навсегда оказалась дистанцированной от них. Чтобы ни случилось дальше, я не смогу забыть эту странную тёплую и густую ночь, эту взбалмошную компанию.

— Не грусти. Ты привыкнешь. Мне тоже сначала было сложно, — я подняла глаза на Сашку.

Парень не смотрел на меня. Он тоже смотрел вниз. Глянув на импровизированный танцпол, я поняла, что у всех ребят одинаковые змейки на правых руках, но у некоторых они тонкие, как у меня, а у других на спине прослеживается затейливый, петляющий узор.

— А почему и у тёмных, и у светлых ассистентов одинаковые змейки, — спросила я.

— Не все ответы можно узнать в одну ночь. Не торопись. Мне пора, еще увидимся, — он легко развернулся и, крикнув что-то на прощание Юльке, растворился в дыму.

Музыка кажется стала громче. Удивительно, что судя по всему она никак не мешала светскому раунду за стеной. Теперь и парни присоединились к девчонкам. Юлька красиво извивалась в центре. Только Макс вальяжно раскинувшись остался сидеть на диване, и парочка, пока незнакомых мне «белых» ассистентов целовались углу комнаты. Я решила выскользнуть вслед за Сашкой.

Стоило мне закрыть за собой дверь какофония современных ритмов оборвалась.

Теперь меня окружала совершенно другая атмосфера, будто сменили пластинку на граммофоне. В центре зала под лирическую мелодию кружилось несколько пар. Я замерла. Когда-то давно я тоже занималась парными бальными танцами, поэтому невольно залюбовалась вальсирующими.

— Потанцуем, — раздалось у меня за спиной.

Я обернулась. Рядом высился тот самый наглец с лестницы. Ян Гросс. Начальник Юльки.

— Варвара, — он протянул мне руку и назвал моё имя, хотя я не успела ему представиться.

Его глаза в упор смотрели на меня. Не зная, уместно ли отказаться, я как под гипнозом вложила свою ладонь в его. Он уверенно повёл меня в центр зала. Понимание, что на нас косятся, холодило меня, но я могла ни вырваться, ни отвертеться. Его правая рука уже легла мне на талию. И меня будто пронзили сотни невидимых игл. Ощущение было болезненным и одновременно приятным. Зал закружился вокруг. Это мы танцуем или комната, как карусель несётся вокруг нас? Стоит признать, он отлично танцевал. Музыка кружила нас. Окружающее пространство сливалось в одну сверкающую линию. Я чувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Но продолжала совершать заученные давным-давно па. Макушкой чувствуя его подбородок, я кружилась и кружилась в каком-то дьявольском танце, уже практически не слыша мелодию.

— Нам пора, — голос Кристовского выдернул меня из забытья.

— Извините, — попыталась я улыбнуться своему партнеру.

Но оказалось, что он стоит уже практически в двух метрах от меня.

— Доброго вечера! Ты отлично танцуешь! — чеканя слова как заклинание произнёс он.

Его губы по-прежнему были изломаны улыбкой, но глаза сделалась матовыми. И обращены они были не на меня, а на Глеба.

— Зачем ты пошла с ним танцевать? — на ходу отчитывал меня тот, накидывая пальто на мои плечи и практически выталкивая меня на улицу.

— Я не знала, что это запрещено.

— Я же сказал тебе быть с другими ассистентами! Зачем ты пошла в основной зал? — продолжал распыляться он.

— Мне стало душно. Извини, — сбивчиво оправдывалась я, ощущая, но не понимая свою вину.

— Ладно, я сам виноват. Нужно было обо всём тебе рассказать, — через несколько минут тяжелого молчания, произнёс Глеб.