( Не) моя малышка - Валентина Элиме

продолжала сыпать обвинениями в мой адрес, но я уже не воспринимал ни одного её слова. В ушах стоял лишь белый шум, а глаза сами собой закрывались. Но поспать хоть один час мне не собирались дать ни одной возможности. Сестренка, видя, что я почти засыпала, тут же толкала меня в плечо и продолжала свои обвинительные и уничижительные речи. Пришлось включить телефон, чтобы хоть как-то отвлечься от Раи. И входящий звонок от наблюдающего беременность Раи гинеколога для меня был полной неожиданностью. Да, я оставляла свои контакты для связи, ведь никого другого родственника у нас не было, но не думала, что такая ситуация возникнет.

− Здравствуйте, Сергей Юрьевич, − специально проговорила имя врача, одним глазом наблюдая за реакцией Раи. И она меня не обрадовала, как и весь дальнейший разговор с врачом.

− Что ты сейчас скажешь в своё оправдание? — взглянула я на Раю, задавая ей всего лишь один вопрос, когда убрала телефон от уха.

Глава 11

Чудо не по расписанию

Родить ребенка и

родить ребенка и воспитать его —

не одно и тоже.

Слова автора.

Анна Владимировна

Ссора в тот день с Раей вышла грандиозная, что даже наши соседи потом чуть ли не прятались от меня, словно тараканы после включенного света, стоило мне покинуть нашу комнату и появиться на кухне, в ванной или просто в коридоре. Я, как и обещала Сергею Юрьевичу, привела Раю на приём за ручку в тот же день и осталась в кабинете, скрестив руки на груди. Насчет моего нахождения в его кабинете гинеколог не имел никаких возражений, а Рая не могла в тот день и голоса подать. Пригрозила ей тем, что не дам больше ни рубля ни ей, ни её будущему малышу. Пусть ищет горе-отца и просит помощи у него или найдет себе работу. Видимо, упоминание о пропавшем Олеге кое-чему и научила сестрёнку. Молчать. Хотя бы временно. Пока буря в лице меня не утихомирится. Успокаиваться я собиралась долго и со вкусом. Поэтому Рая и в магазин за продуктами ходила (бутылка молока и пачка масла с буханкой хлеба вряд ли тяжесть для беременной девушки), и дома пыль протирала, и ужины готовила. Перевоспитывалась девушка. Как оказалось, моя радость, что поведение Раи изменилось в лучшую сторону, была временной.

Начало августа говорило лишь об одном, что мне совсем скоро придется выйти на работу, забыв об отпуске и вспоминая самый лучшие летние дни и вечера. Но для меня оно было спасением. Я ждала того дня, когда с утра начну собираться на работу. Я никогда так радостно не шла в сторону школы, как сейчас, чтобы подготовить кабинет к началу нового учебного года. Подработки во время отпуска должного «отдыха» не давали, а вот школа давала именно те эмоции, которые мне не хватали. В знакомых стенах я чувствовала себя нужной. И там, в кабинете, я могла спокойно подумать обо всём. Особенно о Рае.

Хотя бы временно её удалось немного приструнить после звонка Сергея Юрьевича. С того дня вела она себя тише воды, ниже травы. Оказалось, что моя сестрёнка просто не хотела в жару париться в автобусе и забила на приёмы у гинеколога, каждый раз сообщая им о том, что немного приболела. На такси разъезжать денег-то я не давала, оказывается. И её мало волновало, что за состоянием плода надо следить постоянно. «Со мной же всё хорошо, значит с ребёнком тоже», − был её весь красноречивый ответ. Пришлось за ручку отвести к врачу и пообещать, что больше приёмов она пропускать не будет. Иначе Рае грозило ожидать в гости органов опеки. И все возникшие проблемы снова пришлось бы разгребать мне. Хорошо, что Сергей Юрьевич никуда не сообщил о пропусках, вошёл в положение, зная о слишком молодом возрасте беременной.

Конец августа для меня выглядел просто праздником. Рая вела себя всё это время примерно, на работе этот год у меня был без классного руководства. Можно выдыхать и наслаждаться жизнью. Но не тут-то было. Белая полоса закончилась внезапно. Неожиданный звонок Раи чуть не оставил меня без праздника, раздавшись в разгар линейки на день знаний.

− Из меня течёт вода, − её визгливые слова вызвали огромный страх и во мне.

Я замерла с телефоном возле уха. В голове тут же начали проноситься мысли о сроках. Ей было рано рожать! Сергей Юрьевич ставил срок на конец сентября или на начало октября, если бы малыш решил вообще не торопиться попрощаться с теплым местечком в утробе матери. Только рукоплескание детей вывело меня из состояния шока. Попросив Варю предупредить за меня Римму Ростиславовну, я бегом направилась в сторону дома. Там меня уже ждала скорая помощь, так любезно вызванная соседями. Рая отбивалась от врачей, чуть ли не крича о том, что без меня она никуда не поедет. Еле уговорили, что я подъеду сразу за ней, как только захвачу необходимые ей и малышу вещи. Только после этого напуганная до смерти Рая дала усадить себя в кресло и закрыть двери скорой. Я же поднялась в квартиру за документами и вещами, которые, конечно, подготовила в своё время не Рая, до отъезда машины узнав у водителя адрес больницы, и вызвала такси.

В самой больнице ждать не стала. Оставила пакеты со всем необходимым медсестрам и присела на скамейку в маленьком парке вокруг родильного дома. Прямо напротив меня стоял памятник капусты, а сверху − малыш в ладонях, скорее всего, матери. Оригинально. Улыбнулась, поглядывая на телефон. Ни звонков, ни сообщений от Раи не поступало. Принялась ждать столько, сколько потребуется. И только теперь начала понимать, что чувствовали будущие отцы, бегая туда-сюда под окнами родильного дома в то время, пока их жёны рожали. Эти ощущения не описать словами, как и не поделиться с кем-нибудь. Оставалось быть в неведении и ждать. Но мне не пришлось мучиться долго.

− Она такая хорошенькая, − плача, произнесла Рая в трубку примерно через два часа моих ожиданий.

Я молчала, слушая и вытирая слезы на щеках, хоть ещё и не видела сие чудо в виде новорожденной племянницы. Стояла возле скамейки, сидеть уже не было желания, смотрела в окно родильного дома, словно оттуда на меня смотрела сестрёнка, которая только что стала матерью, и делилась со мной своей радостью.

− Как она? Как ты? — проглотив комок в горле, спросила я запоздало, заодно вытирая слезы.

− Всё хорошо. Её пока забрали врачи, мне принесут только