(не) Любимый сосед - Анастасия Дмитриевна Петрова

— Да, я принесла пирог. Это в качестве извинений, — киваю на тарелку со сдобой.

— Спасибо, я попробую обязательно. Все? — он внимательно смотрит на меня, а я тону в нем. Чертовски красивый и уверенный в себе. Чувствует же, что нравится мне. Но держит дистанцию. И как же меня раздражает эта пропасть между нами.

— Нет, не все, — придаю голосу больше уверенности, — Поцелуй меня.

Сама подхожу ближе, кладу руки на широкие плечи, тянусь. Но реакции не получаю. Матвей не отталкивает, но и не сближается. Сердце отстукивает рваный ритм. Мне становится стыдно, что я лезу к мужчине, но он же сам так часто шел на сближение.

— Давай пообщаемся, — приобнимает меня за талию.

— Пообщаемся? — в изумлении смотрю на него. Все это время он не особо хотел общаться, а сейчас что изменилось.

— Херовый день был, Маша. Ты же хотела узнать меня поближе, а мне как раз сейчас нужна любая болтовня, чтобы отвлечься. Заодно попробую твой пирог.

Я суечусь, но внутри радуюсь. Мы поговорим, вау.

Так хочется слышать его голос. Наливаю ему горячий чай, пока он моет руки, накладываю пирог и жду. Матвей садится рядом, его колено касается моего, я трепещу внутри от касания к голой коже. И вообще ловлю каждое движение. Мне так нравится быть рядом с ним.

— Поделишься, что случилось? — глажу по плечу.

— Я занимаюсь поиском людей с отрядом. Сегодня мы не успели, — он хмурится, опуская голову вниз. Немногословен, но благодаря Лизе я понимаю о чем речь.

— Да, Лиза сказала, что ты руководитель поискового отряда. Вы не смогли найти кого-то?

— Нет, нашли. Но шансов на выживание в лесу было мало спустя пять суток.

Я понимаю, к чему клонит Матвей. Испуганно прикрываю рот. Боже, я не смогла бы работать в таком месте.

— Матвей, ты сделал все, что мог. Не вини себя, — глажу его затылок. Мне хочется касаться его каждую минуту. Не могу усмирить свои руки.

— Невозможно свыкнуться с мыслью о смерти, Маша. Особенно, когда ты с ней так часто встречаешься, — его голос звучит глухо. Мне так хочется ему помочь, как-то успокоить. Но я его еще плохо знаю, чтобы поддерживать правильными словами. Да и есть ли эти правильные слова?

— Ладно, колючка, — он улыбается уголками губ, — Ты сегодня невероятно нежная. Поразительные изменения. И что на тебя так повлияло?

— Ты, — честно отвечаю ему.

Он не удивлен моими словам, но молчит, что-то обдумывает.

— Я тебе говорил, что не ищу отношений. Ничего не изменилось. Да, меня тянет к тебе, но…

Я обрываю его, не хочу слышать, что там за "но". Мне важно, чтобы он был рядом. Не хочу его терять, особенно сейчас. Когда вот так сидит рядом, обволакивая своего мощной энергетикой.

— Матвей, давай просто жить моментом. Я не привязываю тебя к себе. Просто ты мне нравишься, и я не могу себя сдерживать. Не отталкивай меня, давай узнаем друг друга получше, — выпаливаю как скороговорку. Мне не сложно признаться в том, что чувствую. Но держаться холодно рядом с ним уже не получается. Тело выдает меня с потрохами.

— Ты же понимаешь, что настанет момент, когда ты захочешь большего, а я не смогу тебе этого дать?

— Да. Я все понимаю. И я готова буду отпустить тебя, когда ты захочешь уйти, — почему-то я уверена, что отпущу его. Будет больно, но привязывать мужчину к себе без его воли — нет уж, увольте.

— Свободные отношения, Мария? — задумывается.

— Называй это как хочешь, просто давай наслаждаться этим временем, пока оно у нас есть.

— Хорошо, Маша, допустим. А если я захочу другую женщину, ты будешь устраивать истерики и прочую лабуду? — он прищуривается, смотря на мое уверенное выражение лица.

— Нет, — конечно, я ужасно ревнивая, но ведь понимаю, на что подписываюсь, — Придешь ко мне, честно скажешь, и я исчезну.

— И к чему эта жертвенность?

— Потому что хочу тебя рядом!

— Иди сюда, — хлопает по своей коленке, я тут же встаю и сажусь к нему на колени. Он нежно приобнимает меня, ведя ладонью по позвоночнику вниз. Табун мурашек тут же приходит в боевое действие и атакует мое тело. Я трясусь от желания, Матвей касается большой ладонью моей шеи, запуская пальцы в волосы.

— Рыжик, — еще одно глупое прозвище, которое произносится с лаской, — Ты смешная.

— Почему же? — дую губы. Хочется быть в его глазах красивой, сексуальной, желанной, но точно не смешной.

— Просто так. Хорошенькая. Машка, — шепчет в ушко, а я сжимаюсь вся внутри. Трепещу от горячего дыхания.

Касаюсь языком его нижней губы, веду медленно, очерчивая контур. Ощущаю вкус выпечки, слизываю его, чтобы добраться до истинного запаха и вкуса Матвея. Он полностью дает мне право руководить процессом, поэтому я не теряюсь, приоткрываю рот и касаюсь языком его языка. Матвей поддается, целует в ответ. Не сдерживаюсь, стону ему в рот. Даже поцелуи слишком сладкие, чтобы добровольно отказаться от мужчины и встреч с ним. Может я дура, но зато влюбленная. Так давно мечтала об этом чувстве, чтобы быть рядом с мужчиной, иметь право его касаться, быть в его руках. И это случилось. Задумываться как долго это продлится — я не буду. Сколько дано нам, столько и буду рядом. Попросит отпустить — отпущу. Разобьюсь на осколки, но отпущу. Потому что хотела именно таких ощущений, чтобы ноги от судорог сводило и тело ломало.

Мы целуемся словно в последний раз, страсть накрывает с головой. Я захватываю его язык в плен и имитирую посасывание, нежно играясь с ним. Матвей дышит неровно, сжимает ягодицы, перекидываю одну ногу через его колени и сажусь прямо. Он двигает меня ближе, я чувствую эрекцию через ткань. Двигаюсь медленно, трусь как кошка изнывающим лоном. От трения, поцелуев и чувственных касаний голову сносит окончательно. Мне неважно становится. где он возьмет меня и как, лишь бы скорее оказался внутри.

— Матвей, — выдыхаю со стоном, когда он прокручивает мой сосок через ткань хлопковой майки.

— Да, сладкая? — ведет костяшками по ключице.

— Скорее возьми меня, — дрожу, руки трясутся. Не могу совладать с пряжкой ремня на его джинсах.

— Мы не будем торопиться, да? У нас же целая ночь впереди, — специально играется со мной. Распаляет пожар еще сильнее, я не в силах терпеть.

— Ну Матвей, — жалобно стону.

— Маш, поласкай себя. Хочу смотреть.

Так чувственно просит, что я не могу отказать.

Я тут же вспоминаю, как несколько дней назад ласкала себя, представляя, что Матвей смотрит на меня. Любуется мной. Теперь же это происходит наяву.

Отодвигаюсь от его паха, устраиваюсь