Возрождение полевых цветов - Микалеа Смелтцер

– Расскажи хоть что-нибудь. Что угодно.

Ему отчаянно хочется узнать, как я жила все эти годы без него.

– Некоторое время я жила с Лорен в Бруклине, устроилась на работу официанткой. Потом вернулась в Бостон и жила в квартире с Калебом, мы обручились. В итоге мы переехали в Калифорнию, чтобы он окончил колледж и начал заниматься юридической практикой. Потом ему предложили работу в Бостоне, от которой было грех отказываться. Вот и все. – Я пожимаю плечами и смотрю в окно, игнорируя его пристальный взгляд.

– Ты училась в колледже?

– Нет.

– Ты работала?

Я была мамой-домохозяйкой.

– Время от времени бралась за случайную работу. Но надолго нигде не задерживалась.

– Ты просто… ага. – Он задумчиво поглаживает подбородок.

– Ты правда считал, что мешаешь мне развиваться?

– Даже после твоей страстной речи мне полегчало от мысли, что я тебя освободил, чтобы ты смогла что-нибудь сделать со своей жизнью.

Во мне вспыхивает гнев.

– То, что я не училась в колледже и не имела постоянной работы, не означает, что я ничего не сделала в своей жизни.

– Прости, – искренне произносит он, – я не хотел, чтобы это так прозвучало.

Я вздыхаю.

– Нет, это ты меня прости. Когда ты рядом, я, кажется, начинаю слегка защищаться.

Он улыбается, его пальцы сжимают руль.

– Слегка?

– Ну ладно, сильно. Но я над этим поработаю.

– Мне нравится, что ты злишься.

Я смотрю на него так, словно он потерял разум:

– Тебе нравится, что я злюсь? Ты с ума сошел?

Он мгновение смотрит мне в глаза, после чего возвращает взгляд обратно на дорогу.

– Если ты на меня злишься, значит, тебе не все равно.

Он прав. Я смотрю вниз на свои шорты и голые ноги.

– Я не хочу на тебя злиться, – шепотом признаюсь я.

– Тогда почему злишься? – Я замечаю, как на его лице дергается мускул в ожидании моего ответа.

– Потому что это легче, чем признать правду.

Ужасную, отвратительную правду.

– И в чем же правда?

– Не заставляй меня говорить, – прошу я, качая головой. Я не хочу произносить это вслух.

От этого все становится еще более реальным, а я становлюсь еще более дерьмовым человеком, чем я есть на самом деле.

– Думаю, мне нужно это от тебя услышать.

Я прикусываю губу, сдерживая слезы.

– Я никогда не переставала тебя любить, – почти шепотом произношу я. – Я шла дальше и продолжала жить, но мое сердце осталось с тобой. – Он резко сворачивает на обочину и тормозит, из-под колес вылетают гравий и грязь. Потом медленно поворачивается и смотрит на меня. – Тайер… – начинаю я, но он не дает мне шанса закончить мою мысль. Он одной рукой обхватывает мою щеку, одна секунда – и его губы на моих губах.

Мой мозг хочет дать отпор. Он причинил тебе боль! Мой разум вопит, желая, чтобы я его оттолкнула, но я не могу. Мое тело считает иначе. Я погружаюсь в него, с облегчением ощущая на своем лице его губы. Я вроде бы убедила себя, что наша связь была не такой уж и сильной, но это не так. В мире много разных видов любви, но нашу любовь с Тайером не способны разрушить ни время, ни расстояние, ни что-либо еще. Наша любовь продолжала бы жить, даже если бы мы находились на разных континентах.

Он углубляет поцелуй, и я страстно шепчу его имя. Я убеждена, что это сон. Это никак не может быть реальностью. Но потом я мысленно отмечаю все ощущения – его щетина царапает мне лицо, в моих ладонях скомканная ткань его рубашки, на моих щеках тепло его рук – и я знаю, что все это очень реально. Он отстраняется, совсем чуть-чуть, наше дыхание слилось.

– Ты возвращаешься сюда, в этот город, а такое впечатление, будто ты и не уезжала.

Я прерывисто выдыхаю и закрываю глаза.

– Но я уезжала.

– Но ты уезжала, – повторяет он, облизывая губы. Я жду, что он отпустит меня и поставит точку в этом деле. Я вернулась сюда не для того, чтобы дать ему второй шанс. Вместо этого он шокирует меня, когда говорит:

– Давай встречаться.

– Что?! – вскрикиваю я, убежденная, что неправильно его расслышала.

– Встречайся со мной, – повторяет он, изучая мое лицо. – Мы … я, – поправляет он, – никогда прежде не поступал с тобой как настоящий мужчина. Позволь мне это изменить. Сходи со мной на свидание.

– Ты спрашиваешь меня или ставишь меня в известность? – прищурившись, уточняю я.

Он ухмыляется и качает головой. Мне безумно нравится, как его волосы падают на лоб. У меня руки чешутся смахнуть их назад, но я крепко сжимаю ладони.

– Ты пойдешь со мной на свидание, Салем? Настоящее свидание?

Я колеблюсь, но есть только один ответ, который я могу дать Тайеру.

– Да.

Глава шестнадцатая

Тайер

Салем вылезает из моего фургона, тихо прощается и идет к дому своей матери. Экран моего телефона еще светится – я только что забил в него ее новый номер.

Я до сих пор чувствую во рту ее вкус и с улыбкой провожу пальцами по губам.

Не знаю, что на меня нашло, когда я съехал с дороги и поцеловал ее, но я об этом не жалею. Я слишком по ней изголодался. И она согласилась со мной встретиться.

Это вселяет в меня надежду. Какой бы острой ни была ее боль, она может ко мне вернуться. Я понятия не имею, куда ее пригласить. Вести ее в ресторан слишком просто: в этом нет ничего плохого, но я хочу показать ей, что думаю о ней и готов сделать что-то особенное.

Я закрываю фургон, захожу в дом и вытаскиваю Винни из ее ящика в прачечной. Моя девочка зевает и потягивается, после чего осыпает меня поцелуями. Я выпускаю ее на задний двор. Сделав свои дела, она быстро возвращается, выхватывает у меня лакомство и прыгает на свою подушку.

Покачав головой, я открываю холодильник, хватаю бутылку с водой и жадно ее выпиваю.

Я уверен, что у Салем по-прежнему есть ко мне чувства, даже если это всего лишь влечение. Я надеюсь, что на этот раз у меня получится сделать все правильно.

Проходя мимо Винни, я глажу ее по голове, а потом включаю телевизор. Листаю