Жестокие святые - Мишель Хёрд

— Иди на стрельбище. Я встречу тебя там.

— Хорошо. – Я жду, пока Елена уйдет, прежде чем направиться к главным дверям Академии Святого Монарха. Выйдя на улицу, я оглядываюсь вокруг, прежде чем вынуть свой телефон и набрать номер моего отца.

— Сын? Что случилось? – он спрашивает, ведь обычно я не звоню ему так рано.

— Я разговаривал с Сергеем Ауловым. Он говорит, что угроза ближе к нам, чем мы думаем. Это либо Кабельо, либо Лукас.

— Я знаю. Ник Кабельо замолчал. Либо он мертв, либо он стоит за нападением. Я попросил Алексея разыскать его.

Я оглядываюсь на Академию Святого Монарха.

— Ты уверен, что это не Тино? – Я серьезно не хочу помогать Елене только для того, чтобы она перерезала мне горло.

— Я уверен, – отвечает мой отец. – Не волнуйся слишком сильно, Люциан. Наслаждайся своим последним месяцем там.

Легче сказать, чем сделать.

— Я всегда буду волноваться о тебе.

После того, как мы заканчиваем разговор, я делаю глубокий вдох, прежде чем вернуться в замок. По пути в оружейную мои мысли вращаются вокруг надвигающейся угрозы и Елены.

Я хочу присоединиться к своему отцу, но он непреклонен, мы сейчас с ним не в одном месте. Что говорит мне о том, что мы в большей опасности, чем признается мне мой отец.

А еще есть Елена. Честно говоря, эмоции, которые она вызывает во мне, нежелательны, особенно сейчас, когда моя голова должна быть ясной.

Зайдя в оружейную, я выбираю обычный "Glock", которым пользуюсь, и направляюсь в тир.

Глава 8

ЕЛЕНА

После многочасовой стрельбы из пистолета у меня болит палец, а остальная часть руки онемела. Люциан был безжалостен и холоден, с бесстрастным выражением на лице на протяжении всех тренировок за последние пару дней.

Я не уверена, связано ли это с тем, что он чувствует себя обремененным, помогая мне, или его беспокоит что-то еще.

Направляясь в обеденный зал, я поднимаю взгляд на Люциана и, не в силах больше сдерживаться, спрашиваю:

— Что-то не так?

Люциан качает головой, его мысли, казалось, далеко отсюда.

Как раз в тот момент, когда мы собираемся войти в столовую, охранник окликает:

— Мисс Лукас, к вам посетитель.

Моя голова поворачивается, и затем кровь стынет в моих венах при виде Данте, идущего ко мне. Я мгновенно замираю, не в силах сформулировать ни одной мысли, в то время как мое сердце начинает бесконтрольно биться. Страх сжимает свои когти вокруг меня при виде монстра, от которого, как я думала, была в безопасности. Я чувствую присутствие Люциана рядом со мной, и от этого у меня пересыхает во рту.

О Боже, почему он не идет в столовую? Это сделает все намного хуже для меня.

Когда Данте подходит ближе, Люциан внезапно встает передо мной, наклоняя голову в сторону Данте.

— Что ты здесь делаешь? Разве ты не должен работать над тем, чтобы выяснить, кто представляет угрозу?

Глаза Данте вспыхивают гневом, когда он переводит взгляд с меня на Люциана.

Он предупреждал меня держаться подальше от Люциана, а теперь он застукал нас вместе.

Мои мысли мгновенно возвращаются к роковому дню, когда был убит Альфонсо, и это умножает мой страх. Мои мышцы напрягаются от необходимости бежать, но мои ноги примерзли к полу.

Не в силах издать ни звука, я смотрю, как Данте сжимает челюсти. Я вижу, что ему требуется больше самоконтроля, чем нужно, чтобы ответить Люциану резким тоном.

— Мы делаем все, что в наших силах. Я здесь, чтобы поговорить со своей невестой. – Глаза Данте прищуриваются на Люциане, и это заставляет мое сердце колотиться о ребра. – Мне нужно твое разрешение?

О, Господи. Зачем Данте понадобилось приходить сюда?

Вместо ответа Люциан отходит в сторону, а затем говорит худшую из возможных вещей:

— Ты знаешь, где меня найти, когда закончишь со своим посетителем, Елена.

Это будет очень плохо. Единственное, что говорит в мою пользу, это то, что Данте не разрешено убивать меня на территории Святого Монарха.

Мои губы приоткрываются, страх плетет вокруг меня головокружительную паутину. Когда Люциан начинает входить в обеденный зал, Данте хватает меня за руку неумолимой хваткой, и тащит меня через фойе вверх по лестнице. Когда Данте толкает меня по коридору, и я понимаю, что мы направляемся к моему номеру, я вырываюсь из его объятий.

— Мы можем поговорить в фойе.

— Заткнись, – рявкает Данте и дергает меня так сильно, что острая боль пронзает мое плечо. Вздох срывается с моих губ, а затем меня толкают к моей двери. – Открой дверь.

Я качаю головой, зная, что если я это сделаю, Данте сможет сделать со мной все, что угодно. Возможно, он и не смог бы убить меня на территории Святого Монарха, но есть вещи гораздо хуже смерти.

— Сука, – рычит он и, потеряв остатки терпения, которое у него было со мной, наотмашь бьет меня по лицу. Моя щека вспыхивает, и, прежде чем я успеваю прийти в себя, Данте замечает ключ, который я ношу на цепочке на шее, и срывает его, заставляя звенья впиваться в мою кожу, прежде чем они рвутся.

Через секунду Данте распахивает дверь, и грубо заталкивает меня внутрь.

Годы страха переполняют меня, и я не в состоянии мыслить здраво. Мое дыхание срывается с губ, а мое сердце – не более чем шепот, я слишком напугана, чтобы встретиться лицом к лицу с монстром передо мной.

Однако прятаться уже слишком поздно. Монстр здесь, и я ничего не могу поделать, потому что он намного сильнее меня.

Последние две с половиной недели я потеряла бдительность. Я думала, что в Академии Святого Монарха я в безопасности. То, что должно сейчас произойти, будет намного хуже. В другие разы я была морально готова, но не сегодня.

Мысли мимолетны, потому что Данте набрасывается на меня, его правая рука сжимается вокруг моего горла.

— Ты думала, что здесь будешь в безопасности от меня? Ошибаешься, принцесса. – Его костяшки врезаются мне в челюсть, и от удара у меня звенит в ушах, а головокружительная волна боли мешает сосредоточиться на чем-либо.

Хватка Данте на моем горле усиливается, перекрывая мне доступ воздуха.

— Я же говорил тебе держаться подальше от Котрони!

Его пальцы продолжают впиваться в мою кожу, и такое ощущение,