Бесчеловечный босс - Рокси Нокс

Его одеколон ударяет мне в нос. Коленки дрожат, когда ладони босса скользят по моей талии и опускаются ниже. К моей заднице. Козел! Тотчас отпускаю его и предупреждающе на него смотрю, получая в ответ только наглую усмешку.

На нас неотрывно смотрит представительный мужчина лет пятидесяти. Скорее всего, Лозовой старший. Перед кем еще ему разыгрывать спектакль?

– Папа, здравствуй! – картинно раскидывает руки Игнат. – А я тебя не увидел сразу.

– Здравствуй, сынок. У тебя новая девушка?

Мужчина смотрит на меня оценивающим взглядом, от которого мне становится не по себе.

– Папа – это Наташа. Нат, это мой папа – Роман Валерьевич. Или просто дядя Рома, – добавляет с едкой усмешкой.

– Очень приятно, – выдавливаю из себя улыбку.

Роман Валерьевич кивает и переводит взгляд на сына.

– Анжела тоже здесь, а ты… – скорбно поджимает губы. – Где твоя секретарша?

– Алина в больнице. А насчет Анжелы мы давно все обсудили, – босс распрямляет плечи и выпячивает грудь, выражая непокорность родителю.

– Черт, ладно, – отец проводит рукой по своим волосам с проседью. – Позже увидимся.

Провожаю глазами фигуру Лозового старшего и спрашиваю:

– Ну и зачем было врать ему?

– Чтобы он прекратил сватать мне шлюху, – шипит рассерженно.

– Шлюху? – переспрашиваю шепотом.

– Да. Которую трахал твой нынешний парень, – добавляет с торжеством в глазах.

Какой парень? А, Макар. Дернул же меня черт соврать насчет отношений с ним. Хотела себя обезопасить от босса, а толку? Все равно пришлось с ним целоваться. Пусть и на публику. А вечер только начался.

Вокруг снуют какие-то люди, которым нет до нас никакого дела.

– Шампанского хочешь? – спрашивает босс.

– Не откажусь.

В горле пересохло, да и нервничаю. Из-за поцелуя, конечно же. Кто же знал, что босс так хорошо целуется. Покусываю щеку изнутри, чтобы унять лихорадку и рассеянно рассматриваю людей. Лозовой отправился добывать напиток, бросив меня одну.

Ко мне подходит какая-то девушка с черными блестящими волосами и говорит:

– Ты кто такая? Почему ты целуешься с моим женихом?

– А Вы должно быть Анжела? – спрашиваю, догадавшись.

– Да, а ты кто такая?

Не нравится она мне. Какая-то наглая и неприятная особа с тонкими бровями и толстыми губами. Не доверяю женщинам с таким лицом, поэтому отвечаю с вызовом:

– Девушка Игната.

Она фыркает и переворачивает бокал, который держит в руке, вниз. На мои туфли льется газированный напиток. Опускаю глаза и смотрю на золотистый ручеек. Вот тварь! Это же мои новые туфли! Замахиваюсь на нее сумочкой, но подоспевший босс успевает перехватить мою руку.

– Что тут происходит? – грозно интересуется он.

– Твоя Анжела испортила мои новые туфли, – жалуюсь.

Пытаюсь вырваться из захвата и огреть-таки стерву Анжелу сумочкой по голове.

– Прекрати, – рычит босс, хватая меня за талию. – Это неприемлемо!

– Но она первая начала!

– Это правда? – смотрит на свою невесту яростным взглядом и отпускает меня. На всякий случай становится между нами, как рефери.

В ответ Анжела нагло усмехается. Игнат хватает ее под руку и куда-то тащит. Надеюсь учить уму-разуму!

Достаю из сумочки влажную салфетку, наклоняюсь и вытираю туфли. Проклятье, на колготки тоже попало! Теперь будет липко. Хоть бы предупредил, что его невеста напрочь отбитая, я бы еще сто раз подумала, прежде чем ответить на поцелуй. От воспоминаний о самом неожиданном и шикарном поцелуе в моей жизни, мои губы стали зудеть.

Раздраженно выбрасываю салфетку в урну. Возле меня останавливается официант и говорит укоризненно:

– Девушка, в том бачке стоят бутылки с водой. Если вдруг кому-то захочется пить…

– Ох, черт, простите, думала мусорка.

Розовею от смущения и лезу в «урну». Забираю салфетку и беру бутылку воды. Лозовой не успел принести шампанского, что ж, обойдусь водичкой. Но чувствую, что без алкоголя всех сюрпризов этого вечера мне не вывезти.

17

– Извини, что так получилось, – говорит босс мне на ухо.

Да еж твою медь, опять подкрался сзади! Вот честно, как маньяк. Скоро буду просыпаться по ночам от кошмаров в таком темпе. Даже спина похолодела, блин.

Лозовой огибает меня и, остановившись напротив, протягивает бокал шампанского. Молча беру угощение и сжимаю пальцами тонкую ножку. Пока он отсутствовал, я успела перехватить пару канапешек, и теперь чувствовала себя куда лучше. И добрее.

– Ваша невеста – сумасшедшая, – говорю, покосившись на свои туфли.

– Есть такое, – смеется босс.

Возле него останавливается какой-то мужик, и они обмениваются рукопожатиями.

– Забудь о ней. Она больше к тебе не приблизится.

– Ладно.

До сих пор ощущаю руками и животом его упругое тело, словно босс отпечатался на мне. Что за фигня? Разве так бывает?

– Ты шикарно выглядишь, Наташа, – низкий голос доносится до моей груди и ударяет по ней.

Его глаза блестят так, как будто он уже опрокинул в себя не бокальчик игристого, а целую бутылку.

– Спасибо, Вы тоже ничего, – отвечаю, не подумав.

Говорить самовлюбленному боссу, что он тоже ничего – это смертельно опасно. Благо он переводит внимание на какого-то очередного мужика с массивным перстнем на пальце.

– Скоро начнется конкурс, – вполголоса говорит босс, – давай перейдем в другой зал.

Перебираемся в соседнее помещение, где рядами стоят удобные бархатные кресла и сцена. На самом первом ряду стоят пять крутящихся стульев. Должно быть, для членов жюри, догадываюсь я. Три из них уже заняты пожилыми мужиками в приличных костюмах. Это я ерунду, конечно, говорю. Потому что здесь не найдется ни одного мужчины в неприличном костюме.

Лозовой садится на второй ряд и указывает взглядом на свободное место рядом с собой. Сажусь на краешек кресла и выпрямляю спину. В воздухе стоит аромат мужского парфюма, сигарет и немного виски. Убийственное сочетание. Уровень тестостерона зашкаливает, и по моим венам растекается страх. Господи, мне придется идти вон туда – на сцену? Чтобы развлекать собравшихся Биг боссов?

Не могу и не хочу. Приклеюсь к месту и не пойду. Забьюсь под кресло, и фиг они меня вытащат оттуда.

– Хватит трясти ногой, – делает мне замечание босс. – Раздражаешь.

Вместо этого начинаю выкручивать себе пальцы и оглядываться на вновь прибывших мужчин.

– Перестань ерзать, – шипит.

Ну прямо как папенька и егоза-дочка! Фыркаю от сравнения, пришедшего на ум. Лозовой меньше всего походил на чьего-то отца. Молодой, холеный и дерзкий. Его левая рука лежит настолько близко ко мне, что я вижу на его большом пальце белый шрам.

– Осталось совсем немного до начала, – говорит утешительным тоном.

– Я не пойду, – мотаю головой.

– Пойдешь!

Четвертое судейское кресло занимает… отец Игната. Оборачивается на нас, и мне хочется сползти на пол. Он меня