Украсть сердце Тирана - Ольга Гольдфайн

Но почему же так больно?

Неужели я влюбилась в этого Тирана?

Когда? Где? При каких обстоятельствах?

Бессмысленная затея. Перевоспитать абьюзера невозможно.

Начиталась в детстве сказок о чудовищах, которые после знакомства с героиней превращаются в прекрасных принцев?

Так это чушь…

В жизни такого не бывает.

Чаще героиня убегает от своего «возлюбленного», сверкая пятками.

Прячется по подругам, скрывается у родителей, боится рожать детей, потому что муж может их отобрать…

Хочу ли я такой жизни для себя?

Нет, конечно.

Но что делать с глупым сердцем, которое ноет, болит, страдает и надеется?..

Собственно, на что я могу надеяться?

На то, что Сафин вдруг резко влюбится в меня, назовёт единственной и поведёт под венец?

Ох, Вера, Вера… Наивная ты душа…

Бабника только импотенция может исправить, да и то не всегда.

А Тирана превратить в ласкового котика, подкаблучника или адекватного мужа вообще нереально.

Ну и какой смысл страдать по этому монстру?

Вытри слёзы и подумай, как договориться с Эльвирой Сергеевной, чтобы тебя отпустили.

Потом поплачешь, когда всё останется позади…

Стоит ли говорить, что ночь я не спала?

Постоянно прислушивалась: не в наш ли двор заезжает машина. Смотрела на окна, ожидая увидеть свет фар. Сто раз взбивала подушку, умывала прохладной водой лицо, смотрела на экран своего телефона…

Ждала…

Наперекор и вопреки, я ждала шагов в коридоре…

Ждала, что откроется дверь и войдёт он…

Присядет на край кровати, возьмёт мою руку и прорычит:

«Веррра, ты мне нужна. Там всё неправда. Только тебя хочу…»

Не помню, как заснула. Во сне я бежала по первому белому снегу, босая, в разорванном платье, а за мной гналась стая бродячих собак.

Я скользила и падала, вставала и снова бежала, держась за живот.

Видела, как меня нагоняет вожак — то ли крупная овчарка, то ли волк.

Ещё секунда, и он схватит меня за подол, я упаду, а монстр сожмёт челюсти на моём горле…

Я кричала, но не слышала собственного голоса.

Мне было так страшно, что по спине струился холодный пот.

И я почувствовала, что меня кто-то схватил зубами за плечо, обжигая горячим языком.

В панике дёрнулась всем телом из последних сил вперёд и ударилась носом обо что-то твёрдое. Тут же меня спеленали одеялом:

— Млять, Вера, успокойся! Это всего лишь я!

Открыла глаза и увидела перед собой уставшее лицо Сафина.

— Ну что ты орёшь, как потерпевшая?

Он держал меня за плечи, кутая в одеяло. Из моего разбитого носа полилась кровь.

— Принесите мне мокрое полотенце, пожалуйста, — попросила Руслана, зажала нос пальцами и запрокинула голову назад.

Тиран покачал головой и скрылся в ванной.

А я улыбнулась…

Дурочка…

Он пришёл.

Неважно, что под утро.

Но вернулся же.

Ко мне…

Руслан принёс мне из ванной мокрое полотенце и ушёл.

Не остался. Не закутал меня в одеяло. Не закинул на плечо, не сгрёб в охапку, не придавил мощной рукой.

Я лежала на спине, приложив мокрый холодный ком к переносице, и вытирала бегущие по щекам слёзы.

Разочарование. Горькое отрезвление. Чувство потери. Пустота в груди.

Между нами ведь ничего ещё не было, а кажется, что было всё.

В моей голове этот мужчина уже назвал меня единственной. Уже отвёл под венец. Мы с ним целовали и холили наших детей, нянчили внуков.

У него всё это будет.

Но не со мной…

Уснуть я больше не смогла. До самого утра вертелась в кровати.

Перед лицом проплывали картинки пышной свадьбы, уединённого отдыха на морском берегу, цветов, подарков, поцелуев…

Не удержалась, зашла в сеть и нашла фотографии светской хроники, где Руслан Тимурович Сафин стоит рядом с Викторией Германовной Никольская, дочерью владельца сталелитейного завода на Урале.

Красивая, образованная девушка, умеющая себя подать и выгодно подчеркнуть статус своего мужчины.

Училась за границей, имеет диплом архитектора, увлекается горными лыжами и живописью. Недавно в московской галерее прошла выставка её работ.

Именно такая жена нужна Руслану. Сильная, уверенная в себе, знающая и соблюдающая «законы стаи». Породистая…

А я…

Наверное, никогда не смогу вписаться в этот светский бомонд. Руслану же придётся посещать светские мероприятия ради бизнеса, связей, дружбы с влиятельными людьми.

Встала с трудом. Снова заболела нога: вечер на каблуках не прошёл для связок бесследно. Нос распух и выглядел как картошина, делая моё лицо смешным и деревенским.

Натянула джинсы, надела балетки. К завтраку меня никто не позвал, хотя в столовой слышался стук ложек и чашек.

Вышла сама, без приглашения.

Полина Андреевна окатила меня презрительным взглядом и даже не поздоровалась.

Ну, а чего я хотела?

Хозяин таскает меня, куда и когда хочет, без реверансов заходит в мою спальню.

С «постельной грелкой» никто церемониться не станет. И мать Руслана подтвердила мои предположения:

— Садитесь, Вера. Устали, наверное, после бессонной ночи. Даже к завтраку опоздали.

Эльвира Сергеевна не удержалась от ядовитого плевка в мою сторону.

Руслан же встал, поцеловал в щёку, пожелав доброго утра, и отодвинул мне стул, помогая сесть за стол.

У маменьки выпали из рук приборы и звонко огласили степень её недоумения.

Сафин вернулся на своё место и будничным тоном сообщил родительнице:

— Мама, попрошу тебя больше не разговаривать с Верой в таком тоне. Мы решили пожениться, так что не порти отношения с будущей невесткой.

Эльвира Сергеевна приложила одну руку к груди:

— Сейчас сердце остановится. Руслан, ты доведёшь меня до инфаркта.

Сын, наверняка, уже привык к эпатажу своей матери, и на корню присёк манипуляцию:

— Сердце с другой стороны. Не забывай, что вера врач. Тебе больше не удастся шантажировать меня мнимыми болезнями. Если хочешь внуков — смирись и возрадуйся, другого шанса у тебя не будет.

Я сидела, зажав руки между коленями, потому что они тряслись.

«Что происходит? А как же Вика? Ребёнок, которого она носит?

Он, что, решил завести две семьи?

Пытается вызвать ревность у своей возлюбленной, дабы не крутила хвостом?

Или прикрывается мной, чтобы мать не пилила его за неугодную невесту. Не факт, что Виктория снискала расположение этой капризной матроны».

— Вера, после завтрака отвезу тебя в свадебный салон. Если Эльвира Сергеевна решит присоединиться и помочь тебе с выбором платья, реши сама — брать её или нет.

Мне кажется, я брежу. Но злые взгляды матери Руслана оставляли на лице ожоги, поэтому я просто выпила стакан воды и убежала с поля боя в свою комнату.

Хотелось поговорить с Русланом, задать ему вопросы, но даже под дулом