Измена, или Страдай, бывший! - Настя Ильина

Но в данную секунду меня волнует больше всего другое — почему Андрей не признался и не рассказал мне всего?

Глава 11

Выйдя из оцепенения, я качаю головой и спешу в комнату, где оставила телефон. Андрей прислал какое-то сообщение, но пока нет времени открывать его. Вызываю скорую помощь, сообщив, что беременная девушка упала с лестницы.

Страх опутывает сознание.

Может, мне следовало сразу прогнать их обоих? Не обвинят ли они теперь меня в том, что столкнула Алину? Мой муж может пойти свидетелем, чтобы опорочить меня. Но я не прикасалась к ней. Моих отпечатков на её одежде нет. А там остаются отпечатки? Голова распухает от обилия мыслей.

Спускаюсь и вижу, что Алина пришла в себя. Дима держит её голову на коленях, просит не шевелиться, а она рыдает и говорит, как сильно опасается за ребёнка.

Просто идеальная семейная парочка.

Противно до зубовного скрежета.

— Как так получилось, что ты упала? Тебе ведь специально выделили комнату на первом этаже, — напираю я.

— Я почувствовала себя неважно, хотела сказать вам об этом, а когда начала подниматься, перед глазами всё потемнело, — пищит Алина.

Прекрасно! Её слова я записала, потому что включила диктофон на телефоне. Отвертеться и обвинить меня теперь точно не получится.

— Как себя чувствуешь? — А теперь важно проявить заботу.

— Живот очень режет. Очень сильно, — Алина всхлипывает. — Я не прощу себя, если потеряю ребёнка. — Она смотрит на меня и тут же добавляет. — Вашего ребёнка.

Даже теперь умудряется играть свою роль… Значит, ей не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. Ладно. Пусть играет. Понаблюдаем, что и как будет дальше.

Врачи приезжают быстро. Алину осматривают, а потом переносят на носилки и говорят, что ей обязательно нужно пройти обследование. Она умоляет отвезти в медицинский центр, где наблюдается по беременности, но фельдшер отрицательно качает головой.

— Вы вызвали скорую помощь, а не специалистов из вашего модного центра. Как только вас осмотрит врач, так сразу можете поехать, куда хотите. Мы вам не такси.

— Я вам заплачу! — подскакивает Дима.

— Нет. Мы должны отвезти её в дежурную больницу.

— Дима, не спорь! Каждая секунда может стоить ребёнку жизни! — возмущаюсь я, делая вид, что мне не всё равно.

На самом деле это не так… Я холодна. Если она потеряет ребёнка, значит, так суждено. Эта сторона пугает меня, но понимаю, что с такими родителями малыш вряд ли будет счастлив, а растить плод измены мужа я не готова.

Дима неохотно соглашается, Алина в панике.

Смотрю на её живот и понимаю, что он слишком маленький для её срока. Есть ли беременность вообще? И если есть — не хотела ли Алина избавиться от ребёнка? Может быть, она нарочно подстроила всё? Мыслей много, но ответов нет. К тому же, я всё ещё думаю об Андрее и истории, которую рассказал Дима до всего этого.

— Я поеду с ней. Сможешь потом забрать нас из больницы?

Только киваю.

Дима уходит, а я лишь потом понимаю, на что согласилась.

Боже! Везти мужа с любовницей из больницы? Серьёзно? Я должна делать вид, что переживаю за ребёнка, но всё-таки актёрское не оканчивала. Тяжело играть роль глупой идиотки.

Поднимаюсь наверх, плюхаюсь на кровать и смотрю на сообщение Андрея.

Скворцов: «Как добралась до дома?».

Вроде бы ничего такого не спросил, а мне хочется съязвить.

Нельзя позволять эмоциям одержать верх.

В этой истории что-то не складывается, а если Андрей действительно хочет отомстить за своего отца и играет, то я должна обыграть его.

Напрягаю память, вспоминаю лишь детский крик, рвущий душу на части.

— Мамочка, нет! Мамочка!

А дальше потёмки.

Виски режет, я вскрикиваю от боли и подскакиваю с кровати.

Телефон падает на пол.

Обхватываю голову руками и пытаюсь успокоиться.

Неужели я видела мамину смерть? Видела, но не могу вспомнить? Именно по этой причине Андрей не хочет напоминать мне о пережитой боли?

Телефон вибрирует.

Звонит Лизка.

Хочет подробности нашей ночи с Андреем? Нет, мне сейчас не до этого.

Хожу по комнате и не знаю, сколько времени проходит. Много. Я всё хожу и думаю… думаю… заставляю себя вспомнить, увидеть, кто это сделал, но не могу. Видение ускользает. Чувствую только сильнейшую боль, а слёзы сами по себе текут по щекам.

Телефон не перестаёт звонить.

Приближаюсь и поднимаю его.

Дмитрий.

— Да! — отвечаю глухо.

— Лер, с Алиной всё нормально. С малышом тоже. Врач осмотрел её и сказал, что беспокоиться не о чем. Ей сейчас будут ставить капельницу. Понимаю, что ты тоже взволнована, поэтому уже попросил водителя заехать за нами и забрать из больницы. Успокаивайся и не переживай. Понимаю, что сейчас должен быть рядом с тобой после новостей, обрушившихся на твою голову так внезапно, но здесь я сейчас нужнее. Нашему малышу.

Ага, конечно!..

Вашему малышу…

— Хорошо, — только и отвечаю, а потом скидываю.

Мне так лучше — не мозолит глаза, есть время успокоиться и подумать.

Спускаюсь, и сама не знаю, почему захожу в комнату Алины. Проверяю ящики стола и нахожу банку с антидепрессантами, запрещёнными беременным.

Она нарочно пыталась избавиться от малыша? Или ей настолько всё равно на него, что пичкает себя таблетками и заботится исключительно о себе любимой?

Стискиваю зубы и делаю фотографию банки.

Никто не знает, что и когда пригодится.

Выхожу из комнаты любовницы своего мужа и набираю номер Андрея.

Мне хочется поговорить с ним, но я боюсь, что обожгусь, если буду неосторожно задавать вопросы.

Глава 12

— Привет.

Тёплый бархатистый голос проникает в глубины сознания. Он ласкает слух, и мне неосознанно хочется верить его обладателю. Губы растягиваются в улыбке, но лишь на мгновение.

— Привет ещё раз, — отвечаю тихонько, поднимаясь наверх.

До сих пор не пришла в себя после падения Алины. Упала ли она на самом деле? Или разыграла спектакль, чтобы заставить Диму переключить всё внимание на неё? Вопросов много, но я понимаю, что не могу долго задерживать любовницу своего мужа здесь. Потому что она может и меня обвинить в потере ребёнка, которого не слишком-то хочет, судя по имеющимся у неё препаратам.

Как бы теперь проверить — есть ли беременность на самом деле? Или моего быка, пока безрогого таскают за кольцо в носу?

— Лер?

Вздрагиваю и