Огонь в его ярости - Руби Диксон

Но если он действительно думает, что я его пара… он определенно попытается снова напасть на меня. Я чувствую волнение и нервозность при этой мысли. Меня даже никогда не целовали. Щупали, да. Сжимали мои сиськи и хватали за задницу? Да. Делали грубые предложения? Сто раз. Но никто никогда не целовал меня и не был нежен со мной.

Я должна признать, что часть меня страстно желает узнать, каково это, когда тебя целует кто-то, кто тебя любит. Я знаю, что я глупый романтик. Я знаю, что искать нежности у кровожадного дракона, вероятно, столь же глупо. Но я ничего не могу поделать с мыслями, которые приходят мне в голову. Может быть, это потому, что я в ловушке, и тот факт, что я не могу уйти или убежать, заставляет меня задуматься о том, что я буду делать, если стану его парой.

В конце концов, какие еще варианты у меня есть?

Сильный ветер впивается в мою кожу, заставляя меня вернуться к нему. По крайней мере, ему тепло, а мне холодно.

Я подхожу к нему, хотя возвращаться к тому, кто меня похитил, кажется безумием, и прижимаюсь к его чешуе. Его передняя лапа немедленно двигается, чтобы обвиться вокруг меня, и это странно, но все не так уж плохо. Когти крепко обхватывают мою ногу, и я вспоминаю, как он мотал головой взад-вперед, сворачивая шею своему сопернику, и меня снова охватывает холодный прилив страха.

— Просто не убивай меня, ладно? — шепчу я, неловко поглаживая его чешую. — Может быть, мы сможем стать друзьями, если ничего другого не останется.

Вот и вся надежда.

* * *

Я хочу снова погрузиться в сон, потому что там мне не нужно ни о чем думать. К сожалению, я не могу. Я слишком напугана и напряжена, и поэтому я просто сижу на месте, думаю, волнуюсь и задаюсь вопросом, не умру ли я здесь, в одиночестве. Конечно, он схватил меня не для того, чтобы убить, напоминаю я себе. Ему нужна пара, а не закуска. Пока мой мозг обдумывает сложившуюся ситуацию, пытаясь понять, что делать, я в конце концов решаю, что мне придется набраться храбрости и подружиться с этим драконом.

Друзья не едят друзей. Надеюсь. И даже несмотря на то, что он пытался взобраться на меня, как на пару, я надеюсь, что если мы подружимся, он не попытается сделать это снова.

Тогда ладно. Я могу быть дружелюбной. Я узнаю его имя — каким-нибудь образом — и тогда, возможно, мы сможем наладить связь. Я стараюсь не думать о том факте, что Клаудия сказала, что Кэйл смог поговорить с ней только после того, как они сблизились. В то время я невинно думала, что это произошло, когда они открылись друг другу, и она не вдавалась в подробности. Теперь, когда я сама была захвачена драконом, я вспоминаю, как он смотрел на меня и прижимался ко мне своим телом, и думаю, что «связь» будет чем-то совершенно другим.

Это придется отложить. Я этого делать не буду. Только не с убийцей.

Я тихо сижу и закрываю глаза, пытаясь наслаждаться тем фактом, что я нахожусь на солнце и на открытом воздухе. Разве это не то, чего я хотела? Это ирония судьбы, потому что все мои мечты сбываются, и я никогда в жизни не была так напугана. Мне нужно пописать, но я не смею сдвинуться с места. Что, если драконы похожи на других хищников, и в тот момент, когда вы убегаете, им хочется броситься в погоню? Лучше всего просто сохранять спокойствие и подождать, чтобы посмотреть, что он сделает. Я могу это сделать. Клаудия, Саша и Эмма — все они столкнулись лицом к лицу с драконом и в итоге остались счастливы. Если они столкнулись с драконом, я тоже могу это сделать. Наверное. Моя нога болит, напоминая мне, что я не так сильна физически, как они. Впрочем, все в порядке. Это просто означает, что я не смогу убежать. На самом деле, я все равно не собиралась этого делать — он мог обогнать меня в одно мгновение. Мой план должен быть чем-то нефизическим, вот почему я собираюсь выбрать дружбу, как бы банально это ни звучало.

У меня громко урчит в животе. Я вздрагиваю, когда глаз дракона открывается, и он смотрит на меня сверху вниз. Черный вихрь в его взгляде сменяется бледно-золотым, и он поднимает голову, тычась в меня носом. Я дрожу от страха под этим прикосновением, но когда он больше ничего не делает, я задаюсь вопросом, не ждет ли он, что я что-то сделаю, сделаю шаг. О боже.

— Эм, привет, — тихо говорю я и машу рукой. — Не знаю, понимаешь ли ты меня в таком состоянии, но было бы действительно здорово, если бы мы могли поговорить лично, а потом, возможно, найти туалет. И обед.

Голова немедленно опускается, взгляд фокусируется на мне, и я съеживаюсь. Мало того, что я выгляжу глупо, требуя обеда у дракона, но я даже не знаю, понимает ли он меня. Боже, я такая идиотка. О чем я только думала? Что…

Мгновение спустя дракон принимает человеческий облик, и я чуть не падаю навзничь от удивления, наткнувшись на его чешую. Он разворачивает свое обнаженное тело, выпрямляясь плавным движением, которое я сотни раз видела у Кэйла, и я автоматически отвожу глаза, чтобы не смотреть на его наготу, уставившись в землю у своих ног.

Конечно, вся эта затея «не смотреть ему в глаза» срабатывает примерно на две секунды, потому что он приседает передо мной и касается моего подбородка, заставляя меня посмотреть ему в лицо. Когда он это делает, я поражаюсь тому, насколько красивым и сильным выглядит его лицо. Он немного похож на Кэйла, но черты его лица более резкие, глаза длиннее и глубже, ресницы не такие густые. У него более выпуклый нос и цвет кожи более темнее. И потом, конечно, у него на шее шрамы. Он изучает мое лицо, а затем наклоняется и тычет меня в живот, прежде чем я успеваю оттолкнуть его руку.

Я отшатываюсь и ахаю от удивления, потому что, ну, этого я не ожидала. Человек-дракон низко рычит, как будто недоволен моей реакцией, и его ноздри раздуваются. Он пристально изучает меня, и кажется, что он чего-то ждет.

— Ты напугал меня, — шепчу я, затаив дыхание.

Я также впервые замечаю, что он не совсем голый. Вокруг его запястья