Охота на тень - Екатерина Политова

А потом усмехнулась. Вот ведь идиот. Можно было не тащить его в больницу, а для начала сунуть тьме, он восстановился бы куда быстрее. Но он этого явно не знал или не хотел знать. А ещё… Ишшмэ не мог по нему попасть. Потому что Хуг явно знал, какая тень действует.

Хэдишш вздохнула. Это была полезная способность. Ведь сама она понятия не имеет, слушает ли кто-то из тени… А ещё в бункере была его кровь. И на арене. И чем больше он двигался — тем больше теней не мог использовать Ишшмэ.

— Зараза… — прошептала она, уткнувшись лбом в стекло.

Когда они вернулись в офис, Хэдишш позвала Лэшш поговорить наедине, пока Нитэ отгонял «Гиенту» в подземный гараж. Лэшш опять растянулась на диване в холле. Хэдишш спустилась в кухню и налила себе слабый, сильно разведенный сливками кофе.

— Как ты думаешь, нужно ли сказать ему об этом? Тому мужчине из Устья?

— О чем? — не поняла Лэшш.

— О том, что он полукровка.

Лэшш хохотнула.

— То есть, ты думаешь, он не знает? — она насмешливо посмотрела на Хэдишш. — Детка, никогда бы не подумала, что ты наивна. Этот мужик смотрит на тень с явными пониманием, на что он смотрит. Это движение к пистолету, оно было очень… говорящим. И ты думаешь, что он такой при этом: «хм, наверное, случайность, просто встал с утра не с той ноги. У всех людей случается». У людей — не случается! Я думаю, что твой дружочек в курсе.

— Оно… не складывается в моей голове.

— Может, он просто не хочет быть тем, кто он есть? А вообще, детка, это не твоя ответственность, но ты почему-то взваливаешь это на себя. Серьезно. Личность этого человека дорого стоит? «Глаза и уши» могут продать её по тройной цене? Или, скажи мне, может, ты втюрилась?

Хэдишш подавилась кофе. Лэшш терпеливо подождала, пока она откашляется.

— Издеваешься?! Он сравнил меня с Ишшмэ! Он считает теней мерзкими тварями!

— Вот тебе и ответ. Ты ничего не обязана ему говорить. Там уже всё решено — тене-люди мерзкие твари. Зачем ассоциировать себя с мерзкими тварями, когда вокруг есть абсолютно пушистые и максимально добрые людишки.

Лэшш встала.

— Выкинь это из головы… Хотя, — она взмахнула рукой. — Чтобы что-то вытащить из твоей головы, проще отделить эту голову от тела. И то, даже без тела, ты будешь продолжать мусолить какую-нибудь мысль.

Лэшш потерла лысую голову, её рука свободно прошла под теневыми волосами, будто их и не было вовсе.

— Не завидую этому мужику.

— В смысле?

— Марко! — ответила Лэшш и указала на Хэдишш пальцем. Хэдишш насупилась. — Пару лет назад ты задолбала парня настолько, что он переехал к черту из Пирамиды!

— Это не то же самое, — холодно отозвалась Хэдишш. Она так больше не делала.

— Если у тебя включился режим преследовательницы, моя ты теневая девочка, то давай условимся. Каждый раз, как у тебя в башке будет возникать образ этого мужика — приходи ко мне, буду устраивать тебе спарринг. Предвижу, что к концу недели ты с дивана не поднимешься. Потому что иначе — подумай ещё раз, и хорошо, не собираешься ли ты портить и без того уничтоженную репутацию Теневой Стороны в Пирамиде?

Хэдишш тяжело, зло выдохнула.

— Но разве мне не должно быть интересно, откуда взялся другой полукровка? И почему Раад был не рад тому, что ты его случайно обнаружила много лет назад?

— Если Раад считал, что от чего-то надо держаться подальше — обычно это было оправдано. Пару раз это спасало мне жизнь.

Они обе замолчали. Только тихий звук кондиционера в холле нарушал полную тишину.

— Я пойду. Просто будь осторожна. И береги брата. Он не в порядке, — вдруг резко отозвалась Лэшш. — И сделай так, чтобы ты не совалась к таким отморозкам как Ишшмэ в одиночку.

— Я была не одна… — отрезала Хэдишш.

— Плевать. Ты берешь меня, если надо набить кому-то морду. Человек, тень, биэр или придурок с ши-ире в задни…

— Я поняла! Я не ребенок!

Лэшш смерила её серьезным мрачным взглядом.

— Для меня — ты ещё молодая и глупая. Прямо как я когда-то. — вздохнула Лэшш. — Мне чертова сотня лет.

А потом она раздраженно цокнула.

— Ладно. Раада нет, чтобы оторвать мне голову. Дай мне бумагу и ручку.

Хэдишш протянула ей свой блокнот. Лэшш накарябала корявое слово на теневом языке.

— Стаа… — начала читать она.

— Нет. Не читай вслух, — оборвала её Лэшш.

— Что это? Я уже слышала это имя где-то.

— Если это отпрыск не Раада, то её, — тихо сказала Лэшш, почти шепотом. — Ты бы добралась до этого имени, но, боюсь, убилась бы по пути. Пусть я буду крайней. Если будешь искать дальше, будь так осторожна, будто от тебя зависит жизнь и твоя, и твоего брата, и вообще всей Теневой Стороны Пирамиды. Ты поняла?

— Да, — Хэдишш гипнотизировала бумагу, на которой было написано имя. — А что-то ещё известно? Я думала, Раад единственный… первый.

— Нет. Но… он был куда более мирным созданием, чем она, — Лэшш ткнула в имя и прошептала: — Она безумная кровавая белая смерть, детка.

Сердце Хэдишш забилось сильнее. Это было что-то действительно опасное, и она видела это по лицу Лэшш. Та боялась даже произносить имя вслух.

— Сожги эту бумажку. А я пошла. Зови меня, если нужна буду. И… боже, зачем я это говорю, будь аккуратна с этим мужчиной, если он действительно то, что я думаю.

Аккуратна… подумала Хэдишш. С ним никогда не получается аккуратно.

Хэдишш как всегда не спалось. Бессонница мучила её всё чаще. Она полночи смотрела в потолок. В конечном итоге встала, когда на часах показывало 3:48. Квартира была тиха. Нитэ спал в своей комнате. Ещё две комнаты были закрыты, и Хэдишш боялась туда соваться. Она надела черный легкий сарафан, взяла такой же черный кардиган, прошла через квартиру, вышла в офис через потайную дверь. Все они жили, что называется, «на работе». Практически весь подвал здания был переоборудован под офис и их жилье.

Ночная Пирамида встретила прохладой. И Хэдишш