Несерьезные намерения - Келли Хантер

«Кто это?» — произнесла она одними губами.

Деймон пожал плечами, но дверь не открыл, за что она была очень ему благодарна.

Ручка повернулась снова, и на этот раз Деймон нахмурился.

— Кто там? — спросил он.

— Лена.

Поморщившись, он перевел взгляд с лица Руби на дверь ванной. Она наклонилась, пролезла под его рукой, тихо прошла в ванную и закрылась там в надежде, что Деймон под каким-нибудь предлогом уведет Лену, и она сможет уйти.

Руби услышала, как дверь спальни открылась.

— В чем дело, Лена? — осторожно спросил Деймон.

— Впусти меня, Деймон, — раздраженно бросила Лена. — Какого черта ты прячешься?

— Я как раз собирался возвращаться к гостям, — ответил он.

— Подожди. Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

У Руби появилось нехорошее предчувствие.

— Прямо сейчас, — твердо добавила Лена, и Руби прислонилась к стене и закрыла глаза.

— Не сейчас, Лена, — возразил Деймон. — Это неподходящее время.

Но его сестра была настроена решительно, и ему ничего не оставалось, как впустить ее в комнату.

— Почему ты не сказал мне, что знаешь, где сейчас находится Джаред?

— Что? — осторожно спросил он.

— Вчера ты сказал мне, что не знаешь ничего, а сегодня Поппи сообщила мне, что ты уже залез в базу данных разведывательной службы, обнаружил там личный номер Джареда и скопировал закодированный файл, который Поппи нужно теперь расшифровать.

— Лена, прошу тебя, — произнес он, прижав пальцы к ее губам. — Не сейчас.

Она оттолкнула его руку в сторону. Ее глаза неистово сверкали.

— Почему ты ничего мне не сказал? По-твоему, я слишком слаба, чтобы узнать правду внезапно?

— Лена…

— Ты солгал мне.

— Нет, я сказал тебе, что у меня нет информации о местонахождении Джареда. У меня ее по-прежнему нет.

— Хватит пудрить мне мозги! Я устала от твоей полуправды. Ты зарабатываешь себе на жизнь хакерством и привык к тому, что твоя жизнь — это сплошной набор секретов, но сейчас речь идет о нашем брате. Как ты мог скрыть от меня правду? Тебе не пришло в голову, что я, возможно, смогу помочь? Что я могу знать операционные системы и коды лучше тебя?

— Лена, не сейчас, — процедил он сквозь зубы.

— Почему не сейчас?

Дверь ванной неожиданно открылась, и на пороге появилась Руби. Она выглядела бледной, но спокойной.

— Вероятно, потому, что не хотел, чтобы кто-то подслушал ваш разговор, — сказала она. — Прошу меня извинить… Мне пора идти. Деймон, спасибо тебе за то, что… э-э… позволил воспользоваться твоей ванной.

Изобразив на лице улыбку, Руби быстро удалилась и закрыла за собой дверь.

— Черт побери, — пробормотала Лена, растерянно глядя на него. — Деймон, мне так жаль.

Но брат не ответил ей, потому что уже вышел в коридор.

Стоя в стороне, Деймон смотрел, как Руби командует официантами, словно генерал, готовящий свою армию к наступлению.

Она не убежала, поскольку ей нужно было выполнять свою работу. Деймона вполне устраивало наблюдать за ней, пока он искал выход из ситуации, в которую никогда прежде не попадал.

Найдя его, он вернулся в свою комнату, сложил в рюкзак вещи, которые ему понадобятся, затем нашел Руби на кухне, взял ее за руку и повел к выходу. Ему было плевать, что подумают друзья и партнеры его отца. Расселл это переживет. Что же касается Руби… Если она и была против их внезапного совместного ухода, то не подала виду. Забрав из шкафа свою сумку, она позволила ему вывести себя из квартиры.

Возможно, она была рада поскорее уйти с приема. Возможно, хотела что-то ему сказать. Он не стал ее расспрашивать. Она сама все ему скажет, когда сочтет нужным.

Когда они вошли в лифт, Руби встала к нему лицом. Она не обладала классической красотой, как у Грейс Келли, но в ее глазах можно было утонуть, а губы были произведением искусства. Если он предпочитает эту живую чувственную красоту классической — это его дело.

Если он хочет доверить ей свои самые мрачные секреты — это тоже его дело.

В лифте они ехали молча. Только когда они оказались на стоянке, она наконец заговорила.

— Мне не много известно о хакерстве, но я знаю, что слово «хакер» имеет множество значений, — осторожно начала она. Судя по выбору слов, она тщательно подготовилась к этому разговору. — Что ты за хакер? Или, может, правильнее будет спросить, с какой целью ты проникаешь в чужие компьютерные системы?

— Решила подвергнуть меня перекрестному допросу, Руби?

— Ты собираешься отвечать на мой вопрос, Деймон? Поправь меня, если я ошибаюсь, но у меня создалось ощущение, что ты проникаешь в компьютерные системы, чтобы получить информацию. Например, информацию о местонахождении своего брата.

— Это было неофициальное использование моих профессиональных знаний.

— Понятно, — произнесла Руби язвительным тоном. — Значит, твоя работа связана с официальным сбором конфиденциальной информации. Как утешительно это узнать.

— Зачастую цель оправдывает средства, Руби.

Она посмотрела на него с осуждением:

— Значит, ты шпион. Современный вор, крадущий информацию из чужих компьютерных систем. — Не дождавшись его ответа, она добавила: — Боже мой, Деймон. Ты хоть представляешь себе, сколько вопросов морального характера вызывает у меня твоя работа? Есть другие способы получения информации. Законные способы.

— В таком случае почему бы тебе не попросить ФБР поделиться с тобой информацией о твоем отце?

— Заткнись.

— Шпион — это вторая древнейшая профессия. Я не делаю ничего нового. Просто получаю информацию более современными способами. Моя деятельность направлена на поддержание мирного баланса сил между странами. Разве это плохо?

Руби ускорила шаг. Ее грудь часть вздымалась и опускалась. Деймон молча следовал за ней, не понимая, как оказался в такой дурацкой ситуации. Он решил, что всему виной ободки для волос. Впредь он будет за километр обходить женщин с ободками.

— Я знала, что у тебя есть секреты, — сказала Руби, ища в сумке ключи от машины, — но все равно согласилась проводить с тобой время. После того, что ты только что мне сказал, ты возвысился в моих глазах. Твои секреты оказались гораздо серьезнее, чем я думала. Я с самого начала знала, что мне следовало держаться от тебя подальше, — пробормотала она. — Почему я не делала этого?

У него не было ответа на этот вопрос.

— Ты никому не должна говорить то, что я тебе сказал.

— Я это поняла. Кто еще знает?