Укради меня - Ольга Мурашова

Его голос звучал из-за моей спины, громко, чётко и не сбавляя темпа. А в этот момент я почувствовала, что ритм сбился. Его голос немного дрогнул. Он подошёл к самому важному. Мне стало понятно, что я должна услышать это, глядя ему в глаза, поэтому я обернулась и сразу наткнулась взглядом на его серьёзное лицо. Близко, слишком близко.

– И есть ещё один момент. Следующий контракт для меня будет последним – возраст поджимает, я смогу играть на том же уровне ещё лет пять, а дальше точно всё. Я бы соврал, если бы сказал тебе, что мне не страшно. И если мне представится шанс – я буду его использовать, потому что сдаваться я не собираюсь, меня сдаваться не научили. Да, наверное, я мудак. Но не окончательный, поверь. И мне сейчас нужен такой друг, как ты. Я жалею, что наговорил тебе гадостей, ты их не заслуживаешь. У меня всё.

В комнате повисла тишина. И в этой тишине пронзительно запищал таймер. Он успел.

Мне не было его жалко. Да он и не просил жалости. Он просил понимания. И вот на этот раз он точно выложил мне всё. Картинка сложилась.

Он протянул мне руку.

– Мир? – он немного помолчал. – Я блефовал. Я не стал бы хватать тебя за руки и принуждать слушать. Я бы не смог.

– Мир, – я пожала его ладонь, но, увидев, как он поднял вторую руку, убрала с её траектории своё плечо. – Обниматься не будем.

Мы так много пытались говорить в последние дни, что остаток дня фактически молчали, изредка перекидываясь парой фраз. Слова были не сильно нужны – для той убогой коммуникации, которая у нас была, нам хватало жестов и взглядов.

Мы убивали вечер, играя в карты – на новости решили забить. Единственная игра, правила которой я смогла объяснить, и была игра в пьяницу – отличная игра. Правила её уяснит даже трёхлетний ребёнок – собственно, примерно в этом возрасте дедушка и пристрастил меня к азартным играм. А при достаточном везении партия может быть очень длинной. Однажды в детстве нам с друзьями удалось растянуть партию на три дня. И нам с Эриком пока везло – партия продолжалась и продолжалась, полную руку карт мы набирали по очереди. Фортуна сегодня ещё не определилась с фаворитом.

– Слушай, – сказал он, когда я сгребала очередную взятку, – давай я тебе хотя бы деньги верну, которые ты потратила, а? Я не умею читать мысли, но в состоянии оценить твой уровень дохода. Он… немного ниже моего. Подумай, как тебе было бы удобнее. Я вернусь домой и сразу же…

В моей голове словно вспыхнула красная лампочка. У-у, парень, притормози, подумала я. Я тоже не телепат, но попытку получить хоть какие-то сведения обо мне выкупила сразу. Ага, щас, возьму и выложу все на блюдечке. Но какой хитрец: зашёл аккуратно, с козырей, да ещё и типа под благородным предлогом. Денег-то мне, конечно, жалко, и по возвращении придётся на первое время немного занять, но я упорно собиралась держаться за решение не сообщать даже своего имени.

Я постаралась улыбнуться как можно беззаботнее.

– Да ладно, не надо. Считай, что это благотворительность. Поддержка российского спорта.

– Я искренне рассчитываю, что в ближайшем будущем всё-таки международного, – засмеялся он. – А методы поддержки спорта ты явно из триллеров берёшь. Кстати, а чего ты книгу бросила? Там закладка второй день на одном и том же месте. Я вот дочитал.

– А мне не интересно дочитывать. Я поняла, кто главный злодей, на четыреста пятнадцатой странице.

– Но сюжет же дальше продолжается.

– А они все одинаковые, эти сюжеты. Ну, то есть, вариантов развития немного и я все их знаю.

– А вдруг кто-то из главных героев в конце умрёт или они поженятся?

– Автор мой интерес не удержал, увы, – карт в моей руке оказалось слишком много и они выскользнули из моих пальцев, рассыпавшись по скатерти и засветившись противнику.

– И ты всегда так бросаешь книги?

– Если автор сдал свои карты – да, бросаю, – я зевнула и начала сгребать растерянное в кучу. – Давай завтра доиграем, ночь на дворе. А ты всегда дочитываешь?

– Да, всегда может быть какой-то неожиданный поворот. Спокойной ночи.

Последняя реплика настигла только мою спину, я уже закрывала за собой дверь в спальню – так хотелось спать. Но, немного поколебавшись, я всё же снова придвинула комод к двери.

Я натирала кухонный стол полотенцем и почти пританцовывала. Настроение с самого утра у меня было просто отличное. Ибо настал день, после которого я, наконец, смогу вернуться домой, в свою уютную серую питерскую реальность, удрать, сверкая пятками, подальше от этого чокнутого Зазеркалья. День обратного отсчёта. День Ч. Энергия била из меня ключом.

Мне так не терпелось, что я с самого утра начала сборы, хотя планировала уехать только завтра утром. Я собрала все свои вещи в сумку, уложила её и выставила в коридор. Я заправила кровать, хотя в предыдущие дни ни разу этого не сделала. Я даже убралась на кухне, устраняя последствия поисков резервного освещения. День был жаркий. Я умаялась, вся вспотела и покрылась пылью, которую все эти дни, разумеется, тоже никто не трогал. Пришлось распотрошить собранную сумку, сходить в душ и переодеться, а грязную одежду, так и быть, постираю уже дома. Сумка была собрана и вынесена второй раз.

Эрик, если и был как-то задет тем, что я с утра игнорирую его присутствие, виду не подавал. Из душа я вылезла аккурат к обеду, который опять был накрыт в комнате, и даже остатки овощей были разложены на тарелке в художественном порядке. Впрочем, обед был поздний – я же полдня крутилась на кухне с уборкой, и день уже стремительно катился к закату. Собирая посуду, я спросила, что мы сегодня будем делать вечером, смотреть новости или играть в карты – других вариантов я предложить не могла. Он выбрал карты, я протянула ему колоду и отправилась мыть посуду, слава богу, он уменьшил её количество до приемлемого. Поясница отвалиться уже не успевала – я была быстрее.

Первая партия в пьяницу закончилась неожиданно быстро – Фортуна наконец определилась с любимчиком (капризную богиню можно было понять),