Соня Сомова спасает Новый Год - Игорь Толич

— Вы мне предлагаете взятку? — нахмурился Феликс. — Ай-ай-ай, министр Свин! Как вам нестыдно?! Впрочем, я согласен, — быстро добавил советник и заговорил чуть более дружелюбно: — Только яблоки мне не нужны.

— Чего же вы тогда хотите?.. — покрылся холодной испариной министр Хрюнов и чуть-чуть побледнел.

— А давайте мы сделаем вид, что не видели друг друга, а вы сделаете так, чтобы больше никто не увидел Варвару и Благояра.

— Это, простите, как?! — не на шутку переполошился Свин, ещё сильнее трясясь от страха.

Голос советника Пустякова сделался совсем тихим и даже ласковым. Он отошёл от прохода и принялся кружить вокруг напуганного министра, который следил за каждым его шагом.

— А вот так, уважаемый министр Хрюнов… — сладко пел Феликс. — Допустим, кто-нибудь из стражников как-нибудь ночью выведет бывшего главного садовника Благояра и его жену Варвару из тюрьмы, посадит в сани и… отправит в Зачарованный Лес.

— Вы с ума сошли?.. — зашептал Свин. — Они же там пропадут!

— Пропадут, — спокойно согласился Пустяков и зачем-то оглядел ногти на своей руке, а затем вновь уставился на министра. — Ну, так и пусть пропадают пропадом.

— Но ведь так нельзя…

Феликс остановил внимательный взгляд на яблоках, которые всё также продолжал обнимать министр.

— Из королевского погреба тоже нельзя брать припасы без разрешения замкоуправительницы. Правда же?

— Правда, — печально кивнул Хрюнов. — Но это ведь яблоки…

— Да, — рассудил советник. — И они могут вам стоить вашей прекрасной должности.

Министр горестно хрюкнул. Его чёрные глазки потускнели, а весь он совсем поник. И от такой тоски принялся грызть одно из яблок.

— Ну, вы подумайте-подумайте, — подбодрил его советник. — Ведь наверняка вы вдобавок не хотите, чтобы принц Алан узнал ещё об одном вашем малюсеньком проступке…

Снова глаза Феликса зажглись грозным огнём, от которого Свин поперхнулся и даже не смог высказать что-то в своё оправдание. Советник невозмутимо постучал его по спине и быстро удалился.

А министр Хрюнов даже к яблокам потерял всякий интерес. Он остался стоять один-одинёхонек посреди зала с охапкой теперь не казавшимися такими уж вкусными яблок.

Чаки тоже застыл с вытянутой мордочкой. Во время разговора он расслышал каждое слово, но понял далеко не всё. Кажется, он даже дышать на некоторое время перестал.

Однако теперь он очнулся и здорово напугался, что министр Хрюнов его заметит. Чтобы избежать столь неприятного казуса, Чаки бросился обратно в кухню — только пятки сверкали.

— Соня! — воскликнул он, влетая в дверь.

Девочка едва не споткнулась о щенка, потому что именно в этот момент собиралась нести принцу Алану его волшебный завтрак.

— Чаки! — наругалась маленькая хозяйка. — Ты чего под ноги бросаешься?! Я могла на тебя кашу горячую пролить!

— Я там такое слышал!.. — громким шёпотом произнёс Чаки, не обратив внимания на Сонино недовольство.

Ему было гораздо важнее рассказать девочке о том, что он узнал. Ведь это наверняка очень важно!

— Чаки, мне некогда, — перебила Соня.

Она шагнула из кухни с подносом. Однако щенок просто так не сдался и зашагал с ней рядом.

— Я только что подслушал разговор, который никто не должен был слышать, — объяснял Чаки по дороге к столовой.

— Что ты сделал?.. — удивилась девочка, не скрывая возмущения в голосе. — Нельзя подслушивать чужие разговоры!

— Я знаю… — виновато протянул щенок. — Но так просто получилось…

— «Так просто» не может получиться. Ты либо подслушиваешь специально, либо не подслушиваешь тоже специально.

— Ну, хорошо! — согласился Чаки. — Так просто получилось, что я специально подслушал чужой разговор. Но я выяснил кое-что очень важное!

— И что важного ты выяснил? — всё-таки заинтересовалась Соня.

— Понятия не имею, — признался Чаки и добавил весело: — Но уверен, ты обязательно во всём разберёшься!

Соня закатила голубые глаза и покачала головой. В этом момент друзья дошли до королевской столовой.

Принц Алан уже заждался своего завтрака и нетерпеливо постукивал ложкой. Заприметив входящую в зал девочку с дымящейся тарелкой на подносе, принц заметно приободрился.

— Что волшебного ты мне приготовила сегодня? — поинтересовался он, стараясь скрыть явную заинтересованность в своём голосе.

— Кашу, — легко ответила Соня.

— Кашу?! — подпрыгнул на стуле принц. — Какую ещё кашу?!

— Овсяную, разумеется, — объяснила девочка, ставя перед королевским отпрыском приготовленную еду.

— Я ненавижу овсянку! — взвыл от злости Алана. — Стража!!!

— Что ты орёшь? — удивилась Соня. — Неужели ты ненавидишь волшебную кашу? Ты ведь даже не попробовал.

— И пробовать не собираюсь! Стража!!! — вдвойне громче завопил капризный мальчик.

— То есть не будешь есть? — всё с тем же спокойствием уточнила маленькая хозяйка. — Ладно, тогда я съем. Мне как раз очень нужно немного волшебства с утра. А то в замке такой беспорядок, что не знаю, как управиться…

— И чем же тебе каша поможет? — поправив съехавшую на нос корону, проворчал принц.

— Всем. Это же не просто каша, а волшебная. Я её съем, и у меня появится куча сил и энергии. Мне всё станет по плечу.

— Всё? — недоверчиво переспросил Алан.

— Всё, — твёрдо заявила Соня.

Пошмыгав носом, Алан всё-таки взялся за ложку. Первую порцию он проглотил, морщась и кряхтя. Но, как только распробовал медовый вкус с цветочным оттенком кураги, неприятия в его лице поубавилось. Начиная со второй ложки, принц Алан поглощал овсянку уже с большим удовольствием.

В итоге он доел всю тарелку.

— Ну, как? — спросила Соня.

— Не знаю… — нахмурился мальчик.

Он поднял руку и напряг мускулы на плече. Маленькая хозяйка с важным видом потрогала королевский бицепс.

— Сразу видно, что силы прибавилось, — сказала она с серьёзным видом. — Но одной тарелки мало.

— Тогда неси вторую, — потребовал принц Алан.

— Нет, больше одной в день нельзя. Зато можно и нужно каждый день по одной с утра. Это называется накопительный эффект.

— Накопительный эффект… — растеряно хлюпнул носом принц. — Значит, слушай мой королевский указ! Отныне и навеки вечные каждое утро ты должна подавать мне волшебную кашу!

— Прекрасно, — согласилась Соня. — Вот только мне ещё