Сказ о снегах - Ксения Лисица

– И всё? – С сомнением спросила она. – Ты думаешь, Венцеслав согласиться присоединиться к нам, если я… что? Закалю его меч холодом?

– Не думаю, что это был просто меч, – раздался голос из темноты.

Ружена вздрогнула. Она и не заметила, что Крив тоже здесь. Кузнец стоял чуть в стороне, то и дело оборачиваясь и осматриваясь. Его чёрные волосы и тёмные одежды делали его почти неразличимым в темноте, особенно сейчас, когда на нём, как и на Горецвете, была накидка с глубоким капюшоном.

– Ты не слышала о Хладном Клинке и Ледяном Дожде? Это меч и серп, которые Огнебог выковал для Морены, а она наделила своей силой. Сама она предпочитала серп – Ледяной Дождь – так что меч долго ждал своего часа. Как гласят легенды, им сражался сам Огнебог, но я не думаю, что это правда. Его силой был огонь и Хладный Клинок не только не сделал бы его сильнее, но и ослабил.

– Ты думаешь, – догадалась Ружена, – что она отдала его Кощею, а теперь меч оказался у Венцеслава? Думаешь, он унаследовал его вместе с силами?

– Вполне возможно, – подал голос Горецвет, – Ледяным Дождём, насколько я помню, завладел Мрак, а вот про Хладный Клинок ничего не говорится после того, что им якобы сражался Огнебог.

– Хорошо, – сказала Ружена, – но даже если это правда, с чего бы Венцеславу так дорожить этим мечом? Вы правда думаете, что он согласится изменить твоё решение только потому что, я пробужу его меч?

Гусляр нахмурился, бросив на неё недовольный взгляд, а Крив только пожал плечами.

– Я знаю, что раньше видения Горецвета не ошибались. С чего бы им ошибиться теперь?

Ружена очень сомневалась, что их замысел увенчается успехом. Но Горецвет и Крив верили в полученное видение. С одной стороны ей не хотелось быть той, кто постоянно жалуется и ставит всё под сомнение. Но с другой, разве не имеет она на это права? В конце концов, именно Ружена сидит сейчас в темнице и именно Ружене придётся разбираться с Венцеславом и его Хладным Клинком. Ей бы не помешало больше деталей. Но, похоже, видения Горецвета, кроме того, что привело гусляра к ней, деталями не изобиловали.

Когда утром дружинники принесли ей еды, Ружена обратилась к ним:

– Мне нужно поговорить с княжичем Венцеславом.

Старший не обратил на неё никакого внимания, но младший не удержался: фыркнул, правда не зло, и покачал головой.

– С чего бы ему с тобой разговаривать? Свой срок ты так не уменьшишь, а вот увеличить вполне можешь.

Ружена собралась с духом.

– Разве ты не знаешь, где меня схватили? Я отказала в помощи Венцеславу вот он и разозлился. Но, между нами, мне не часто приходилось жить в таких условиях… Нет уж, с меня довольно. Скажите ему, что я готова помочь с Хладным Клинком.

Теперь её слушал и старший из дружинников. Убеждённым он, в отличие от младшего, не выглядел, но хоть внимание на неё обратил. Ружена старалась держаться как можно увереннее. Мужчины переглянулись, потом старший медленно кивнул.

– Я передам твои слова княжичу. Но если ты нас обманула, пеняй на себя. Тут ты полностью в нашей власти. Обещаю, оставшиеся дни будут куда хуже предыдущих.

Ружена выдержала его тяжёлый взгляд. Дружинник медленно развернулся, следом за ним ушёл и его младший товарищ. Она села обратно на мешок. Оставалось только ждать.

Не прошло и часа, когда Ружена вновь услышала шаги. Человек был один и шёл слишком быстро – дружинники так не ходили. Она поднялась и подошла к решётке.

И чуть не столкнулась лбами с Венцеславом.

Ружена поспешно отступила, благодарная, что их разделяет решётка. Взгляд у княжича был сумасшедшим.

– И почему же ты сразу не сказала мне о Хладном Клинке? – Зло спросил он. – Мы столько времени потеряли!

Она смотрела на него растерянно.

– Открывайте клетку! – Крикнул княжич подбежавшим дружинникам.

Те выглядели такими же растерянными и слегка напуганными, как и Ружена. Старший поспешно распахнул дверь в решётке, а младший во все глаза пялился на Венцеслава.

Княжич схватил Ружену за руку и практически выволок из темницы. Она собралась было вырваться и идти самостоятельно, но вот они вышли на солнечный свет и с непривычки её ослепило. Глаза отвыкли от такого яркого мира после нескольких дней в почти полной темноте. Она решила, что пока глаза снова не привыкнут, можно довериться Венцеславу. Пусть тащит.

Когда глаза немного пообвыклись, княжич уже втащил её в терем. Здесь было не так ярко, как на улице, и Ружена смогла осмотреть покои, в которые втолкнул её Венцеслав. Должно быть, его собственные.

– Откуда ты узнала про Хладный Клинок? – С сомнением в голосе спросил княжич.

Похоже, за то время, что тащил Ружену из темницы сюда, он успел остыть и теперь у него появились вопросы. Ей почему-то не хотелось рассказывать ему про видение Горецвета. Вдруг Венцеслав не поверит в него так же, как и она?

– Когда мы говорили в прошлый раз, ты и словом о нём не обмолвилась, – с возросшей подозрительностью продолжал княжич.

– Какая разница, откуда я о нём знаю? – Отмахнулась Ружена. – Куда важнее, что я могу его пробудить.

Венцеслав вздрогнул от этих слов и шагнул ближе к ней. Глаза у него сияли, но Ружене это сияние не нравилось. Какое-то масляное, нездоровое. Его дыхание на секунду прервалось, прежде чем он смог заговорить.

– Если ты мне врёшь, я найду способ разрушить ваш маленький план по спасению зимы. Идём.

– Куда? – Спросила Ружена.

Венцеслав усмехнулся.

– Неужели ты думаешь, что я храню такой меч в своих покоях или в оружейной, где его может увидеть всякий? Нет, позволь показать тебе мою сокровищницу.

С этими словами он повернулся к двери. Ружена пошла за ним. К счастью, княжич успокоился настолько, чтобы перестать хватать и таскать её. В этот раз ей доверили идти самостоятельно.

Они вышли через какую-то неприметную дверь, явно не соответствующую статусу Венцеслава и предназначенную, скорее всего, для слуг. Он постоянно оборачивался и оглядывался по сторонам, словно все здесь только и мечтали завладеть Хладным Клинком. А может, так он и думал. Но они ведь даже о нём не знали, а если кто и слышал, то для них это был просто меч из легенд.