Леди варвара - Руби Диксон

Уже почти рассвело, когда наш разговор затихает, и я изо всех сил стараюсь не заснуть. Я устал, и мне больно, и, несмотря на то, что я борюсь, мои глаза, кажется, хотят закрыться. Наверху Кейт издает тихий встревоженный звук, и я мгновенно снова просыпаюсь.

— Что такое? — спрашиваю.

— Я… Я думаю, что веревка готова. — Я слышу, как она приближается к кромке льда. — Я не знаю, хватит ли длины. Кажется, недостаточно, но я не знаю, что еще можно сделать.

— Ты хорошо справилась, — подбадривающе говорю я ей. — Ты можешь найти что-нибудь, за что ее можно было бы закрепить?

Ее голова выглядывает из-за края пропасти, окруженная солнечным ореолом, и я не могу разглядеть выражения ее лица.

— Я брошу тебе один конец, чтобы мы могли посмотреть, с чем нам придется работать, хорошо?

— Хорошо. — Это умно. Она умна, и меня переполняет прилив благодарности за то, что я нацелился на сильную, способную Кейт, а не на крошечную Сам-мер или розовогривую Бу-Брук. Мы можем это сделать. Я доверяю ей.

— Вот она, — кричит Кейт, и несколько мгновений спустя плетеная веревка скользит ко мне. Я протягиваю руку и хватаю ее, обматывая веревку вокруг предплечья. Она достаточно прочная. Я хватаю ее и продеваю за свой оружейный пояс, а затем обматываю вокруг руки. Это займет больше времени, но я не доверяю своим собственным силам прямо сейчас, когда волны боли накатывают на меня каждые несколько вдохов.

— Я готов, — кричу я ей. Я закрываю глаза и надеюсь, что мы быстро управимся.

Несколько мгновений спустя я слышу ее слабый голос.

— Я закрепила ее. Ты можешь попытаться подтянуться?

— Пытаюсь, — рявкаю я и наматываю на руку еще большую длину, пока она не натягивается. Места там немного, не больше двух петель, но этого достаточно. Я использую другую руку, чтобы подтянуть свое тело вверх, пытаясь рвануться вперед. Лед, сковывающий меня, затрудняет это, и мое тело крепко зажато. Я автоматически передвигаю одну ногу, пытаясь упереться в лед, и сдерживаю шипение от боли, когда понимаю, что это моя больная нога. Я даже не думал, что смогу сдвинуть ее с места. Я полагаю, это хороший знак. Тяжело дыша, обливаясь потом, я опираюсь на здоровую ногу и делаю рывок вперед.

Лед скрипит и стонет, и мне кажется, что передняя часть моей груди ободрана до крови, но я в состоянии взобраться по веревке на расстояние вытянутой руки.

И это так… изнурительно.

Мои руки дрожат от усталости, но у меня нет выбора. Я подтягиваюсь одной рукой, затем другой, двигаясь медленно. Пот струится по моему лицу, а нога болит.

— Не смотри вниз, Харрек, — предостерегаю я себя. — Ты знаешь, что если ты что-то увидишь, это будет твоим концом.

— Ты отлично справляешься, — кричит Кейт, и ее милый, ободряющий голос придает мне сил. Я должен выбраться отсюда, хотя бы для того, чтобы защитить свою женщину, свою пару.

Я делаю еще один рывок, потом еще один. «Еще один, — говорю я себе. — Еще только один. Медленно, по одному за раз — это все, что мне нужно».

— Возьми меня за руку, — зовет Кейт. — Ты так близко, Харрек! Я обещаю!

Еще чуть-чуть, и затем я чувствую, как ее пальцы касаются моих. Ее обнаженная рука перекинута через край пропасти, и я хватаюсь за нее, проверяя ее силу. Я не хочу тащить ее за собой. Но она сильная, ее рука сгибается, и она помогает мне взобраться на выступ. Я ползу вперед, и моя больная нога ударяется о край льда. Из меня вырывается вопль боли, и я почти теряю сознание.

— Нет! — кричит Кейт, крепче сжимая мои руки. — Ты должен добраться до края. Не останавливайся сейчас.

— Без остановки, — выдыхаю я, прерывисто дыша. Я ползу на животе вперед, вонзая пальцы в лед в поисках опоры. На них будут синяки и боль, и я чувствую, как ломаются мои ногти, когда я подтягиваюсь вперед, но мне все равно. Безопасность. Еще несколько шагов на расстоянии вытянутой руки, и вот мои ноги на льду, вместе со всем мной.

Я в изнеможении падаю вперед, на живот. Движение причиняет боль моим ноющим, ушибленным ребрам, и я из последних сил переворачиваюсь на спину, чтобы дышать без боли.

Безопасно.

— О, слава богу, — вскрикивает Кейт, а затем склоняется надо мной, ее пальцы касаются моей щеки. — Харрек, с тобой все в порядке?

Я открываю глаза и смотрю на нее снизу вверх. Бледное лицо Кейт покраснело от холода, ее коса растрепалась, белые локоны развеваются, как облако, о котором они мне напоминают. Ее туники больше нет, и на ней только повязка на грудях. Должно быть, она использовала свои покрытия, чтобы спасти меня. Я хочу пошутить по этому поводу, но у меня нет сил.

Моя больная нога снова пульсирует, и я сажусь и автоматически бросаю взгляд вниз, чтобы проверить ее. Я почти ничего не вижу, но моя нога выглядит темной, нижняя половина полностью залита кровью. Что-то острое и белое торчит из середины моей голени, и угол выглядит… неправильно.

Красный. Так много красного.

Так много крови.

Я чувствую себя больным.

— О, это выглядит очень плохо, — говорю я, удивляясь спокойствию в собственном голосе. У меня кружится голова, и желчь подступает к горлу. Мгновение спустя мир вокруг меня погружается во тьму.

Кейт

Этот мужчина упал в обморок.

Я в шоке смотрю на него сверху вниз, но это правда. Харрек упал замертво в обморок. Он бледен, но дышит. По крайней мере, это уже кое-что. И он лежит на твердой почве. Опять же, это уже кое-что.

Я буду радоваться даже мелочам, потому что прямо сейчас это все, что у меня есть.

Я плюхаюсь на землю рядом с ним, измученная морально и физически после мучительной ночи.

— Шаг за шагом, Кейт, — напоминаю я себе, устало проводя рукой по лицу. Я хочу лечь спать. Я хочу натянуть одеяло на голову и забыть обо всем на свете на несколько часов. Это было бы здорово. Проблема в том, что мы далеко не в безопасности, и я не уверена, что оставаться здесь, на леднике, до конца утра — мудрая идея. Что, если еще больше льда расколется? Я уже чувствую себя совершенно небезопасно, находясь здесь.

Я также практически топлесс, так как мне пришлось использовать свою тунику для веревки, и мне холодно.

Несмотря на то, что