Вечер в переулке Грез - Люси Дейн

– Не хочешь ли ты сказать, что тебе совсем безразличны мужчины? – недоверчиво протянул Грант.

У Мерси внезапно пересохло в горле: она вдруг поняла, что может сказать правду.

– Безразличны. Все, кроме одного.

Впрочем, правдой это было лишь наполовину – Мерси не уточнила, что этим одним является Грант. Ему же самому догадаться о чем-либо подобном, разумеется, было не под силу.

– А! – воскликнул он. – Значит, у тебя кто-то есть?

– Нет, – мрачно ответила Мерси, и на сей раз это была чистая правда, потому что отношений с Грантом у нее не существовало – в том смысле, как ей хотелось бы.

– Кто же тогда тот один, о котором ты упомянула?

Окажись на его месте кто-то более сообразительный, сразу уразумел бы суть намека. Но нет, Грант даже на секунду не допускал возможности существования между собой и Мерси интимной связи.

– Пока не знаю, – уклончиво произнесла она. – Будем считать, что я нахожусь в свободном поиске.

– Понятно, – медленно произнес тот. – Что ж, и я могу сказать о себе то же самое.

Не удержавшись, Мерси хихикнула – таким смешным показалось ей подобное заявление.

– Насколько мне известно, ты этих поисков и не прекращал!

– Что тебя так развеселило, не пойму…

– Просто я сравнила свои скромные поиски с твоими, богатыми и разнообразными.

Несколько мгновений Грант смотрел на нее, потом рассмеялся, запрокинув голову. Мерси нахмурилась.

– Ну а тебя что так позабавило?

– Видишь ли, послушать тебя, так я самому себе представляюсь этаким гигантом секса! – И он вновь засмеялся.

Переливы его голоса отозвались сладостным трепетом в теле Мерси, что заставило ее нахмуриться еще больше.

Вот, пожалуйста! – с досадой промелькнуло в ее мозгу. Столько времени я потратила на то, чтобы избавиться от эмоциональной привязанности к парню по имени Грант Гордон, но стоило ему появиться, как все чувства вмиг вернулись, сведя мои старания к нулю… Обидно!

Действительно, неприглядная реальность заключалась в том, что к Мерси с новой силой вернулось влечение к Гранту – эмоциональное, физическое, какое угодно – и она вынуждена была с горечью констатировать отсутствие желанного иммунитета против подобного тяготения.

К счастью, все эти мысли не отразились на ее лице, потому что чего она впрямь добилась за минувшие годы, так это умения скрывать чувства.

– Не мне судить о твоих сексуальных возможностях. Я лишь могу сказать, что женщин у тебя было предостаточно. Некоторая часть твоих романов протекала у меня на глазах, об остальных я имею представление благодаря желтой прессе.

– О, напрасно ты веришь всему, что обо мне пишут! – весело воскликнул Грант. – Не будь наивной, детка. Журналистам ведь тоже нужно что-то есть, вот они и зарабатывают себе на пропитание, выдумывая всяческие небылицы.

– Это понятно. Но дело в том, что я знаю тебя лично, причем давно. Так что могу делать собственные выводы.

Повисла пауза. Значение ее оставалось для Мерси неясным, пока Грант не произнес:

– Такое впечатление, будто ты предъявляешь мне претензии.

Мерси заморгала.

– Я?!

– Конечно, ты, кто же еще? – усмехнулся Грант. – Можно подумать, что я разговариваю с женой, а не с подругой детства.

– С же… – от внезапного прилива волнения голос Мерси пресекся, – женой?

– Именно. Повторяю: создается такое впечатление.

– Впечатление? – растерянно пробормотала Мерси. – Но я…

Договорить ей не удалось, потому что в холле появилась Доррис.

– Послушай, – с озабоченным видом произнесла она, – в сейфе нет нашей общей чековой книжки. Не знаешь, где она?

Вот оно! – подумала Мерси, переключаясь на семейные дела. За этим мамочка и явилась.

– Знаю, – прищурилась она.

– И где же? – спросила Доррис, всем своим видом выражая нетерпение.

– В ящике моего рабочего стола.

– Я пробовала – он не открывается.

Мерси смерила ее насмешливым взглядом.

– Верно, так и должно быть.

В глазах Доррис отразилось недоумение.

– Почему?

– Чтобы никто не подобрался к деньгам.

Несколько мгновений Доррис обдумывала эту фразу, затем нахмурилась.

– Кто может распоряжаться деньгами, кроме меня или тебя? Только наши подписи на чеках действительны.

– Вот именно, – многозначительно произнесла Мерси.

Во взгляде Доррис промелькнуло подозрение.

– Что ты хочешь этим сказать?

Прежде чем ответить, Мерси на мгновение плотно сжала губы.

– Ты неправильно распоряжаешься деньгами, мама.

Вновь несколько секунд молчания.

– Неправильно? – Доррис стала мрачнее тучи. – На что ты намекаешь?

– Это бизнес-счет, мама, поэтому средства с него должны идти на покрытие расходов, связанных с нашей студией. Иначе у нас возникнут проблемы с налоговой службой. – Мерси гневно сверкнула взором. – Ты же снимаешь деньги со счета, но после не подтверждаешь расходы никакими квитанциями! Подобный путь может легко привести к банкротству. – Она вздохнула. – Впрочем, кому я это говорю. Ты и сама все прекрасно знаешь. А квитанций у тебя быть не может, потому что деньги ты тратишь на своего…

– Мерси! – предупреждающе воскликнула Доррис. Лицо ее пошло красными пятнами. – Мы не одни.

– Ну и что? Грант нам не чужой.

– Э-э… если можно, я вставлю словечко, – осторожно произнес тот, о ком шла речь. – Собственно, я заглянул на минутку, прежде чем отправиться в какую-нибудь гостиницу. Сейчас передам презент и письмецо от Коры и отправлюсь по своим делам. Как говорится, не буду вам мешать.

– Мы вовсе не прогоняем тебя, Грант! – поспешно произнесла Доррис. – Не обращай внимания на наши препирательства.

– Я понимаю, конечно не прогоняете, но у меня тоже есть дела, так что… – Сунув руку во внутренний карман пиджака, Грант вынул незапечатанный конверт и плоскую коробочку с рисунком наподобие того, которым обладает змеиная кожа. – Держи, Доррис.

– Что это? – спросила та, с любопытством глядя на коробочку.

– Подарок по случаю прошедшего дня рождения. Здесь серебряные украшения – браслет, кольцо и серьги. Кора надеется, тебе понравится то, что она выбрала…

– Мерси! – вдруг прозвучало в холле.

Все вздрогнули от неожиданности и повернулись в сторону внутренней двери. Там с запыхавшимся видом стояла Энн.

– Тебе звонят! – громко произнесла она, глядя на Мерси. – Я думала, ты давно в своем кабинете, ищу тебя, а ты…