Две судьбы. Жить по обмену - Галина Колоскова

Куча мыслей в голове, главная из которых, что можно выдохнуть, снимая с себя хоть часть вины. Не заметно, что Таня выросла счастливой в богатой семье. Чтобы довести Тоню до слёз, нужно очень постараться.

Приходилось прятать эмоции, рвущие душу. Винить себя не имеет смысла. Жалость к потерянной девочке сжимала сердце. Непреодолимое желание обнять, поцеловать, пообещать лучшее будущее.

— Идём, накормлю тебя ужином, и всё расскажешь.

Мягкие ладони прижали худышку к груди. Та замерла, не сопротивляясь, наслаждаясь тем, что происходит. На глазах слёзы от ощущений, заполнивших душу. Забытое наслаждение — слышать ритм ударов доброго сердца. Таня незаметно втянула аромат матери двойника. Приятный запах парфюма с нотками сладковатой свежести вкупе с уютом дома. Тонкие руки несмело обняли в ответ.

Из карих глаз по щекам текли слёзы. Татьяна гладила худенькую спину, обещая то, что намерена превратить в реальность.

— Свяжемся с Тоней. Пусть знает, я в курсе происходящего и готова во всём помогать. Может, получится перевезти твоего брата сюда? Вместе решим, что делать дальше.

Она не бросит детей женщины, у которой украла ребёнка. Пока не знает, как рассказать, что они одна семья, но точно не оставит в беде!

Тоня

Попасть в кабинет дяди оказалось не так просто. В последний момент выяснилось — Савва забыл сказать, что дверь будет закрытой.

Чуть слышный шорох за спиной заставил замереть на месте. Сердце быстро забилось. Страх, что кто-то обнаружит её, холодом сдавил желудок. Тоня осторожно вернула массивную ручку в прежнее положение и оглянулась.

В полутёмном коридоре брат показался маленьким привидением. Босые ноги перетаптывались на прохладном полу. Он приложил пальчик к губам и прошептал чуть слышно:

— Ты забыла про ключ… — Вытянутый вперёд маленький кулачок разжался. На ладошке «шпиона» лежал резной кусочек жёлтого металла.

Спрашивать, как он у него оказался, не имело смысла. Возможно, когда-то украли его вдвоём. Если есть ключ, то зачем спотыкаться ночью о мебель? Тоня чмокнула брата в щёку:

— Ты мой маленький супермен! Что бы я без тебя делала?

Он мгновенно уцепился за возможность избежать одиночества в тёмной комнате:

— Можно остаться ночевать с тобой?

Оставалось вздыхать. Ещё немного и он переберётся жить в её спальню.

— Конечно, куда мне деваться от супергероя?

Тёма быстрее сестры зашлёпал в её комнату.

Тепло, уютно… Тихое сопение мальчика рядом. Просыпаться не хотелось.

— Ты ещё спишь? — голос Лиды раздался, как шёпот монстра из подземелья. Тоня приоткрыла глаза. Толстые портьеры разошлись в стороны, запустив в спальню яркое солнце. — Завтрак не готов, дом не прибран! Поднимайся и вперёд! — перечисляла она тихим спокойным голосом, не подходящим под содержание. Хитрый взгляд брошен на циферблат дорогих ручных часов. — Надеюсь успеть выпить кофе до того, как поеду в салон.

Тёма прижался к тёплому боку. Тонкие руки полезли под одеяло. Пальцы вцепились в пижаму. Голубые глазёнки выпучены от страха. Он умоляюще смотрел на сестру, пообещавшую вчера, что теперь всё будет по-другому. Пришлось обнять малыша, чтобы успокоить. За каждый его страх готова растерзать родственничков. Она, зло зыркнув на тётку, прошипела сквозь сжатые зубы:

— Что из сказанного вчера ты не поняла?

Лида бросила взгляд на дверь, словно ожидала подмогу.

— Это ты, похоже, плохо расслышала. Мы с Валерой ваши опекуны! Ты должна нас уважать.

Тоня прислушалась к происходящему за стенами. Скрип ступеньки под поднимающимися по лестнице людьми. Савва предупреждал, что опекуны свяжутся с покровителем. Интуиция кричала, что вызов Лиды — подстава.

Она бросила взгляд на мигающий экран смартфона. Сообщения от Саввы. Первое из которых: «Приготовьтесь, сегодня с проверкой придёт управляющий трастовым фондом!» несколько запоздало. Но раз так…

Глава 17

Тоня

— Да ну, нафиг! — решение пришлось принимать моментально.

Через несколько секунд в спальне появится человек, от которого зависит финансовое обеспечение Тани с братом. У неё есть мгновение, чтобы показать реальное отношение опекунов к детям Королёва.

Тоня села на край кровати, оказавшись на уровне кулаков рыжей сволочи и резко наклонилась вперёд. Лида не успела отскочить. Пальцы автоматом сжались в кулаки и по привычке полетели в лицо нападающей подопечной. Тоня правильно подставила губы. Кровь хлынула из-под лопнувшей тонкой кожи. Привыкшая терпеть боль нагло ухмыльнулась в лицо опекунши. Она ещё раз ударилась о кулак жадной сволочи, размазав кровь по когтистым пальцам, и громко запричитала:

— Пожалуйста, пожалейте! Не бейте нас больше! — Дело секунды — рвануть на груди старенькую пижаму. — Мы помоем полы и приготовим вам завтрак. Я руками постираю ваше бельё. Простите, что проспали. Тёма всю ночь температурил. Дам лекарство, чтобы мог стоять на ногах, и он почистит вам обувь… — Получалось очень жалобно.

Тёма, завыл в голос, повторив за сестрой:

— Не бейте, пожалуйста, тетя Лида, хватит! Простите нас! Мы всё сделаем…

— Что здесь происходит? — на пороге возник пожилой седовласый мужчина. Он с ужасом переводил взгляд с окровавленного кулака рыжей лисицы на разбитые губы Тони и заплаканного малыша. — Вы утверждали, что дети агрессивные, отказываются вас слушать. Но здесь вижу совершенно противоположную картину! Я обязан вызвать полицию и заявить на вас!

Появившийся следом Валера попытался протестовать, но с фактами не поспоришь.

Старик побагровел, с трудом сдерживая злость. Вопросы вонзались гвоздями в крышку гроба опекунов.

— Почему дети готовят вам завтраки, моют дом, стирают бельё и чистят вашу обувь? Эксплуатируете детский труд? Выделяемых средств недостаточно на прислугу? А во что они одеты? Прав был Савва Николаевич! Стоило прийти на час раньше запланированного вами времени, чтобы увидеть реальную картину их рабской жизни!

Лида пробовала оправдываться:

— Это не то, что кажется. Она сама ударилась о мой кулак. Мы, я… — Женщина мычала, переводя изумлённый взгляд со старика на мужа. — Я как к детям к ним отношусь! Тёмочка, детка, иди ко мне… — Приторно-сладкий призыв стал последней каплей страха в душе малыша.

Вскочив с кровати, мальчик интуитивно бросился к защитнику. Слова плачущего ребёнка стали для того ещё одним шоком.

— Таня сама убирает дом, стирает, гладит и готовит. Мы всё делаем сами! — Испуганный взгляд брошен на дядю. — Они постоянно нас бьют! Обещают отправить жить в психушку.

Морщинистые руки гладили по светловолосой голове мальчика.

— Больше такого не будет! — старик с сочувствием смотрел в окровавленное лицо перепуганной,