Золушка для Короля - Зоя Берг

Я открываю рот, чтобы ей что-то ответить, но она протягивает руку и прикладывает ее к моим губам. А потом стягивает с себя шорты и майку и оставшись в крошечном, чрезвычайно соблазнительном, бикини бежит к воде.

А я продолжаю сидеть на песке, чувствуя, как бьется мое сердце, как горят мои губы и как невыносимо тесно становится мне в моих любимых драных джинсах.

Вот же стерва, а!

Часть 2. Глава 5

Стерва и есть!

Я сижу на песке, сжимая кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Ветер с океана треплет волосы, но мне не до этого. В голове - буря. Настоящий ураган.

Она не повелась.

Хуже того - она поняла. И не просто поняла, а вывернула все наизнанку, как перчатку, и еще умудрилась заставить меня чувствовать себя… ну не дураком, конечно, но уж точно не хитрожопым манипулятором, каким я себя считал.

А потом - бикини. Черт возьми, это же не просто купальник. Это вызов. Это оружие. Она сняла шорты - и я словно оглох. Сняла майку - и я забыл, как дышать. А когда побежала к воде, оставив за собой только след из влажного песка… Я...

Я чуть не рванул за нею!

Прямо в джинсах. Прямо с этим, простите, стояком, который никак не уймется.

- Егор! - раздается голос Насти.

Она стоит по пояс в воде, машет рукой.

- Ты че, там завис? Иди купаться! Или акул боишься? – смеется.

- Боюсь твоих глупых вопросов, - бурчу, но все же поднимаюсь.

Подхожу к кромке воды, сую руки в карманы, чтобы скрыть напряжение.

Настюха смотрит на меня, видимо ждет что я купаться полезу. Но нет… куда купаться то? Когда тут эта вот… в бикини… Гребет не оборачиваясь куда-то вдаль аккурат по лунной дорожке.

Вот блин, не утонула бы, в самом деле!

- Хорошая девочка, да? - вдруг говорит сестренка, проследив за моим взглядом.

- Да ниче вроде, – бурчу как будто мне вообще нет дела до этой русалки, что плещется где-то там в темноте.

- Ну ты как обычно, - Настька хихикает, - Никого кроме себя любимого не видишь.

- Почему же, - фыркаю я. – Тебя вот вижу. Только так себе картинка, если честно.

- Чеееего?

- Да темновато, просто. Тут вижу, тут не вижу, - ржу я.

- Дурак, - она качает головой. – Ну и ладно. А мне она понравилась…

«Это ты еще не знаешь, что папик на ней жениться собрался, - думаю я. – Что интересно тогда бы ты о ней подумала? Хотя, ты бы наверное просто удивилась и пошла дальше по своим делам. Милая моя дурочка».

- Она какая-то, - продолжает тем временем сестренка, - Она как будто не как все… Как там говорят? Не от мира сего?

- Чего? – я приподнимаю одну бровь.

- Она… чистая… какая-то.

- Ага, - усмехаюсь. - Как снег в январе. Только вот снег тает. А потом остается грязь.

- Не умничай, - бросает Настя. - Ты сам уже в этой грязи по колено...

- Чего? – теперь я не понимаю, о чем она.

- На ничего! – она смеется, а потом поворачивается и уплывает.

А я сажусь на песок. И думаю, думаю, думаю…

Но к моменту когда девчонки наконец-то вылезают из воды, я так ничего толком и не надумал. Все варики, которые крутятся в голове, кажутся тупыми и нереальными.

Че делать то а?

- Ну и зря ты так и не искупался, - смеется Настюха. – Вода божественная. Да Лан?

Крошка кивает. А я не могу отвести от нее глаз. Мокрая, с прилипшими к телу прядями, глаза горят, на губах блуждает улыбка. Ну слов просто нет как хороша.

- Да, вода роскошная, - кивает. - Но, наверное, пора возвращаться? Завтра же рано вставать…

- Ты чего? Мы в отпуске! Не надо рано вставать, - смеется Настюха. - Можно хоть весь день дрыхнуть, если захочешь. Еду тут двадцать четыре часа подают. А яхту отец пока не заказывал, насколько знаю. Так что можно и поваляться.

- Понятно, - улыбается.

А я вдруг вижу в глазах и уголках губ усталость.

- Но, - Ланка качает головой, - Я, наверное, все же пойду к себе. Вы не против?

- Ты устала, - вырывается у меня.

Настюха удивленно таращится. Да, ей такой братец - думающий о ком-то еще кроме себя - незнаком. Хотя он и мне-то самому знаком не особо.

- Устала, - Ланка пожимает плечами.

- Ну тогда конечно, - Настька улыбается. – Пошли по кроваткам. Поваляемся сегодня. А потом и завтра! Бегом? - она хихикает и припускает по пляжу в сторону домиков.

Мы смотрим ей вслед. Но бежать не хочется совсем. Мне точно. Но и моей девочке похоже тоже.

Мы спокойно идем по пляжу. Молчим.

- Лан? - начинаю я.

- Да? - скашивает глаза.

Я замолкаю. Черт, что же мне сказать то? А может быть… Может быть попробовать просто сказать все как есть? Что да – я хотел понять, что она за телка. А потом… потом просто… просто… Да что просто то? Охренеть я тугодум!

- Ну?

- Ты сможешь меня простить? - вырывается из меня.

- За что? – она останавливается и смотрит мне прямо в лицо. - За то, что ты врал? За то, что играл со мной?

- Понимаешь…

- Не понимаю, - отрезает она.

Я хочу протянуть руку и прижать ее к себе. Но ее взгляд – режущий, колючий. Она не говорит, она буквально кричит: «не смей меня трогать!».

- Лан…, - начинаю я по новой.

- Ну что Лан, Лан? Идиот ты. Понятно? И мудак! Пошли уже спать, - говорит вдруг она, а потом разворачивается и бежит за Настюхой.

А я вздыхаю и плетусь за ними.

Когда я, держась чуть в стороне, подхожу к нашим бунгало, Настька уже исчезает за дверью своего, а Ланка, пройдя по гравийной дорожке мимо клумб с тропическими цветами, стоит у двери, сжимая в руках ключ.

Я замираю, а потом делаю шаг к ней. Неужели? Она ждет меня?

Но нет… С противоположной стороны по дорожке идет он.

Папаша.

В