Герой моего романа - Элизабет Бойл

«В разных смыслах этого слова».

— Пока что у меня нет доказательств, мисс Тейт. Но попомните мои слова, я их раздобуду. Непременно.

Ребекка прочитала вызов в его взгляде, и по спине побежали мурашки.

— Кто тут у нас? — раздался голос в дверях, словно спасительный звонок колокольчика, зовущего к ужину.

Дядя. Время появления было весьма удачно, но это не означает, что он поможет ей. Она знала своего дядю и его нрав, он вполне мог накалить ситуацию, подлив масла в огонь.

Ребекка затаила дыхание, когда полковник Постхилл продолжил:

— Миссис Уортлинг сказала, что ты пытаешься завлечь какого-то незнакомца, а я возразил ей, что это вздор. Назвал ее бочонком для рома, если она выдумывает такие истории. Но она оказалась права. У нашей Беке не бывает ухажеров, сказал я ей, а сейчас вижу, что вы пришли и сделали из меня лгунишку, сэр.

Ребекка выдавила из себя улыбку и попыталась извлечь максимум пользы из появления дяди.

— Этот джентльмен собрался уходить, — сказала она.

— Вздор! — возразил дядя, спускаясь по ступенькам. — Я не отпущу человека, который пришел к моей племяннице без… — В этот момент он увидел цветы в ее руках. — Что это?

— Просто цветы, — сказала Ребекка, опасаясь, что ситуация может осложниться.

Дядя смерил мистера Данверса взглядом.

— Скажите, кто вы такой и с какой стати преподносите моей племяннице цветы, не испросив на то моего позволения?

— Дядя, это мистер Рафаэль Данверс. Мистер Данверс, мой дядя полковник Постхилл.

— Рад познакомиться, мистер Данверс. Вы нездешний, насколько я понимаю? В таком случае я должен знать, зачем вы пришли к моей племяннице, да еще с цветами.

— Я вовсе не собирался увидеться с вашей племянницей. Я просто прогуливался с миссис Магуайр, и эта леди…

Ребекка воздела очи к небесам и молила Господа, чтобы разразилась гроза и молния убила бы ее на месте. А еще лучше — мистера Данверса.

— Вас привела сюда сваха? — Полковник сказал это настолько громко, что находившаяся за садовым забором миссис Бентон вполне могла все услышать.

Прелестно! Уже к утру вся деревня будет знать, что Эсме привела ей мужчину, который собирается просить ее руки.

— В таком случае, мистер Данверс, — продолжил дядя, — уж коли вы пришли, чтобы поухаживать за моей племянницей, я должен знать о вас кое-какие подробности.

Ребекка затаила дыхание.

— Прежде всего, — спросил дядя, слегка наклонив голову, — как вы относитесь к пушке?

Она бросила быстрый взгляд на дядю. Пушка? Но ведь это здорово! Ничто не вынудит врага драпать в безопасное место, как только что выпущенное ядро. Ее дядя заставит мистера Данверса ретироваться в Лондон еще до наступления полуночи, если ненароком вообще не подстрелит этого жулика.

Однако ее радость длилась недолго. Мистер Данверс переспросил:

— К пушке? С большой любовью. Вы какую имеете в виду? Трехфунтовую или шестифунтовую?

Ребекка открыла рот. Даже полковник, похоже, был несколько удивлен, однако быстро оправился:

— Девятифунтовую. Совершенно великолепную, должен вам сказать! Пойдемте со мной. Мы сделаем несколько выстрелов, и я посмотрю, чего стоит ваша похвальба.

— С радостью, сэр, — сказал мистер Данверс, следуя за полковником. — Я не стрелял из девятифунтовой много лет.

— Что вы говорите? — удивился полковник.

— Мистер Данверс, дядя, вы не можете стрелять из пушки!

Оба повернулись и посмотрели на Ребекку. В глазах обоих читался один и тот же вопрос: почему не могут? Оба ухмыльнулись, словно пара озорных мальчишек, и направились в глубь сада, обсуждая вес зарядов и дальность стрельбы, будто и впрямь намерены были защищать деревню от нападения континентальной армии.

— Вот ччч… — Ребекка с трудом удержалась, чтобы не произнести ругательство, не подобающее леди. Потянул легкий ветерок и донес до нее аромат роз.

Ребекка вдохнула нежный запах, и ее гнев угас. Ведь именно этот несносный тип принес ей цветы.

Надо поставить их в воду, прежде чем она вынудит его упаковать свои вещи.

«Помни, что ты находишься в Брамли-Холлоу», — мысленно сказал себе Рейф. Ради сохранения своего холостяцкого статуса не следует весь вечер глазеть на женщину, тем более если эта женщина — Ребекка Тейт.

Ко черт побери, было чрезвычайно трудно заставить себя не смотреть на эту девчонку!

Она взглянула на него так, словно хотела отправить в самые мрачные подземелья ада. Но она не понимала (а может, и понимала), что, когда пребывает во гневе, ее чопорность старой девы мгновенно улетучивается.

Полковник заряжал пушку для следующего выстрела. Они произвели уже восемь, и полковник был исполнен решимости поразить цель, которую они наметили.

Рейф уже поразил цель три раза подряд.

— Надеюсь, что сравняюсь с вами этим выстрелом, — сказал полковник.

— По-моему, вы положили слишком много пороха, — высказал мнение Рейф, отступив на несколько шагов.

— Ничего подобного! — горячо проговорил полковник. Мисс Тейт усмехнулась.

«Девчонка определенно чувствует слово», — подумал Рейф. Возможно, она не является автором романов о Дарби. Трудно поверить, что столь лирическая проза выходит из-под пера этой чуждой лирике леди.

Пока полковник заряжал пушку, Рейф подошел поближе к Ребекке.

— Хотите попробовать? — спросил он ее с улыбкой. Очаровать — вот что ему следует сделать, очаровать леди до такой степени, чтобы она призналась в авторстве. И если ее дядя говорит правду, — а у Рейфа нет причин в этом сомневаться, учитывая ее не слишком любезное отношение, — мисс Тейт не является королевой Брамли-Холлоу.

Он знал, как завоевать доверие леди. Но как очаровать старую деву?

— Вы доверяете мне пушку? — спросила она. — Боюсь, моя цель не столь точна, как ваша.

Он представлял себе, какова ее цель. И тем не менее не мог допустить, чтобы его усилия оказались бесплодными. Наклонившись, он прошептал ей на ухо:

— Видимо, вам не хватает практики.

Она поняла, что именно он имел в виду. Это было видно по выражению ее лица.

Значит, мисс Тейт не столь уж неопытна, как это может показаться. Рейф был ошеломлен. Что она знает о мужчинах? Таинственная леди снова завладела его вниманием.

И если он намерен был подразнить ее, ему следовало держаться на расстоянии, ибо он оказался настолько близко, что ощутил исходящий от нее легкий запах роз и различил еле заметные веснушки на розоватых щеках, а это вызывало желание провести пальцами по ее лицу и легонько поцеловать.

Ребекка снова скрестила руки на груди.