Меж двух врагов - Сара Морган

Конечно, это была не ерунда, но ей не хотелось, чтобы Стефан узнал правду. Все это касалось ее прошлого, а она собиралась забыть его.

Он побледнел:

– Мне казалось, я был с тобой нежен.

– Ты и был нежен. Все было просто великолепно. Правда, Стефан, не обращай внимания… – Она не могла подобрать подходящие слова и чувствовала себя ужасно оттого, что он решил, будто это его вина. – Мне действительно пора идти.

– Ты должна была сказать мне. Я бы остановился.

– Ты не причинил мне боль. – Она не могла открыть ни ему, ни кому-либо еще правду. – У меня легко появляются синяки, вот и все. Ты не виноват. – Не глядя на Стефана, Селене собрала мокрые волосы в хвост. Ей хотелось побыстрее распрощаться. – Я доберусь паромом до Паулоса, а монахини доставят меня на лодке домой.

– Я отвезу тебя.

– Нет! Тебя может кто-нибудь увидеть и донести отцу. Я не хочу рисковать. Мне нужно опередить его.

– Селене… – Его голос был хриплым, он провел рукой по мокрым волосам. – Он наверняка уже знает.

Она решила, что ей послышалось.

– Как он может знать? Он развлекается с одной из своих любовниц. Его не будет еще шесть дней.

– Он видел фотографии.

– Фотографии?! – Селене уставилась на него, не понимая, о чем он говорит. – Какие еще фотографии?

– Фотографии, на которых мы вместе.

– Кто-то фотографировал нас? – Селене почувствовала тошноту. Сумка выскользнула у нее из рук. – Как? Где? Мы были у тебя дома. Там не было никаких журналистов. Пожалуйста, скажи мне, что это шутка.

– Я не шучу.

– Нет… – Она ощутила, как краска сошла с ее лица, как похолодели пальцы и задрожало тело.

Глаза Стефана сузились.

– Я не понимаю, почему это тебя волнует. До этого ты ни о чем не беспокоилась. Пила шампанское, проснулась в моей постели, занималась сексом…

– Дело не в этом. Отец не должен был ничего знать.

– Ты собираешься держать новую жизнь в тайне от отца? Честно расскажи ему все. – Его глаза были холодными. – Что он может тебе сделать?

Селене было хорошо известно, что может сделать отец.

– Покажи мне эти фотографии.

Молча, Стефан достал телефон и вышел в Интернет. Он показал ей снимки. Селене охватила паника.

– О нет… – прошептала она. – Мы с тобой… целуемся… прижимаемся друг к другу… Отец просто потеряет голову. Кто сделал эти фотографии?

– Кэрис, я думаю. – Этот вопрос, похоже, его не беспокоил. – Она ведет колонку светской хроники в одном глянцевом журнале. Если история по-настоящему интересная, ее могут опубликовать и в других журналах.

– Ты знал, что она ведет колонку светской хроники, следовательно, понимал, что она способна сообщить всему миру о моем участии в той вечеринке. Ты… – Селене замолчала, сообразив наконец, в чем дело. – Подожди-ка. Она сказала тебе: «Стефан, иногда ты просто чудеса творишь…» Ты все подстроил. Ты специально пригласил меня, чтобы разозлить моего отца.

– Мне была нужна спутница, а ты была такой милой и сексуальной. Мне это показалось идеальным решением.

– К тому же ты не сомневался, что это приведет моего отца в бешенство.

– Да, и поэтому тоже. И не говори, что ты об этом не знала.

– Мой отец должен был пока оставаться в неведении. Это очень важно. Как ты думаешь, почему я пришла к тебе переодетая? – Какой же наивной она была, доверившись ему! – Ты сам предупреждал меня. Все, даже Мария, даже ты сам, пытались отговорить меня, но я не послушалась. Я думала, что ты заботливый и добродушный, а ты разрабатывал план, как разозлить своего конкурента.

Стефан пожал плечами:

– Я разделяю бизнес и личную жизнь.

Но Селене ему больше не верила. Она не доверяла никому, кроме себя самой.

– Что ты за человек?

– Человек, который не боится выступить против твоего отца. Именно поэтому ты обратилась ко мне. Ты не могла не знать, каков я на самом деле. Я не виноват, что в мыслях ты сделала меня каким-то богом.

Селене еле выдавливала слова:

– Не могу поверить, что ты так со мной поступил. Хуже ничего не придумаешь.

Теперь она осталась совсем одна. Никто ей не поможет.

– Я сделал тебе одолжение. Твой отец поймет, что ты хочешь жить независимо. И перед тем, как ты снова накинешься на меня с обвинениями, напоминаю: ты пришла ко мне сама, – грубо бросил Стефан. – Я тебя не похищал, не заставлял надеть откровенное платье и не вливал в тебя шампанское. Это ты готова была предложить мне что угодно, лишь бы получить деньги. Кстати, когда ты была пьяна, я вел себя безупречно. Ты всячески пыталась соблазнить меня, но я сдержался.

– Да ты просто святой!

– Я не святой. Это ты явилась ко мне в облачении монахини, полная глупых ожиданий.

Селене молча смотрела на Стефана. В его жестоких словах была правда. Она сама пришла к нему. Она сама решила пить шампанское. Сама хотела поцеловать его, оказаться с ним в постели. Селене безумно хотела принимать свои собственные решения, но они оказались ошибочными. Одинокая и полная отчаяния девушка сотворила в мечтах идеальный образ, и реальность нанесла ей сокрушительный удар. Стефан использовал Селене, чтобы насолить ее отцу, и теперь ей придется поплатиться за это. Ей и ее матери. Одна мысль об этом заставляла ее дрожать.

– Ты, конечно, прав. Теперь я буду более осторожна. И буду держаться подальше от таких мужчин, как ты. Этого ты добивался, не так ли? Ты хотел, чтобы я стала циничной. Что ж, у тебя получилось.

– Селене, ты слишком бурно реагируешь. Когда твой отец поймет, что ты хочешь быть независимой и начать свой бизнес, он отпустит тебя. – Стефан небрежно пожал плечами. – Я помог тебе. Нет никакого смысла в бунтарстве, если никто о нем не знает.

– Я говорила тебе, что это не просто прихоть. И не каприз.

– Если ты позволишь отцу управлять твоей жизнью, он не остановится.

Селене ходила по комнате, собирая вещи и засовывая их в сумку.

– Я должна уехать немедленно. Есть ли здесь паром?

Сколько времени у нее осталось? Когда отец увидел эти снимки?

Стефан тихо выругался:

– Тебе надо успокоиться…

– Когда были вывешены фотографии?

Наверняка кто-то уже их увидел. Ставрос Антаксос создал целую команду, которая отслеживала все упоминания о нем в прессе. От него ничего нельзя скрыть, тем более такую серьезную новость.

– Я не понимаю, почему ты беспокоишься, – продолжал Стефан. – Я ссужу тебе деньги. Ты сможешь жить как захочешь, покупать все что пожелаешь, тебе больше не потребуется одобрение отца.