Ускользающее пламя - Кэтлин Вудивисс

— Я охотно подожду, — заверил его мистер Эли.

Покинув гостиную, Алистер торопливо прошел в столовую и метнулся через кладовую в кухню, где столкнулся с Раддом.

— Сибил ничего не смыслит в стряпне, — пожаловался Радд, — да и я тоже. Она предлагает поужинать где-нибудь в ресторане.

Алистер схватил Радда за лацканы сюртука и притянул к себе, глядя на него в упор.

— Здесь мистер Томас Эли. Это имя тебе знакомо? Радд побледнел.

— Если я не ошибаюсь, Эли — известный и весьма уважаемый барристер…

— А еще он был поверенным Лидии — по крайней мере так он говорит. Он желает видеть мисс Кендолл. Ты понимаешь, что это значит?

С губ Радда слетел стон:

— Мы погибли! Что же нам делать?

Его ужас насмешил Алистера, которому нравилось чувствовать себя опытным и решительным при виде растерянности окружающих. Это лишний раз подтверждало его превосходство.

— Замолчи, болван! Неужели ты ничего не понял? С таким затруднением мы легко справимся. Последи, чтобы Сибил не выходила из кухни, иначе мы и вправду погибнем.

Радд судорожно кивнул и повернулся неуклюже, как на ходулях. Алистер помедлил, пригладил волосы и расправил плечи. Изобразив на лице озадаченную улыбку, он вернулся в гостиную.

— Прошу прощения, мистер Эли, я невольно обманул вас. Мне только что сообщили: мисс Кендолл отправилась с визитом к друзьям.

Поверенный изумился:

— Но ведь она в трауре! Алистер печально вздохнул:

— Мисс Кендолл еще слишком молода, мистер Эли, и кроме того, боюсь, тетушка Лидия избаловала ее. Уверен, мисс Кендолл не хотела оскорбить ее память.

— Тем не менее я не понимаю, как она могла… — Спохватившись, мистер Эли прокашлялся и встал. — В таком случае я приеду завтра утром. Я могу надеяться, что мисс Кендолл согласится принять меня?

— Надеюсь, да. Не могли бы вы сообщить мне суть вашего дела, чтобы я заранее известил о нем мисс Кендолл?

— Это касается только самой мисс Кендолл, сэр. Еще раз извините за поздний визит. Всего хорошего.

— В таком случае вам незачем приходить сюда завтра. Мистер Эли замер.

— Уверяю вас, сэр, у меня есть веские причины…

— Которые вы скрываете от меня. Но поскольку мисс Кендолл еще не достигла совершеннолетия и живет в моем доме, я обязан знать, каких гостей и по каким причинам она принимает.

— В вашем доме? — Не задумываясь о том, что разглашает тайну, мистер Эли не преминул указать собеседнику на его заблуждение: — Ошибаетесь, сэр. Теперь этот дом принадлежит мисс Кендолл.

Алистер застыл. Только бегающие глаза выдавали напряженную работу мысли. Понизив голос, он пустил пробный шар:

— Значит, тетушка Лидия все-таки последовала моему совету!

— Вашему совету, сэр?

— Конечно. — Алистер с подлинно актерским мастерством изобразил улыбку. — Именно я посоветовал тетушке завещать ее состояние мисс Кендолл. В конце концов, бедняжка осталась совершенно одна, еще в детстве пережила трагическую гибель родителей. Последние пять лет тетушка Лидия была ее опекуншей и привязалась к Серинис.

— Мне известно о том, какие чувства питала миссис Уинтроп к своей воспитаннице, но я понятия не имел, что вы… — Эли осекся, не уверенный, что правильно понимает происходящее. Он прищурился, глядя на Алистера: — Откровенно говоря, сэр, вы проявили неслыханное великодушие.

— Видите ли, я всегда придерживался мнения, что деньги — источник зла. Вы согласны со мной?

— Пожалуй, да, — отозвался мистер Эли. — На своем веку я повидал немало зла, порожденного алчностью.

— Надеюсь, тетушка Лидия оставила финансовые дела в полном порядке. Я не ошибся? Тетушка всегда отличалась педантичностью.

— Вы совершенно правы: она не допускала путаницы в делах. В сущности, я захватил с собой, — поверенный вынул из кармана свернутый лист бумаги, — подробный и полный список имущества миссис Уинтроп. Завтра же утром я сообщу банкам и предприятиям о смене владельца. А что касается самого завещания… — он достал из кармана вторую бумагу и бегло просмотрел ее, — …оно составлено кратко и просто. Если не считать денежных сумм, завещанных преданным слугам, вся собственность переходит к мисс Кендолл.

— Вся? — переспросил Алистер упавшим голосом.

Мистер Эли кивнул:

— Как я уже сказал, завещание отличается простотой.

— Это очень мудро со стороны тетушки Лидии, — г трудом выговорил Алистер. — Мне не раз приходилось слышать о завещаниях, требующих услуг множества поверенных, о документах, переходящих от партнера к партнеру, каждый из которых вносит поправки…

Мистер Эли грустно улыбнулся, размышляя о нелепости подобных запутанных ситуаций, с которыми он не раз сталкивался.

— Уверяю вас, сэр, в данном случае продолжительных процедур не потребуется. Миссис Уинтроп обсудила завещание только со мной. Я составил его с начала до конца.

— Несомненно, она щедро вознаградила вас за такую услугу, — пробормотал Алистер, сжимая в кулаке бронзовую статуэтку танцовщицы, стоявшую на столике возле кушетки. Похоже, статуэтка стоила недешево, но в данный момент ее ценность для Алистера заключалась совсем в другом. — Конфиденциальность — неотъемлемая составляющая взаимоотношений поверенного и его клиента.

— Вы правы. Мне не раз случалось объяснять жене, что я не должен обсуждать…

Алистер обернулся, стиснув в кулаке танцовщицу. Мистер Эли сидел на кушетке и не сразу понял намерения собеседника. Тем не менее для человека средних лет он обладал хорошей реакцией. В отчаянной попытке смягчить удар он выбросил вперед руку, но промахнулся. Тяжелая бронзовая статуэтка с глухим звуком угодила ему в лоб. Глаза под очками в тонкой оправе выкатились из орбит, голова упала на подлокотник кушетки. Поверенный затих.

Если не считать слегка участившегося дыхания, Алистер смотрел на струйку крови, стекавшую по лицу мистера Эли, с полной невозмутимостью. Заметив, что кровь может запачкать обивку, он сдернул с ближайшего кресла шелковую накидку, накинул ее на голову поверенного и стащил несчастного с кушетки на голый пол. Схватив труп за ноги, Алистер поволок его через коридор к задней лестнице.

Услышав странные звуки, Радд высунул голову из кухонной двери и сразу заметил Алистера, стоящего над трупом. Радд ахнул, чувствуя, как в нем нарастает леденящий ужас. Если можно кричать шепотом, то именно так он и обратился к Алистеру:

— Что ты натворил?

Алистер чуть не расхохотался, заметив пепельную бледность Радда и выражение ужаса, застывшего на его лице.

— Ступай в гостиную, — велел он, продолжая тащить бесчувственное тело к лестнице. — Там на полу лежат бумаги. Собери их и принеси сюда.

— Что ты делаешь? — спотыкаясь, выговорил Радд.