Причуда принцессы - Кэтрин Спэнсер

Деметрио зажмурился и отвернулся. Натали погладила его по щеке.

– Это станет самой большой ошибкой в нашей жизни.

Натали расстегнула рубашку Деметрио и покрыла поцелуями его грудь.

– Неужели ты считаешь это ошибкой? – спрашивала она между поцелуями. Когда она добралась до пояса его джинсов, Деметрио вздрогнул.

– Господи, Натали…

Она вела себя так, словно небеса забыли наградить ее стыдливостью при рождении. Страсть и любопытство подгоняли ее.

Деметрио застонал и схватил ее в объятия так внезапно, что задел лампу, и та упала на пол. Через секунду его одежда валялась на полу. Еще мгновение – и они уже лежали в кровати, покрывая друг друга короткими и жадными поцелуями.

– Это безумие, принцесса!

– Разве, любовь моя?

– Да, – Деметрио покачал головой.

Натали молча развела ноги. Сопротивление мужчины было сломлено, и он скользнул в жаркую женскую плоть.

– Я не хочу причинять тебе боль, принцесса.

– Ты не причинишь, – улыбнулась она, вытягиваясь, как струна. – Не смей останавливаться, или я умру.

Он закрыл ее рот своими губами, осторожно наваливаясь на нее всем телом. Она быстро уловила ритм и теперь следовала ему так легко, словно они репетировали это тысячу раз.

Движения Деметрио стали сильнее и мощнее.

– Я люблю тебя! – успела вскрикнуть она, прежде чем, разбитая сладостными конвульсиями, вжалась в кровать.

В комнате воцарилось молчание. Некоторое время Деметрио лежал неподвижно, затем он обнял Натали и, перекатившись на спину, погладил ее спутанные, влажные волосы.

– Ты как?

– Почему ты спрашиваешь? – Ее голос звучал приглушенно. – Боишься, я стану сожалеть, что в порыве страсти призналась тебе в любви?

– Я спрашиваю, потому что ты была девственницей, – со вздохом ответил Деметрио. – Естественно, я обеспокоен. Любой мужчина на моем месте беспокоился бы. Первый раз не всегда приятен.

– Невероятно приятен… И ты – не любой, ты особенный. – Натали взяла его руку и положила себе на грудь. – Послушай, как бьется мое сердце, Деметрио. Я действительно тебя люблю.

В комнате снова повисло молчание, словно тяжелый занавес упал в конце акта. Спектакль закончился, актеры могут быть свободны. И, несмотря на луну, выглянувшую из-за деревьев, ночная тьма, казалось, сгустилась.

– Ты, наверное, хочешь уйти сейчас? – холодно спросил Деметрио. – Прежде, чем начнешь меня ненавидеть.

– Я не смогу ненавидеть тебя! – Натали погладила мужчину по лицу.

Но он оттолкнул ее руку и встал с кровати.

– Иди домой, принцесса. – Деметрио подобрал разбросанную на полу одежду и передал девушке.

Озадаченная и обиженная, Натали оделась так быстро, как позволяла ей ее гордость. Они вместе прошли через кухню во двор, где она нетерпеливым жестом заставила Деметрио остановиться.

– Я сама дойду до дома. – Натали стояла очень прямо и старалась говорить невозмутимо.

– Я бы хотел…

– Не стоит и спасибо за… все.

– Принцесса, – позвал он.

Натали знала, что не дождется сегодня признаний в любви, а остальное уже не имело значения. Поэтому, бросив: «Спокойной ночи, Деметрио», она исчезла в темноте.

Близилась полночь, и Натали надеялась, что проскользнет в спальню незамеченной, но едва она вступила на террасу, как дверь в дом распахнулась, и бабушка собственной персоной застыла в проеме с канделябром в руках. Ее глаза сверкали неподдельным гневом.

– Я думала, ты уже в кровати, – голосом провинившейся девочки начала Натали.

– Представляешь, то же самое я думала о тебе, – сухо заметила Барбара, – Видимо, я ошибалась. Позволю себе спросить, где ты была? – Взгляд Барбары остановился на сандалиях, болтающихся у девушки в руке. – Неужели ты дошла до того, чтобы тайком, словно вор, пробираться в собственный дом?