Причуда принцессы - Кэтрин Спэнсер

– …Меня приглашают на Капри. Поедем со мной, детка. Там будут молодые люди твоего возраста. Уверена, ты хорошо проведешь время.

Натали было не до развлечений.

– Спасибо, бабуля, но я не поеду.

– Дорогая, нельзя постоянно сидеть дома.

– Я выхожу каждый день.

– Я не имею в виду то, что ты часы напролет пролеживаешь на пляже.

Но что поделать, если именно здесь я могу зализать свои раны.

– Там хорошо дышится, – ответила Натали. Последние несколько дней температура на солнце доходила до девяноста. – И в жару приятнее плавать в море.

– Жизнь существует и за пределами пляжа, дорогуша! – пожала плечами бабка. – А ежедневный подъем и спуск…

– Упражнения для поддержания фигуры.

– По крайней мере, лучше упражняться, чем проводить время с этим ужасным Деметрио Бертолуччи.

Натали зарыла пальцы глубже в песок. Воспоминания о Деметрио не доставляли ей радости.

– Я не хочу о нем говорить, и если ты продолжишь упоминать его имя при каждом удобном случае, я переселюсь на пляж. Отправляйся на Капри и веселись, а мне и здесь хорошо.

И Барбара укатила, а Натали осталась.

Девушка задремала и даже успела ухватить обрывок сна, прерванного прошлой ночью.

…Прохладным вечером она мчалась на поезде с открытыми окнами. Было слышно, как работают двигатели. Налетели тучи, начался дождь…

Натали проснулась и прикрыла лицо полотенцем. Но тут теплый язык залез ей в ухо, острые коготки вцепились в руку, а в нос удар запах мокрой шерсти. Натали повернула голову и очутилась носом к носу с Пиппо.

– О, пирожок! – Девушка села на колени, схватила щенка в охапку, покрывая поцелуями лобастую голову. – Я скучала по тебе. Как ты меня нашел?

– Я привел его сюда, – раздался внезапно голос Деметрио.

Натали облизнула пересохшие губы и почувствовала, как капли пота повисли на веках.

– Извини, – продолжил он. – Если бы я знал, что ты здесь, то…

Она тряхнула головой, не смея поднять глаза.

– Не стоит извиняться. Пляж общий. Ты меня не потревожил.

– Но ты спала.

– Нет. Я собиралась уходить. – Девушка спустила с рук Пиппо, взяла сандалии, полотенце, встала, направилась к утесу и… уткнулась прямо в обнаженную грудь мужчине.

Почему он ненавидит рубашки? Просто мания какая-то – разгуливать с голой грудью.

Деметрио схватил ее за локоть, кожа на его ладонях была шершавая и горячая.

– Ты лжешь, принцесса.

– Лгу, – смело выпалила она. – Потому что ты не можешь дать волю чувствам! Убери руки и дай мне уйти.

– Нет.

– Что? – Она вытаращила глаза: мужчины, которых она знала раньше, никогда не прекословили женщине. – За чрезмерную навязчивость можешь оказаться под арестом.

– Принцесса, – Деметрио подтянул девушку к себе и прижался к ней бедрами, – то, что мне пришло на ум, может стать причиной для того, чтобы засадить меня за решетку лет на десять. Но сейчас мне все безразлично.

С этими словами Деметрио целовал ее со всей страстностью, на которую был способен, со стоном, рвущимся из самых недр сердца, и земля качнулась под ее ногами…

Как долго они обнимались, знал лишь Пиппо. Вероятно, целую вечность, потому что щенок заскулил и начал скрести лапами по ноге Натали. Деметрио отпустил девушку.

Натали сделала шаг назад, поднесла руку к распухшим губам.

– Почему?

– А ты как думаешь? – В его глазах читалась мука. – Я ничего не могу с собой поделать. Я прогоняю тебя, потому что сам не в состоянии уйти от тебя.