Я - радость - Елена Хуторная

Я радость, я красивая, сильная, смелая. Все хорошо…

– Тебе нужен этот телефон? – спросила Лара, заглянув ко мне в комнату.

– Какой?

Она передала мне газету, на полях которой я нацарапала номер телефона Артема. Я отдала газету ей обратно.

– Нет, не нужен.

– То есть я могу ее выбросить?

– Выбрасывай.

– Отцу не звонила?

– Нет.

– Позвони.

– Может, и позвоню.

Тетя Лариса закрыла за собой дверь.

Что-то не ладится у нас в последнее время общение. Что-то я вообще со всеми переругалась, наверное, стоит подумать над этим…

Сегодня пришивала пуговицы к рубашкам, гладила носовые платки, разобрала носки по парам. Судя по одежде, Леонид довольно плотный мужчина или, может быть, полноват, или просто крупный. Любит хорошие вещи, но относится к ним довольно небрежно. С одной стороны, это плохо, потому что иногда приходится отстирывать пятна с белых рубашек, часто чистить брюки, прятать затяжки на свитерах, а с другой стороны, он ни разу не придрался к моей работе и не сказал, что я что-то делаю не так в отличие от того же Ромы, которому было важно, каким именно порошком я стираю его джинсы и в каком порядке расставлена его обувь.

Леонид так ни разу мне не позвонил. Иногда он присылает эсэмэски, но в основном излагает свои пожелания в записках, которые оставляет на кухонном столе. Пожеланий тоже, впрочем, обычно немного, например, сварить солянку, если я давно ее не готовила, или забрать вещи из химчистки, если он не успевал забрать их сам.

Сдавать и забирать одежду из чистки вообще постепенно стало полностью моей обязанностью. И продукты я теперь покупаю сама – так удобнее, ведь готовлю тоже я, и лучше, если я сама могу подобрать нужные продукты. Правда, таскать сумки из супермаркета не очень здорово, но, к счастью, он недалеко от дома, так что справляюсь. Иногда в выходные Леонид, видимо, сам ездит за покупками, и тогда в понедельник я нахожу на кухне стоящий на полу пакет, забитый продуктами, которые никогда не бывают лишними: овощи, фрукты, макароны, молоко длительного хранения, кофе, чай, сахар, мука. Радуюсь, что не придется все это нести самой.

Иногда меня все-таки напрягает такое отсутствие обратной связи. Все же хотелось бы, чтобы твою работу как-то оценивали, хвалили или поправляли бы в чем-то, ведь не могу же я все делать идеально. Если бы мы с Леонидом виделись, я бы точно поспрашивала, все ли его устраивает, или по крайней мере у меня была бы возможность видеть его реакцию – все какой-то ориентир. Но я по-прежнему прихожу, когда он уже успевает уехать на работу, а ухожу еще до того, как он возвращается с нее, так что приходится просто наблюдать за ним издалека, а если возникают сомнения, действовать на свой страх и риск.

Хотя до сих пор мне удавалось угадывать его желания. Или, возможно, у нас просто одинаковые вкусы.

Сидя в воскресенье вечером дома, я думала, чем бы мне таким заняться, лишь бы только не читать, потому что до изжоги начиталась за два дня. В конце концов полезла в Интернет и в очередной раз наткнулась на рекламу сайта знакомств.

Лара опять сегодня говорила, что я зря трачу свою жизнь. Ни семьи, ни нормальной работы, ни каких-либо перспектив, а лет-то уже сколько! Страшно подумать – тридцать два.

Возможно, она и права, подумала я, кликая по баннеру сайта знакомств, только почему я не чувствую внутренней готовности согласиться с ней? Вообще-то обычно мы с ней сходимся в наших взглядах на происходящее, но сейчас я вижу, как все достижения моей прошлой жизни летят в тартарары, то есть давно уже улетели, и все равно не могу заставить себя делать по-другому, даже просто признать, что пора что-то менять.

Мне всегда было дело до того, где я, кто я, какой у меня статус, что я собой представляю, какое произвожу впечатление. Встречаясь с друзьями или знакомыми, я хочу быть уверенной, что у меня все не хуже, чем у них, а в чем-то даже лучше. На мне черный костюм и белая рубашка, норковая шубка, сумка из натуральной кожи, в ушах сережки с бриллиантами. Где была в отпуске? В Таиланде. Где проводишь время? Обедаю в «Римских каникулах», в пятницу собираемся с друзьями в японском ресторане, ходим танцевать в «Луну». Личная жизнь? Свободна, свободна как птица! Никому по утрам не надо гладить рубашки, некого отводить в садик, живу с тетей в двухкомнатной квартире – красота. Вот сдала на права, купила машину, не самая новая, но на следующий год поменяю.

У такого образа жизни была и оборотная сторона: мое существование замыкалось на работе и доме, на доме и работе, но работу свою я любила, дома все было хорошо, так что такой ограниченный маршрут был не в тягость. Случалось, конечно, заедала рутина или, наоборот, наваливалось за раз так много всего, что начинало казаться, что я не живу, а только бесконечно кручу какое-то колесо, которое приводит в действие никому не нужный механизм, но дела постепенно делались, проблемы разрешались, и все проходило, мир в душе восстанавливался.

Потом владельцы и учредители нашей компании ушли на досрочную пенсию, и моим руководителем стал наемный директор – Василий Николаевич.

В общем-то он хороший мужик, если бы мы общались с ним вне работы, мне было бы с ним интересно, в некотором роде так же, как с Тишей, как с кем-то из весьма непривычного для меня круга общения. Однако в том, что касается работы, я часто бывала с ним не согласна. Обзывая всех клиентов проститутками, он сам при этом вел себя так же. Я понимаю, что большого бизнеса не сделать, не испачкавшись, и все-таки то, сколько раз пришлось окунуться в нечистоты с его приходом, начинало потихоньку отвращать меня от моих прямых обязанностей.

В компании происходили изменения, потребность в которых Василий Николаевич обосновывал необходимостью поддерживать нашу конкурентоспособность, привлекать внимание потенциальных клиентов и прочей маркетинговой банальщиной. На мой взгляд, поработав у нас какое-то время, он просто стал зарываться. Наша компания всегда развивалась успешно, сначала скупая всех более мелких операторов по близлежащим областям, потом выйдя на федеральный рынок. Клиентов привлекало хорошее качество связи и удобные тарифные планы, которые она предлагала, а когда начался бум на мобильную связь, народ и вовсе повалил валом просто на известный, давно примелькавшийся бренд. Если возникали какие-то инциденты, то они, как правило, решались в пользу компании, потому что потерпевшей стороне доказать что-либо было очень сложно ввиду еще не адаптированного к новой сфере законодательства и отсутствия прецедентов, на которые можно было бы сослаться. И видимо, Василий Николаевич решил, что теперь так будет всегда.

Первый раз эта мысль пришла мне в голову после того случая с Олей и Виктором, когда Василий Николаевич отказался возмещать сумму ущерба, нанесенного им по нашей же вине. Потом на нас подали иск за изменение действующих тарифов, не предусмотренное договорами, заключенными с абонентами. После этого было дело, связанное с рассылкой эсэмэс-спама, для отказа от которой абонентам предлагалось отправить платное смс-сообщение, позже сюда же прибавились жалобы на голосовой спам и иск от еврейской религиозной общины, которая обвиняла нас в рассылке эсэмэсок на «кошерные» номера, в которых, по условиям договора, такая функция должна быть отключена.