Признание в любви - Салли Уэнтворт

– Мне бы не хотелось рассказывать тебе об этом… – Миссис Чендес вздохнула. – Тебе сказали, что у Майлоу есть любовница, что их отношения продолжаются уже какое-то время и не прекратятся после вашей свадьбы. Конечно, все это ерунда. Но из твоих записей в дневнике я поняла, что для тебя это был страшный удар, настоящая трагедия.

– Почему вы называете это ерундой? А если это была правда?

– Нет, – коротко ответила бабушка. – Я все выяснила. Никакой правды там не было. Конечно, Майлоу – опытный мужчина. Как любой мужчина в наше время. Но его чувства к тебе были искренни. Он безумно влюбился в тебя почти сразу после твоего возвращения из Индии. Когда ты исчезла, он был совершенно потрясен.

– Да, он говорит то же самое.

– Если ты послушаешься моего совета, то…

– Нет, – оборвала ее Пейдж. – Не давайте мне советов. Кто сказал мне о любовнице Майлоу?

– Кажется, ты получила анонимное письмо. Не понимаю, почему ты ему поверила…

– Что же было написано в письме?

Пожилая леди сжала губы.

– В нем было сказано: если тебе нужны доказательства, тебе следует в определенный час пойти в ресторан. Там будет Майлоу со своей любовницей.

– Понятно. И я пошла туда?

– Да. Но почему ты не пришла ко мне? Почему предпочла исчезнуть? Не понимаю. Ведь мы могли бы спокойно во всем разобраться…

Пейдж бросила на бабушку быстрый взгляд.

– Все это уже в прошлом. Первый вопрос, который Майлоу задал мне при встрече, был о том, почему я убежала. Значит ли это, что вы ничего не сказали ему о письме?

– Да, не сказала. Письмо нашли через несколько недель после твоего побега, и я хотела сама проверить все факты. Я наняла детектива, но он ничего не обнаружил. Прошло уже много времени, о тебе не было никаких известий. Казалось, письмо не имеет отношения к твоему такому долгому отсутствию. Я каждый день ждала, что ты одумаешься и вернешься. Мне так хотелось убедить тебя, что анонимка лжет…

– А вам никогда не приходило в голову, что, оставив свой дневник, я пыталась объяснить причину побега? Вам не кажется, что Майлоу имел право знать о письме?

Миссис Чендес презрительно фыркнула.

– Тебе следует знать, что мы с Майлоу поссорились после того, как ты сбежала, и это случилось раньше, чем нашелся дневник. Он сказал – с чем я совершенно не согласна, – что ты убежала из-за меня. Что я слишком часто вмешивалась в твою жизнь. Я же считала, что это он подталкивал тебя к тому, к чему ты была еще не готова. Я и сейчас того же мнения.

– А я думала, что это вы хотели выдать меня за него замуж.

– Конечно, хотела. Но тебе было всего двадцать лет, и ты была совершенно – неопытна. Мне казалось, со свадьбой лучше подождать. Но Майлоу настаивал, он не хотел ждать, – с негодованием проговорила пожилая леди.

– Боже мой! – засмеялась Пейдж. – Вы имеете в виду секс.

– Да. Ты догадлива.

Миссис Чендес снова презрительно фыркнула, и Пейдж внезапно поняла, какое ужасное детство было у ее матери. Неудивительно, что она влюблялась в иностранцев и не устояла перед аргентинцем, который мог увезти ее подальше от ее унылой родины.

– Вы сохранили дневник и письмо?

– Да. Но с собой их у меня нет. Они в Ланкашире.

– Мне бы хотелось забрать их.

– Хорошо. Думаю, ты вправе знать, что с тобой произошло. Ты едешь со мной?

– Нет.

Миссис Чендес взяла сумочку и пристально посмотрела на Пейдж.

– Я вижу, что мой разговор с тобой бесполезен. Ты остаешься здесь?

– Я еще не решила.

– Понятно. – Пожилая женщина кивнула головой и медленно пошла к двери, слегка прихрамывая.

Пейдж смотрела ей вслед, думая, что можно было бы пожалеть эту женщину, но так ничего ей и не сказала.

В дверях миссис Чендес обернулась.

– Что бы ни случилось, Пейдж, даже если мы никогда больше не увидимся, ты всегда останешься моей внучкой. Ничто не сможет это изменить. И Майлоу не единственный, чья жизнь разбилась вдребезги после твоего побега.

Старуха вышла из комнаты. Из холла донесся звук ее удаляющихся шагов.

Потом Пейдж показалось, что бабушка разговаривает с Майлоу. Разговор был коротким, вскоре хлопнула входная дверь, и Пейдж услышала, что Майлоу направляется к ней. Она приготовилась к буре, но, казалось, Майлоу вовсе не сердится.

– Ты не уехала с бабушкой?

– Как видишь. Разговор был довольно скучным. – Пейдж села в кресло. – Думаю, мне лучше перебраться в гостиницу.

– Почему?

– Если я останусь у тебя, начнутся пересуды.

– Ну и пусть.

– В газетах появятся заметки. Кто-то поймет все неправильно. Терпеть этого не могу.

– Пусть думают, что хотят, это их дело.

– Ты не понимаешь. Жан-Луи тоже может вообразить себе Бог знает что.

– Честно говоря, Пейдж, мне все равно, что вообразит Жан-Луи, и… тебе, мне кажется, тоже.

– Нет, это не так.

– Тогда позвони ему и объясни, почему ты здесь, а не в отеле, где тебя не оставят в покое газетчики.

– Думаешь, они действительно набросятся на меня?

– Не сомневаюсь.

– Тогда мне лучше бы остаться здесь, хотя я боюсь помешать тебе.

Она взглянула на него из-под ресниц, вложив в этот взгляд точно рассчитанную долю кокетства.

Прислонившись к камину, Майлоу скрестил руки на груди.

– Что ты имеешь в виду?

Пейдж пожала плечами.

– Главным образом твое общественное положение, ту жизнь, которую ты должен вести.

– Ты никогда мне не помешаешь. Никогда, – горячо сказал Майлоу, ни минуты не колеблясь.

Он шагнул вперед, опустился перед ней на колени и взял девушку за руку.

– Для меня ничего не изменилось. Я схожу по тебе с ума, Пейдж, и так будет всегда. Пожалуйста, скажи, что веришь мне.

Девушка побледнела. Взгляд ее огромных глаз, казалось, стремился проникнуть в самые затаенные мысли бывшего жениха, чтобы решить, наконец, достоин ли он ее доверия. Но внезапно Пейдж вспомнила то, о чем рассказала ей бабушка, и настроение девушки резко изменилось. Она снова приняла обидно-насмешливый тон.

– Майлоу, как романтично! Уж не делаешь ли ты мне снова предложение?

Майлоу сжал губы.

– Не смейся над моим чувством к тебе.

Оно слишком глубоко. Не верю, что ты могла стать настолько жестокой.

– У меня к тебе нет никаких чувств, – сказала Пейдж язвительно, – поэтому я могу позволить себе то, что ты называешь жестокостью.