Орден Единства - Галина Краснова

Уладив таким образом эту нашу проблему, мы рванули к ближайшему порталу и через пол часа уже оказались в родной Академии.

Похороны прошли по высшему разряду. С утра моросил мелкий дождик, но это не помешало всем нам собраться для того, чтобы попрощаться с верными друзьями. Прибыли так же главы почти всех государств, включая Парента с женой Ленрой и Артура с отцом, а также многих других. Сначала родственники погибших настаивали на том, чтобы отвезти останки погибших в родные места, но я настояла на том, что члены Ордена будут похоронены на территории Ордена. Не знаю почему, но никто со мной не решился спорить.

Останки погибших мы кремировали, после чего сложили в богато украшенные урны. Урны в свою очередь были снесены в склеп Ордена, созданный заранее. Каждая урна была помещена в нишу в полу, поверх которой встала статуя погибшего в полный рост. Эти статуи я сделала сама, по науке Гефеста. Они получились настолько похожими на оригинал, что все кто пришел попрощаться с усопшими, испуганно вскрикивали. Некоторые начинали плакать и вешаться на них. Признаться, эти скульптуры и меня доводили до позорной дрожи в коленках. Они выглядели такими величественными и живыми одновременно, что душа уходила в пятки от одного единственного взгляда.

Повернувшись спиной к окну, из которого смотрела на склеп, я уселась на подоконник и пристально взглянула на Мэрлина. Учитель выглядел неважно. За три дня после нашего прибытия он осунулся, посерел и стал больше похожим на труп, чем на живого архимага.

— Альтера, я не понимаю. Объясни, зачем ты прогнала Артура? Он тебя не устраивал как Проводник?

Устало вздохнув, я припомнила все ухищрения, к которым прибегала все эти дни, чтобы не столкнуться с Артуром. Объяснений я с ним не жаждала, в отличие от него.

— Я его не прогоняла. Я его отпустила.

— С чего это ты вдруг?

Испустив еще более горестный стон, способный разжалобить самое каменное сердце, я с раздражением отметила замечательную способность Мэрлина игнорировать мое нежелание делиться информацией.

— Я подслушала один его разговор с Анжеликой. Он там вполне ясно выразился насчет того, как я ему надоела. Он устал от меня и я решила отпустить его. Я люблю его и не хочу ломать.

Мэрлин пробуравил меня недовольным взглядом, но больше на эту тему расспрашивать не решился. Оправив траурную повязку на рукаве, он с тихим вздохом опустился в кресло.

— Анжелика еще эта. Что-то в ней не так, но что — понять не могу. Ладно, что ты собираешься теперь делать?

Расправив складки на юбке траурного черного цвета, я стала собираться с мыслями, так как предстоял нешуточный словесный бой с Мэрлином.

— Я собираюсь оставить всех здесь и в компании одного лишь Ямамото отправиться обратно на Землю. У нас там все на мази, нельзя бросать дело на середине…

Он пересек зал так быстро, что я заподозрила пространственную телепортацию на короткие расстояния. У меня это получалось из рук вон плохо, но Мэрлин-то — архимаг. Хотя нет, после пространственной телепортации на короткие расстояния остается небольшое облачко цветного тумана.

— Я ослышался? Ты собираешься в одиночку отправиться туда, где тебя чуть не убили? Ты рехнулась?

— Вполне возможно, что рехнулась. Хотя нормальностью я никогда не отличалась. Я уже сказала, что не брошу начатое на середине. Это не в моем характере и вы это знаете.

Казалось, что еще чуть-чуть и он кинется меня душить, чтобы я уж точно осталась на месте. Но учитель прекрасно владел собой, хотя желание избить меня явственно читалось во всей напряженной позе.

— Возьми с собой хотя бы Вала.

— Нет. Он потерял слишком много крови, перебитые лапы еще долго будут плохо его слушаться. Он не сможет защитить меня в случае беды, но отвлечет мое внимание. Я возьму с собой только Ямамото и Метелку. Этого вполне хватит.

Как ни странно, убеждать он меня не стал. Наверно прочитал что-то в глазах, что отсоветовало ему это. И я была ему благодарна. Как говорится, по-настоящему свободен тот, кто принял решение. Я уже приняла свое решение. Я не буду подставлять под угрозу жизнь близких мне существ. Пусть лучше я погибну сама, но они останутся живы. К тому же убить меня практически невозможно, хотя можно устроить весьма веселую жизнь.

Тут раздался стук в дверь. Попытавшись магически прощупать пространство за дверью, я ничего не нащупала. А раз я никого не ощутила, то значит стучался кто-то из вампиров. Точнее из Избранных. А значит кандидатур всего две — Артур или его папаша.

— Блеск, только разборки с Артуром мне сейчас не хватало.

Оценив расстояние от подоконника до земли, я поняла, что сбежав не сломав ног я отсюда не смогу. Есть конечно потайной ход, но он ведь наверняка меня уже учуял в ментальном смысле. Позорное бегство в мои планы не входит никогда, когда это не называется тактическим отступлением. Поэтому убрав с физиономии кислую рожу, я торопливо наложила на свои мысли блоки и легким пассом заставила дверь открыться.

— Приветствую вас, Ректор Мэрлин. Альтера.

Отвесив каждому из нас по поклоны, он так выжидательно уставился на меня, что я невольно стала вспоминать все свои грешки, коих оказалось великое множество.

— Здравствуй, Артур. Что-то случилось?

Я решила, что делать вид, что мы не знакомы — глупо. Мы больше не связаны как Маги Проводник, но ведь это не значит, что мы больше не можем быть друзьями?

— Нет. Просто я хочу поговорить с Альтерой, а она меня активно избегает. За три дня мне впервые удалось приблизиться на расстояние меньше десяти метров.

Если бы я не была так вымотана, то обязательно бы покраснела. Но сил осталось ровно на то, чтобы убрать упавшую на глаза прядку. После схватки мои волосы значительно укоротились (до плеч) и не желали убираться даже в хвостик, расползаясь как клубок живых змей.

— Я не избегаю. Просто много дел.

Мэрлин, почувствовавший себя третьим лишним, шустро ретировался, оставив нас наедине, чем вызвал бурю недовольства с моей стороны. Впрочем внешне я попыталась это скрыть. Не знаю насколько успешно.

— Тогда если ты сейчас не занята, может поговорим?

— Говори.

Оглядев зал, он подтащил к подоконнику ближайший стол и уселся прямо напротив меня. Почувствовав долгий разговор, я заерзала, но не смогла придумать ни одного веского аргумента для того, чтобы вежливо слинять. Как назло, никто не ломился с дикими криками, никто не звал на помощь, никто не требовал моего незамедлительного присутствия.

— Ты подслушала мой ночной разговор с Анжеликой.

Он не спрашивал, он утверждал, поэтому я лишь кивнула. Не берусь судить, но кажется в его глазах промелькнула досада.

— Я не хотел, чтобы так получилось.

— Не имеет значения что мы хотим, а чего не хотим. Это произошло. И это не исправить. Да и не хочу я ничего исправлять. Я не раскаиваюсь в своем решении.