Ненастоящий поцелуй - Мария Чепурина

Возник он лишь на третий день. Вера снова гипнотизировалаэкран монитора, ерзая попой по табуретке. Наконец не выдержала и сама написалав аську «Привет!». «Ну привет», - отозвался Щ-159. За неоригинальным «Какдела?» последовали вкрадчивые вопросы о том, почему Михаил совсем не шлет Верекомпьютерных весточек. Ответ был: «Опять начинаешь? Не зли меня!» Следуясовету, девушка поспешила перейти к главному вопросу: «Кто такой графЛорис-Меликов?». «Сподвижник Александра II» - сразу же высветилось на мониторе.«А еще?» - набрала Вера.

Щ-159 (22:05:27 26/07/2008)

Ну меня так называют.

Щ-159 (22:05:56 26/07/2008)

А в чем дело?

Щ-159 (22:08:33 26/07/2008)

Эй! Ты здесь?

- Ой, Верка, Верка, что с тобой?! Живот болит?

Кира подбежала, обняла сестру, согнувшуюся на табуреткепополам.

- Ну-ка глянь на меня! Ты вся красная! Что за фигня?! Немолчи!!!

- Ничего не болит…

- Что случилось-то? Ты из-за рыжего? Ну? Из-за рыжего? Чтоон там пишет?

Щ-159 (22:09:48 26/07/2008)

Алло!

Щ-159 (22:10:35 26/07/2008)

Вера, где ты??????

- Он что-то сказал тебе?

- Нет, Кира, нет! - Вера перестала краснеть и началабледнеть. - Только не вмешивайся, прошу тебя, не вмешивайся, пожалуйста!

- Бросай его на фиг, сестра! Он сживет тебя со свету!Слышишь?

- Постой… Отойди… Я сама… Ты не лезь, ты не лезь только!

- Гнать таких в шею!!! Придурок! Приду-у-у-урок!!!

- Не надо… Пожалуйста…

Тут зазвонил телефон.

- Не подходи, Верка! - крикнула Кира.

Но где там! Младшая сестра молниеносно ухватила своймобильник и умчалась с ним в санузел - не хотела, чтобы слушали.

- Але…

- Здравствуйте, сударыня! Вы меня, честное слово,заинтриговали! Откуда знаете про графа Лорис-Меликова? Не извольте запираться!

- Твои подружки рассказали, - равнодушно ответила Вера.

- Ну так я и думал! Экие болтливые барышни нынче пошли! Нето что в нашинские времена, при государе Павле Петровиче…

- Еще от них я знаю про Светланочку, - сказала Вера просто икак будто даже жалобно, как будто доносила на разносчиц клеветы.

На том конце провода замолчали. Задумались, вероятно.

- …что ты с ней целовался всю неделю, - уточнила Созонова.

На том конце хмыкнули - приняли к сведению.

- …и потом еще остался с ней пожить, - добавила девушка,стараясь быть спокойной.

Она замолчала, ожидая реакции парня. Начнет извиняться,оправдываться? Скажет, что его оболгали? Признается и предложит расстаться?

- Так, - сказал Михаил. - Все понятно. И дальше что?

- В смысле - «что дальше»? - опешила Вера.

- Да. Я целовался. Со Светой. И что теперь будет?

- Я тебя не понимаю, Миша…

- Что теперь будет, я спрашиваю? Что ты намеренапредпринять? - В голосе парня послышались агрессивные нотки, он переходил вконтратаку. - Истерику устроишь? Будешь плакать? Материться? Пожалуешься наменя маме? Скажешь, что между нами все кончено?

- Мне… было… очень больно…

- Сожалею.

- Но, Миша!..

- Что?

- А как же… я?..

- Тебя там не было.

- Понятно… Значит… Вот так…

- Да, вот так. А ты что думала? Думала, я будуоправдываться? Не буду я оправдываться ни фига, так себе и запомни! Я тебе несобственность, между прочим!

- Никто не говорит, будто ты собственность! - выкрикнулаВера, и слезы, так долго сдерживаемые, наконец потекли из ее глаз.

- Ну вот и хорошо. И нечего там сопли распускать! Себяжалеешь? Думаешь, самая несчастная-разнесчастная!? А меня пожалеть не хочешь?Сладко мне, думаешь? Ты вообще не представляешь, что у меня внутри творитсясейчас!

- Откуда я могу представлять!? - закричала Созонова,задыхаясь. - Ты мне, что ли, рассказываешь много?! Месяц не вижу, не слышу!!!Где ты, что ты - нет тебя вообще!!! Девки всякие больше, чем я, знают!!! Сижу,жду как дура - а ты?! Ну не хочешь быть со мной - ну так и скажи!!! И дуй ксвоей Светочке!!! Ну?

- Все? Ты закончила?

Вера промолчала.

- Я эту Светочку, между прочим, два года любил, -глубокомысленно произнес Михаил.

- И что? - спросила девушка, устояв перед искушениемпоинтересоваться: «А меня?»

- Стихи ей писал. По ночам изводился. Звонил - прикинь, вХабаровск!

- А она?

- А она меня на фиг послала. Сказала, не нужен. Я ее забытьпытался, с тобой вот встречаться начал… А потом на слете встретились…

- Но ты же сказал, это ты ей не нравился!

- Да. А теперь вот понравился. Что-то во мне поменялось. Онаговорит, я мужественнее стал. Увереннее в себе. Сказала, похорошел… -перечислял Миша самозабвенно.

- И что потом? - взволнованно спросила Вера, словно ужеобсуждала не измену своего парня, а чей-то увлекательный, красивый роман.

- А потом я двинул к ней, в Хабаровск.

- Стой… Когда? - Созонова запуталась.

Ну, после возвращения. Сказал, на Бородинское… - небрежнобросил Миша, словно не признавался в обмане, а просто пояснял для бестолковых.- Притащился как дурак, а мне отворот-поворот дали. У нее там другой парень,оказывается. А я был так, для развлечения. Легкий курортный романчик! Такаяистория…

- Блин.

- Что?

- Не знаю… Нелепо все как-то. Сказать даже, кажется, нечего…

- Вот и не будем об этом… Ну ладно, спокойной. Вставатьзавтра рано.

Из дневника Веры Созоновой за 30 июля 2008 г.

«Сколько дней прошло с того злополучного разговора, когдаМиша признался в измене - а я все думаю и думаю на эту тему! И не могу надуматьничего путного.

Иногда думаю, что он редкостный мерзавец и надо гнать такогов шею, пока не поздно. Но легко сказать! Я уже раза три «окончательно» решала,что нам надо расходиться. Разумно взвешиваю все «за» и «против», прихожу квыводу, что ничего хорошего с Мишей не получится, говорю себе, что с этогомомента прекращаю всякое общение с этим негодяем… а потом расслабляюсь, теряюконтроль над мыслями и обнаруживаю себя снова романтически мечтающей о нем!Вообще не знаю, что с этим делать…