Одна мечта на двоих - Барбара Данлоп

— Там слишком холодно?

— В Рождество? Да. Четвертого июля мы запускаем фейерверки, но, поскольку у нас в это время года по ночам светло, эффект получается не тот.

— У вас вообще не темнеет?

— Часам к двум наступают сумерки. Но в день зимнего солнцестояния в полночь можно читать без света.

— Я даже представить себе это не могу. Тебе нравится там жить?

— Да. Я очень люблю свой город. У жителей Джуно сильно развито чувство товарищества и взаимной поддержки.

Официантка принесла их заказ, состоящий из горячего шоколада, покрытого толстым слоем взбитых сливок и шоколадной крошкой.

— Расскажи мне о своей матери.

— Она была доброй, веселой и очень красивой. Она много работала. Ей было тяжело растить меня в одиночку, но она справлялась.

— Она никогда не обращалась за помощью к твоему отцу?

— Она не хотела, чтобы он узнал о моем существовании.

— Почему? — удивилась Эмбер.

— Она думала, что от него было бы больше проблем, нежели пользы. — Не желая больше говорить о Сэмюеле, он спросил: — Каким был твой отец?

Она с задумчивым видом отправила в рот немного взбитых сливок.

— Он был высоким. У него был громкий заразительный смех. Я помню, как он переворачивал блины на сковороде, подбрасывая их в воздух. Как он катал меня по двору на закорках, когда мы играли в лошадку.

— Моя мать в пятницу поздно вечером месила тесто для выпечки. Лежа в постели, я слышал, как она хозяйничает на кухне. Тесто подходило всю ночь, а рано утром она вставала и пекла хлеб и булочки. Это был самый вкусный завтрак за целую неделю.

— Я пытаюсь представить тебя ребенком.

Перед его глазами тут же возникло лицо Закери.

Сегодня Коул нашел в Интернете еще несколько фотографий Сэмюела и понял, что они с Закери оба на него похожи. Потом он позвонил своей соседке на Аляску и попросил ее зайти к нему домой, отсканировать его собственные детские снимки и прислать ему по электронной почте. Сравнив их с фотографиями Закери, он испытал потрясение. Они были похожи друг на друга как две капли воды.

Эмбер съела еще ложку взбитых сливок.

— У меня не получается, — сказала она. — Наверное, ты всегда был таким, как сейчас.

— Вряд ли. Ползунков такого огромного размера не бывает.

Эмбер звонко рассмеялась.

— Сколько тебе лет? — спросила она.

— Тридцать два года. А тебе?

— Тридцать один. Меня удивляет, что ты до сих пор не женат. У тебя есть невеста?

— Нет, на роль будущей миссис… э-э… миссис Паркер претендентки у меня пока нет. А у тебя есть жених?

— Нет.

— У тебя в прошлом были серьезные отношения?

Она обхватила кружку обеими руками:

— Нет. У меня не было для этого времени. Сразу после окончания школы я уехала из дома. Днем я как проклятая работала в офисе, а вечером училась. В конце концов меня повысили до заместителя финансового директора. Может, я и не вице-президент, но моя должность в «Коуст Иггл» тоже довольно важная.

Коул перемешал сливки с горячим шоколадом:

— Я в этом никогда не сомневался.

— Я контролирую работу шести филиалов и руковожу несколькими десятками сотрудников.

Коул не понимал, почему она защищается. Он восхищался ее профессиональными достижениями.

— Я что-то не то сказал?

Эмбер сделала глоток шоколада:

— Дело не в тебе, а в Россе и других топ-менеджерах компании. Иногда у меня создается ощущение, будто они считают меня такой же, как Коко. Все они знали ее. До авиакатастрофы большинство из них были со мной едва знакомы. Они, кажется, забыли, что я начала работать в «Коуст Иггл» задолго до того, как Коко познакомилась с Сэмюелом. Иногда мне кажется, что они думают, будто это Коко устроила меня на работу. Я решила, что лучше не обращать на это внимания и продолжать усердно трудиться на благо компании.

— Ну и как? Это работает?

— Не сказала бы. Они до сих пор считают меня выскочкой.

— Они ошибаются. Им следует научиться ценить твои заслуги, твою преданность интересам компании, твое упорство.

— Ты хорошо действуешь на мое самолюбие, Коул.

— Я стараюсь.

— Ой, я отклонилась от темы. — Она сделала еще глоток. — Я пыталась объяснить, почему у меня не было времени на бойфрендов, и увлеклась. По правде говоря, претендентов было немного.

— Не может быть. Наверное, ты их просто игнорировала. Ты удивительная, Эмбер. На тебя невозможно не обратить внимание.

— Хватит меня хвалить. Расскажи лучше о себе.

— О чем ты хотела бы узнать?

Эмбер откинулась на спинку стула:

— О твоих женщинах. — В этот момент темное небо озарили первые вспышки разноцветных огней, и она рассмеялась. — Я вовремя затронула эту тему.

— Жаль, что моя личная жизнь не такая яркая, как эти фейерверки.

— У тебя была несчастная любовь?

— Да, в школе. Ее звали Марси Ричард. У нее были длинные рыжие волосы и веснушки. Она была капитаном женской баскетбольной команды.

— Что у вас произошло?

— В выпускном классе она познакомилась с парнем из Скагуэя. Он тоже играл в баскетбол и вместе со своей командой приехал в наш город на соревнования. Я увидел, как он целовал Марси, и ударил его. Она возмутилась и запретила мне к ней приближаться. Через четыре месяца они оба поступили в Аляскинский университет и уехали. Сейчас они женаты, и у них двое детей.

— Ты по ней скучаешь?

— Нет. Она работает у меня бухгалтером, и мы часто видимся. Я подружился с ее мужем Майком. Он оказался хорошим парнем!

— Как складывалась твоя личная жизнь после школы?

— Я поступил в летное училище. Оказалось, что женщины не могут устоять перед пилотами. У меня было много коротких романов.

— Насколько коротких?

— Иногда они длились несколько часов, иногда несколько дней.

— Это ужасно.

— Я был молод и раним. Мое сердце было разбито. Нужно же мне было как-то утешиться.

— Раним? Я бы употребила другое слово.

Коул ухмыльнулся:

— И была бы права.

— А сейчас как часто ты «утешаешься»?

— Время от времени я хожу на свидания. Все мои отношения либо заканчивались расставаниями, либо перерастали в дружбу. Я много работаю. К тому же население Джуно не так велико. Многие женщины, подходящие мне по возрасту, покинули Аляску.

— А ты сам никогда не хотел оттуда уехать?