Свидание в храме Афродиты - Кэрол Мортимер

– Мне вполне известны родственные связи лорда Энтони, – оборвала его Мэрайя.

– Видимо, отчасти причина ваших возражений кроется в том, что у Энтони есть суровый и рассудительный старший брат, герцог Уолфингэм? – сухо предположил Дэриэн.

– Даже не пытайтесь притворяться оскорбленным, Уолфингэм! Вы и сами знаете, что ваше отношение к этому браку полностью совпадает с моим. – Мэрайя нетерпеливо вздохнула.

– Повторяю свой вопрос: какие именно соображения мешают вам одобрить этот брак?

Мэрайя сделала глубокий вдох, зная, что несколько преувеличенно реагирует на ситуацию. Она осознавала, что ее собственный несчастливый брак, в который она вступила как раз в семнадцать лет, повлиял на ее решение ни в коем случае не соглашаться выдать дочь замуж в столь юном возрасте. В глазах умного и проницательного герцога, да и перед остальными людьми из бомонда ей придется привести более убедительные доводы.

– Конечно, я желаю Кристине большого счастья и достойного супруга. В будущем. Не теперь. Она юная и неопытная девушка и только-только начала получать удовольствие от своего первого сезона в свете.

– Вы против Энтони только потому, что он мой младший брат? – проницательно осведомился герцог.

Мэрайя решительно кивнула:

– У меня нет никаких сомнений в том, что, если Кристина станет женой вашего брата, вы превратите жизнь своей невестки в сплошную череду страданий.

Дэриэн словно прирос к месту.

– Вы оскорбляете меня, мадам, лишь допустив мысль о том, что я могу обращаться с женщинами настолько… настолько низко.

– С моей дочерью вы бы так и обращались, – убежденно произнесла она. – А я не хочу подобного будущего для нее. Кристина достойна лучшего. – Лучшего, чем получила Мэрайя, став женой Мартина, – нелюбимая мужем, отвергнутая всей его семьей из-за своего скромного происхождения. Леди Бичем вздрогнула при мысли о том, что такая судьба достанется и ее дочери. – Если лорд Энтони посватается, я не дам своего согласия.

Дэриэн помрачнел:

– А как насчет чувств вашей дочери? Вы не задумывались о том, что ваша дочь может ответить на любовь Энтони? Если не сейчас, то в будущем?

– Скорее она может поверить в то, что разделяет его чувства, – нехотя допустила Мэрайя. – Но в семнадцать лет она не может на самом деле знать, чего хочет ее сердце и разум.

– Как и вы сами в ее возрасте?

Она сердито возразила:

– Повторяю, мы сейчас говорим не обо мне!

– Может быть, стоит начать?

– Нет, не стоит, – холодно произнесла Мэрайя. – Ни сейчас, ни когда-либо еще.

Дэриэн внимательно изучал Мэрайю, по ее упрямо поджатому рту и неодобрительному взгляду он понял, что она не настроена обсуждать собственный брак.

И это только добавило ее образу загадочности.

Загадочности, которая чересчур сильно занимала его мысли последние десять дней.

Он кисло поморщился:

– Вы не думали, как бы отреагировал ваш муж на возможность породниться с Хантерами?

Она тут же вздернула подбородок:

– Меня не интересовало мнение моего мужа, пока он был жив, и точно не интересует теперь, когда он мертв.

По той причине, как начал подозревать Дэриэн, что ее брак был скорее удобным и выгодным союзом, а не браком по любви, как и большинство браков, заключенных в высшем свете. Деньги взамен на титул? Состояние отца Мэрайи взамен на титул Бичема, графа Карлайла?

Родители Дэриэна поженились при схожих обстоятельствах, но им очень сильно повезло: они искренне полюбили друг друга и прожили в согласии и взаимном уважении всю жизнь, а их двое сыновей выросли в доме, наполненном атмосферой любви и доверия.

Тот факт, что Мэрайя в возрасте семнадцати лет вышла замуж за Бичема, которому было в ту пору сорок два года, равно как и ее бесчисленные романы на стороне, заставляли предположить, что ей с любовью в браке не повезло.

– Это многое объясняет, – медленно проговорил герцог.

– Разве? – удивилась Мэрайя. – Сомневаюсь, что я первая женщина, которая призналась в том, что муж ее не любил.

– Ваши слова говорят и об отсутствии уважения.

Бирюзовые глаза снова сверкнули.

– Уважение нужно заслужить, оно не дается просто так.

– И Карлайл его не заслужил?

– Это было обоюдное чувство, уверяю вас.

– И все же у вас двоих родилась дочь.

Холодная дрожь пробежала по спине Мэрайи, когда она вспомнила ночь зачатия Кристины. Болезненный и страшный опыт для Мэрайи и триумфальный – для Мартина.

Она смешалась под пытливым взглядом зеленых глаз Дэриэна.

– Вам пора уходить, Уолфингэм.

– Мэрайя…

– Уходите! – Лучше сейчас, пока она еще не до конца потеряла самообладание. Только не перед ним, человеком, который каким-то непостижимым образом разрушил все ее защитные барьеры. Ей пришлось когда-то возвести их вокруг своей души и болезненных воспоминаний о несчастьях в прошлом, чтобы окончательно не сломаться под их гнетом.

Дэриэн не имел ни малейшего представления о том, что делать дальше: выполнить просьбу Мэрайи и уйти или позволить своим инстинктам взять верх и обнять Мэрайю, утешить ее? Кажется, этот разговор о замужестве с Карлайлом подорвал ее уверенность в себе.

Их мучительное уединение нарушил дворецкий, который внезапно вошел в гостиную с серебряным подносом в руках, где одиноко лежала чья-то визитная карточка, и величаво прошествовал к Мэрайе.

Леди Бичем взяла с подноса карточку и быстро прочла, после чего положила ее в маленький кармашек, спрятанный в складках ее платья, и обратилась к дворецкому:

– Будьте любезны, проводите его светлость в мою личную гостиную, Фуллер. Потом возвращайтесь и проводите к выходу герцога. – Она дождалась, пока дворецкий выйдет из комнаты, и вызывающе посмотрела на Дэриэна.

Дэриэн вздохнул, разочарованный столь явным желанием Мэрайи выпроводить его из своего дома. К тому же его сжигало любопытство: он очень хотел знать, кого именно дворецкий сопровождает в личную гостиную Мэрайи.

Да это же просто смешно! Он прожил на свете тридцать два счастливых года, не питая ни малейшего интереса к Мэрайе Бичем, ее друзьям и любовникам, не раздражаясь и тем более не ревнуя ее к тому счастливчику, который ожидал ее появления в личной гостиной. Испытывать подобные чувства было бы нелепо, смехотворно и очень унизительно – и все же именно эти чувства он сейчас переживал.

Мэрайя была решительно настроена, чтобы не позволить двум визитерам встретиться друг с другом.

– Полагаю, я вполне способен дойти до выхода сам, Мэрайя, – отрезал Дэриэн.

Она растерянно моргнула: