Спасательный круг - Видум

лица, а потом оказалась покусана чертятами. Астарот долго смеялся над ней и так же долго успокаивал разочарованную наивную малышку. Впрочем, Корди, быстро приструнила их в следующий раз. Дети они ведь и в Аду дети, и блондинка стала для них интересным, непохожим на других в этих краях, авторитетом. Про добро и зло она им, разумеется, разъяснять не стала, но напрягла, в качестве наказания, таскать цветы, что росли в Преисподней, к ней в библиотеку. Девушке они могли причинить боль, а бесенятам — нет. Вот она и приказала принести их, чтобы самой не касаться, и поставить для красоты по верхним полкам. Красноглазый ей тогда высказал, что Корделия хоть и не Фиона, но построить всех может только так. Она ответила, что ему пора топать из её покоев.

— Ну как ты? — спросила колдунья, заходя в комнату к демону. Лежит, почти не двигается. Выглядит не очень. Даже очень не очень.

— Я с самого начала был в норме, — отмахивается брюнет. — Ты как? — он поворачивает голову в её сторону, не в силах двигать корпус.

— Почти отлично. Отвар помог. Я тебе тут тоже бульон сварила, так сказать, в ответ, — неловко произносит ведьма и ставит ароматный, горячий суп на тумбочку, садясь и беря в руки ложку. — Выпендриваться запрещаю. — мужчина садится кое-как.

— Корди, я ещё раз повторяю, со мной всё в…

Его слабые аргументы она не слушает и, не церемонясь, пихает ложку ему в рот.

— Ешь!

Он проглатывает, бурчит что-то, потому тут же глотает вторую ложку, третью. Тепло обжигает изнутри, и он облизывается.

— И почему у тебя получается в сто раз вкуснее?

— Потому что я делала это всю жизнь, во-первых, а во-вторых, я люблю готовить. Меня это успокаивает. Иногда вместо курицы я представляю неуёмных бесов, которые непонятно, ради чего, строят из себя силачей, когда это не нужно.

— Вот ведь…

— Заразка? — Делия приподнимает бровь и улыбается. Всё чаще и чаще в последнее время её чудесное личико озаряет искренняя улыбка. Да и понимает она его с полу взгляда. Трудно оставаться холодной, когда знаешь кого-то вдоль и поперёк.

— Именно. Самая лучшая заразка на свете, — чёртик не стесняется в комплиментах, он любит, когда его ведьмочка смущается.

— Давай не отвлекайся, — она вновь набирает суп в ложку.

Покормив его, Гуд смотрит, не зная, как ей быть дальше. Уйти к себе или остаться с ним. Хочется помочь, проследить за его состоянием, но спросить язык не поворачивается.

— Останешься со мной сегодня? Я, правда, не смогу тебя согреть, но могу почитать, — брюнет умоляюще глядит на ведьму.

— Двигайся, — да к чему уже отмахиваться. Комфортно ей с ним спать, вот и всё. Горько, но куда уже деваться. И нечего запрещать себе просто быть человеком. — И не нужно мне читать, отдыхай. Ты вообще никакой, — девушка ложится рядом и, забив на всё, пролезает рукой между мужчиной и кроватью, помогая ему положить голову на себя, чуть выше груди, укрывая их и начав гладить широкую спину и массировать кожу головы.

Астарот крепко обнимает её, удивлённый и донельзя довольный. Какая же она, всё-таки хорошая и великодушная девушка. Его Королева. Тот спектр эмоций, который он испытывает рядом с ней, нельзя описать.

— Делия, — он неразборчиво начинает шептать, покрываясь холодным потом и прижимаясь крепче к горячему женскому телу. Говорит сбивчиво и быстро, закрыв глаза. Кажется, бредит. — Я люблю тебя. Прости меня за всё, маленькая, я такая скотина. Мне так хорошо с тобой. Я понятия не имел, что влюблюсь когда-нибудь, что мне это позволено, что могу это чувствовать. Но я так жалею, что не могу быть обычным человеком. Чтобы у меня был шанс тебя по справедливости отбить у Лэнгдона, завоевать и жить с тобой, где захочешь. — предложения он строил немного нелепо, а сам был весь такой откровенный, что ворожея поняла: ему совсем плохо. — А я тебя здесь запер, понимаешь? И вёл себя, как будто ты мне что-то должна. Прости, я просто…просто…демон. Слабое оправдание, да? — тихо смеётся. — Но ты мой лучик здесь, не могу ничего сделать, отпустить не могу. Не хочу. Но я честно клянусь, чтобы всё сделаю, — путался в словах, — чтобы хорошо было. Малыш. Я тебя правда-правда люблю, как человек. Даже когда убиваю, думаю, не осудишь ли ты за это, хотя мне нравится, но из-за тебя иногда не хочется.

Боже, как будто без одежды. Только в его случае безо всяких психологических защит, без образа. Ведьма его речью проникалась, но очень хотела, чтобы он пришёл в себя, ей было по-настоящему жаль того, что он может сейчас испытывать. Она начала гладить его не только по голове, но и по спине, по плечам, по лицу и по рукам, сосредотачиваясь изо всех сил и читая заклинание. Корделия изучила парочку новых, специально для Ада, на новом для неё мёртвом языке и применяла впервые, но надеялась на успех. Её руки, казалось, загорелись, настолько необычно было ощущение покалывания. Вокруг Астарота появилась бордовая дымка, он закашлял, цепляясь за её рубашку.

— Тише, сейчас пройдёт, — ласково шептала девушка, когда он застонал от боли, — я здесь, я рядом. — Она понимала, что нужна ему сейчас и прижимала к себе покрепче, чувствуя себя приятно-обречённой.

Демон прокашлялся окончательно и обмяк.

— Быстро учишься, — подметил демон уже нормальным тоном, а не жалобным и тихим.

— Ты хороший учитель.

— А ты мне льстишь.

— А тебе пора спать.

— А тебе не стоило тратить столько сил на меня, Делия, — он приподнялся, силясь что-то опять доказать, заставив её закатить глаза, — я бы сам отошёл к утру, днём точно, мне не так уж и плохо, и я не хочу быть таким слабым в твоих глазах, я ведь мужчина и…

Корделия запустила пальцы ему в волосы и нежно, вдумчиво поцеловала, мягко обхватывая его губы своими. Астарот, боясь спугнуть момент, не двигаясь, ответил, закрывая глаза. Они медленно целовались, забываясь, немного переступая грань в их до сих пор холодных отношениях. Верховная не жалела сейчас. Ей просто хотелось отвлечься, хотелось, наконец, простого тепла и чувства, что всё это не просто так, что она не вечная мученица, а чья-то горячо любимая женщина. Она бы не позволила ему большее и не была уверена, что позволит позже, но искренне наслаждалась сейчас.

— Засыпай, мужчина, — целуя напоследок в уголок губ, сказала ворожея и настойчиво вернула его обратно на свою грудь.

— Я люблю тебя, — прошептал совсем расплывшийся демон.

— Знаю.

Комментарий к Кто кого спасает?

Винкс! Только вместе мы сильны, чудеса творить вольны, и