Огнеслава - Марина Гамаюн

— Это твоя кровь, господин! — прошептала она. — Как же так?

— Отмени приказ, — глаза смотрели холодно, а ладони сжались.

— Нет, — покачала головой змея. — До вечера уладишь все дела, а на закате отправляйся к Огнеславе.

Горан отвернулся. Не произнеся ни звука, он направился к выходу.

— Едва твои глаз увидят её, убей! — напомнила змея. — Утром жду обратно.

Князь не ответил. Дверь хлопнула с такой силой, что казалось, стены задрожали. Стоило ему уйти, рядом с княгиней появилась Беляна Мстиславовна. Войдя она осторожно огляделась.

— Теней нет, — ответила на немой вопрос хозяйка.

— Проследить за господином? — негромко спросила боярышня.

— Не нужно. Сама всё увижу, — показав кровь на платке, ответила змея.

— Вам нужно было просто приказать убить её, зачем эти слова про «увидеть». Будто нельзя завязать глаза или что-то еще придумать.

Княгиня улыбнулась.

— Сколько раз он сражался с лучшими из твоих братьев. Они гораздо быстрее любого из смертных. И ни разу, ни царапины, ни ссадины. А тут удар ножом пропустил!

— Он сделал это специально?

— Пусть получит то, чего желает, — кивнула змеедева. — Мне достаточно будет узнать где и как её спрятали.

Глава 68 Воссоединение

Сойдя с корабля, Огнеслава взглянула вверх, на крыши главной цитадели. Флаг с изображением стального змея гордо реял над неприступными башнями. Краснозерск с глубокой старины, прежде всего, был надежной крепостью, а уж потом местом особо почитаемых святилищ.

Когда-то давно, пока князья Зеяжска не присоединили эти земли, предки княгини Вереи правили здесь, как государи. Они возвели могучие крепостные стены в надежде сохранить свою власть и независимость, однако не сумели их удержать. Тем не менее, родной город матери нынешнего князя всё также имел немалое влияние и право на собственное войско. Насколько Огнеслава помнила, Верея была единственной наследницей, что когда-то сделало её сначала невестой, а потом и супругой князя Буеслава. Ступая по камням мостовой, молодая княгиня в полной мере осознавала, что находится теперь не просто на территории свекрови, она явилась туда, где та полноправная хозяйка во всех отношениях.

Златогост поджидал у повозки, как обычно. Оказавшись возле открытой дверцы, боярыня обернулась к сестре:

— Садись. Я сейчас.

Пока Огнеслава усаживалась, укладывая сына на коленях, Зоряница, набравшись смелости, подняла взгляд к хмурому лицу мужа. Он возвышался словно могучий дуб средь тоненького подроста, только пальцы крепче обычного сжимали посох. Поутру она случайно услышала, будто всю ночь спиной мучился, а по виду и не скажешь.

— Поезжайте с нами, пожалуйста, — обратилась ласковым голосом.

— Не беспокойтесь, голубушка, мне на коне сподручнее, — отвернулся, делая вид, что следит за окружением.

— Отказываете мне в просьбе? — подавив волнение, взялась за его руку Зоряница и тут же поймала удивленный взгляд.

— Вы этого хотите?

— Настаиваю, — упорно не отводя глаз, кивнула боярыня.

Подав знак забрать лошадь, Златогост предложил ей сесть первой, а после забрался в повозку сам. Огнеслава постаралась вести себя так, словно ничего необычного не происходило. Но поглядывая на робеющую сестру, которая явно злилась сама на себя, пыталась угадать, что та задумала. Тронулись.

— Вы по-прежнему намерены скрываться? В нынешних условиях нас пропустят только за городские стены не дальше. По слухам, княгиня Верея никого не принимает, — произнес боярин. — Не проще ли сразу открыться?

— Чем меньше людей знает обо мне, тем лучше, — ответила Огнеслава. — Даже здесь могут быть соглядатаи.

— Мы едем на удачу?

— Нет. Я уже отправила вестника к свекрови, — думая о поручении, что дала Горлице ещё на корабле, призналась молодая княгиня. — Если я нашла нужные слова, то боярина Златогоста с супругой она примет обязательно.

Главные ворота города миновали без остановок, а вот проезд под башней на княжий двор преградила массивная решетка. «Ждите» — покашливая в окладистую бороду, проворчал начальник караула. Воины княгини Вереи оттеснили охрану боярина и выстроились вокруг, давая понять, пути назад нет.

Златогост нахмурился. Зоряница нервно теребила платок. Огнеслава глубоко вздохнула и опустила веки. «…Придет тот день, когда ты приползешь ко мне на коленях с мольбой о помощи…» — повторял тихий голос в её голове. Свекровь совершенно точно получила послание, она не может не знать. Значит, это наказание. Что же, она выдержит его с достоинством.

Прошло не менее часа, прежде чем появился посланец от княгини-матери.

— Государыня примет вас, но только идти пешком придется, — горделиво передал он повеление хозяйки.

— Глумиться надумал? — угроза зазвенела в голосе боярина.

— Никак нет! — испуганно склонился посланец. — Это приказ моей государыни, Вереи Богумиловны.

Выйдя из повозки, Златогост огляделся оценивающе, словно хищный зверь на незнакомой тропе. Караульные чуть попятились. Подал руку супруге. «Сейчас нужно кротость проявить, — подумала Огнеслава, — а ну как не снесет унижения боярин и характер проявит, нельзя этого допустить». Зоряница будто прочитав её мысли, переменилась. Приняв помощь, всмотрелась в суровое лицо, отвечая улыбкой на колющий взгляд карих очей. Брови боярина поползли вверх. Почувствовав, как пальцы жены сжали ладонь, забыл о недовольстве. Подхватив её под локоть, двинулся под арку. Огнеслава, склонив голову, пошла следом за ними, облегченно выдыхая.

Во дворе кипела жизнь. Люд сновал туда-сюда. Ни единая душа, кроме указывавшего дорогу посланника, не вышла встречать. Оскорбительно. Зоряница сильнее сжала пальцы под своей рукой. У крыльца их снова заставили ожидать. На лестницу вышла боярыня Добродея. Огнеслава взглянула в её глаза, но та сделала вид, что не узнала.

— Проводите боярина с боярыней в светлицу, — озвучила приказ. — Прислуга пусть здесь ждет.

Зоряница обернулась, её щеки пылали. Огнеслава только кивнула в ответ, прося исполнить повеление. Вскоре она осталась перед крыльцом лишь в сопровождении караула и незримых теней. Стоять, не двигаясь, с ребенком на руках тяжело, ожидание затягивалось. Стиснув зубы, решила думать только о том, насколько прямо держит спину.

— Позвольте помочь, — услышала рядом мужской голос.

Взглянула, с сомнением подняв бровь.

— Простите, что не кланяюсь, как должно, княгиня, — прошептал Елизар Светомилович. — Но пока не могу, для вашей же безопасности. Позволите? — чуть протянул руки.

— Вас Верея Богумиловна прислала? — отводя взгляд, крепче прижала сына к груди Огнеслава.

— Нет! Князь, — негромко ответил он.

Глаза Огнеславы вновь обратились к лицу молодого боярина.

— Что вы только что сказали?

— Князь, — повторил Елизар. — Князь Черного дворца.

На крыльце вновь появилась верная свекрови Добродея. Поймав на себе её недовольный взгляд, Огнеслава увидела, как к ней была спешно отправлена пара дворовых девиц. Елизар хитро улыбнулся:

— Крепитесь, государыня. Княгиня-матушка очень зла на вас, — как можно тише произнес он и, не дожидаясь, когда подойдут посланные сопровождающие, громко заявил. — Следуйте за мной!

Склонив голову,