Мы просили у вечности рай - Виктория Вайт

жизни. Особенно если выбор сделал самостоятельно. Старательно идешь к намеченным целям, безжалостно уничтожая людей, встающих на твоем пути. Никогда не стоит давать власть собственному бессилию. Потому что вы будете неосознанно ждать помощи от посторонних, ничего при этом не предпринимая. Только вы сами сможете добиться того, что вам нужно. Мы совершенно пустое место, если не знаем свои корни. Предков, которые, так или иначе, имеют отношение к вашему появлению на свет. Я знал свои. Когда мне пришлось зубами выгрызть то место под солнцем, которое я сейчас имею. Родился в грязном бараке, окруженном крысами и сыростью. Моя мать была француженкой. Проституткой, которая по безволию стала закоренелой наркоманкой. С самого детства я ненавидел аромат дешевых европейских духов и поем, которые вынужденно меня окружали. Кое-как пережив детский возраст в окружение этой грязи, в четырнадцать лет мне удалось вырваться на свободу. Собрать таких же нуждающихся уличных пацанов, и организовать собственную шайку. Я превратился в звереныша. Который был готов разорвать любого и каждого, кто посмел встать на нашем пути. Ровно до того момента, пока не увидел ее. Уже гораздо позднее. Став более взрослым парнем. Познав всю сущность окружающего мира. Но она что-то в мгновение изменила. Девчонка, в глазах которой плескался адреналин и азарт. Она жаждала приключений. Так же, как и я. Впервые я увидел ее около привилегированной школы, в которой учебу могли себе позволить только детки богатых родителей. Красивая. Страстная. Рискованная. Девчонка до одури ненавидела своего папашу, и готова была сотворить все, что могло бы ему не понравиться. Нас сблизила отнюдь не любовь или страсть. Скорее безумие и одержимость одними и теми же мечтами. Я сделал все возможное, чтобы как можно дольше быть рядом с ней. Из Рифата превратился в Сафира. В новую личность, которая была способна абсолютно на все. Сафир был простым парнем арабом, который очень часто помогал мне в учебе. Был хилым и слабым. Боролся с тяжелой болезнью с самого детства. Его родители покинули Восток, и Сафира в нашем городе почти никто не помнил. Я не помог ему умереть. Не убивал специально. Терпеливо выжидал, когда болезнь окончательно его сожрет, отправив в мир иной. Именно после этого умер Рифат, и родился Сафир Азар. В моей новой жизни никто даже не догадывался, что когда-то я был другим человеком. Все стерлось из памяти, даже у тех, кто мог что-то вспомнить. Новая личность. Грандиозные победы, которые облагораживали мою жизнь. Настырно шел по головам, зная, что кроме самого себя никто не поможет. У меня было всего лишь одно слабое место, которое я тщательно скрывал. Замирая в дверном проеме, смотрю на Эмира, осознавая, что он совершенно не услышал моего появления в комнате. Что-то в нем существенно изменилось. Долгое время я изводил себя мыслями, пытаясь понять, что произошло. А потом все стало на свои места. Клео. Эта наивная американка вторглась в его сердце. Я должен немедленно избавиться от девчонки. Она приносит слишком много проблем. Но, черт возьми, я же когда-то сам подарил ее Эмиру. Можно сказать, преподнёс, как подарок. В какой-то степени я даже полюбил это юное создание и проникся. Пока она делала моего Эмира счастливым, ни во что не вмешивался. Но однажды эта нахалка подслушала разговор, суть которого для нее должна была остаться тайной. Любопытное создание даже не понимала, что собственноручно подписала смертный приговор. Когда-то давно я научился мастерству гипноза, и попытался стереть отрывок памяти Клео, чтобы она никогда не сумела вспомнить услышанный разговор. Но все равно риск оставался. Она узнала секрет, который принадлежал не только мне. И могла вспомнить о нем абсолютно в любой момент. Я избавлялся от Клео, оставаясь в стороне. Чужими руками, умело сфабриковав все обстоятельства и факты. До последнего защищал Эмира, не позволяя запятнать его имени. Хранил свое место рядом с ним, как самый важный человек в его жизни. Мы вместе росли, укрепляя свою личность. Всеми силами я уничтожал в Эмире ту слабохарактерность, которая передалась по наследству от его отца. Никогда не забуду слабого растерянного мальчишку, который был вообще не нужен семье. Никому. Даже этому гнилому окружающему миру. Только мне. Эмир тянулся, видя во мне отца. Учителя, который воспитывал храброго и безжалостного человека в нем. Укреплял разрушенный стержень.

— Эмир! — Отчетливо произношу его имя, давая знать о своем появлении. — Добрый день. — Вежливо. Не обращая внимания на то, что Эмир что-то моментально прячем в шкафчик комода.

— Добрый день. — Нехотя. Словно вообще не желает разговаривать и видеть меня.

— Что-то в последнее время ты очень задумчив, друг мой?! — Делая несколько шагов вперед, замираю на месте. Зная, что Эмира взбудоражила встреча с девчонкой, которая произошла на выставке.

— Со мной все хорошо. — Напряженно. Взвинчено. Всовывает руки в карманы джинс, начиная двигаться к выходу. Давая понять, что не хочет, чтобы его тревожили. — Не стоит беспокоиться, Сафир. — Выходит из своей комнаты, разворачиваясь. Дожидаясь, пока я сделаю тоже самое.

— Если захочешь поговорить, звони. — Выхожу следом, начиная медленно направляться к выходу. Стараясь быть тем человеком, который ради него всегда был готов на все. Ощущая, что Эмир не способен на разговоры, направляюсь на улицу. К своей машине.

Понимая, что на моей совести будет еще одна загубленная душа. Но выбора нет. Удивительно, но Клео очень сильно похожа на мою любимую жену. Она единственный человек, который искренне мог увидеть во мне что-то чистое и святое. Ту частичку доброты, которая таилась среди кромешной тьмы. Моя жена всегда была светлым человеком, в то время, как я предпочитал тьму. Ее и нашу дочь убила правда, которую она узнала обо мне. Единственный день в моей жизни, когда я позволил себе пролить слезы, были их похороны. Все еще сырая могила, и холодное тело любимой женщины. В этой могиле навсегда успокоилась светлая часть моей души. Знаю, что меня ждет огненный ад, и Аллах рано или поздно воздаст по заслугам. Но я никогда не жалел о том, что совершил. Мою душу не спасти. Единственная правда, которую я с гордостью всегда принимал.

Эмир.

Сжимая в руках бокал с шампанским, прислоняюсь к стене, наблюдая за прибывающими гостями. Торжественный прием шейха Асиса, который сегодня я не мог пропустить. Особенно зная, что Клео приняла его приглашение и собирается появиться на этом торжестве. Девушка, которая была приближенной к шейху, сумела передать Клео, что находиться в его плену. Является игрушкой для шейха, который позволяет себе делать все, что ему хочется. Издеваясь и глумясь.