Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

— С некоторых пор… — выдохнула София, невзначай поправляя рюкзак с его же еще зонтом внутри. Который она так и носит же уже который день с собой, как уже и самый настоящий талисман-оберег, не меньше. И пусть же не в действительности да и от никакой непогоды. Но и отдать же все никак не может. И можно же было, конечно, уже подумать, что и как раз таки от него. Но ведь и его же вещь — не может быть против него. А вот события и обстоятельства — могут. Да еще и как. Ведь уже и не столько же она сама отдать его не могла, лично, сколько и Никита же ей под руку никак не подворачивался, до сегодня же по крайней мере, чтобы передать уже и из его же рук в руки Влада. — Правда, и не знаю пока: «к худу или добру?». Могу познакомить, кстати! Хотя, думаю, Никита и сам с этим прекрасно справится, дополнив, так сказать, и сегодняшним днем твою теорию ранее практикой… Но если хочешь… и со мной… давай! Заодно и сама же с ним уже… дознакомлюсь. До конца! В прошлый же раз все как-то и дюже шабутно вышло…

— Почему нет? — Загорелась идеей, как и своими же уже и ярко-зелеными глазами шатенка. — Идем!

****

— Я ни на что, конечно же, не намекаю… — начал Никита, закусив свою нижнюю губу, и продолжая между делом при этом еще и тарабанить пальцами обеих рук по двум же черным спинкам кожаных сидений перед собой, раздражая этим уже и себя, а не и только еще и сидящих же в них Егора и Влада, между которыми он и просунулся, втиснувшись, но и не в силах же унять этот нервный тик, почти что и панический тремор, мечась параллельно от кислоты молока до сладости ваты и обратно, — …но не лучше ли нам выйти сейчас и тормознуть его до того, как он выйдет сам и тормознет ее?

— И перенять огонь на себя, выиграв время ей?.. — Оглянулся на него с прищуром Влад, после чего перевел свой задумчивый янтарный взгляд на окно со стороны водителя и соответственно Егора, через которое хорошо просматривался въезд-выезд. И уже за которым хоть и чуть в отдалении, но и так же все хорошо просматриваясь была видна правая фара, как и крыло только-только подъехавшей белой глянцевой тонированной машины Жени, марки Range Rover последней модели, из которой же так никто до сих пор и не показался. И, пожав плечами, наконец кивнул. — Неплохая идея! Нехорошо же только, что тишина такая… Перед бурей прямо! С натяжечкой мы отсюда живыми-то уйдем, братва… Или лучше будет сказать: бригада?

— При условии, что не живы и давно? — Усмехнулся Егор, перекатывая левой рукой, правую же еще пока держа на руле в черном кожаном чехле, по своей же черной толстой и короткой цепочке свою же такую же подвеску-ключ. То и дело задевая ею: то подбородок, то и губы чуть опущенной вниз головы. И насвистывая в вырезанную шахматную фигуру короля на головке же ключа какой-то свой незатейливый мотив под уже и свой легкий бит пальцев правой руки. — Тогда уж: «У». И операция: «Ы»! Но и как-то же… что так, что этак… вообще же не легче. Ни разу!

— Да и быть не должно, по сути-то… — поджал губы рыжий, слегка передернувшись не только и всем своим телом, но и душой от этого их и всеобщего пусть и где-то еще пока молчаливого, но оттого и не менее же пугающего принятия. — А напомни-ка мне еще раз, что именно ты ему сказал по телефону? Точнее: «успел… и из имеющегося и собранного до, как и прибывшего… обретенного после?».

— Тоф! — Вдруг разнеслось по всему двору грубым мужским басом, что обернулись не только студенты с преподавателями какой-то частью все еще и до сих пор остававшиеся в нем, но и сами же ребята в машине. Поймавшие же себя в секунду на том, что и лишь на мгновение отвернулись от левого бокового переднего окна, как и лобового, взглянув на Влада и тут же случилось это. И ведь дело уже даже было далеко не в нем как в принципе, да так и в общем — ведь ко входу университета уже двигался-надвигался Женя.

— Черт, проглядели! — Ругнулся Влад, скривившись, будто и тут же проглатывая, не рассасывая, как и любую такую и не гадкую пилюлю-таблетку от кашля с лавандой и шалфеем. Что сделали же вслед и остальные в машине. Теперь уже вместе и с неприязнью следя за фигурой друга, пересекшего уже и въезд-выезд. Не заботясь о своей скорости, как и о силе, проявленных сейчас чуть особо и на людях, лишь о том и той, к кому он так летел и кого же еще параллельно сверлил своим темно-зеленым взглядом у верхних ступеней лестницы. — Двум смертям не бывать, а… и какая разница, если ни перед какой не надышишься, да, Ник? Егор? Погнали-погнали!

И вся троица тут же высыпала на улицу, появляясь же ровно перед Женей и почти что стеной, преграждая ему тем самым пусть и временно, но и путь к сестре. Что и как все тот же самый суслик замерла и встала же по стойке: смирно. Уже готовясь к нападению очередного хищника таким образом — падать навзничь, притворяясь мертвой. Впервые с братом и скорее кажась, нежели и будучи, хотя и немного лишь: с как.

****

Услышав почти забытое, а скорее даже и затертое временем свое-его же детское прозвище, София молниеносно оторвала взгляд от машины, взглянув на приближающегося к ним с Кариной парня, и тут же изменилась в лице. Скосив сначала шокированный и ошарашенный, а затем и злющий, почти что и яростный взгляд с прищуром и чуть дергающимся от нервов уже и правым глазом с него на подругу и обратно. Не без истерической улыбки для себя отмечая, понимая и принимая же всю иронию происходящего, а именно — прибытие и приближение же к ней сейчас таким вот не смешным образом ее же смерти.