Милая затворница - Виктория Дал

– А больше он ничего не сказал?

Девушка покачала головой:

– Нет, только то, что кобыла выздоравливает.

– Благодарю.

– Миледи, может, позвать вашу служанку?

– Нет-нет, не надо. Иди спать.

Алекс закрыла дверь и прислонилась к ней со вздохом облегчения. Квини выздоравливает. Наконец-то… Несчастная кобыла с каждым днем угасала, после того как родила мертвого жеребенка в конце весны. Главный конюх хотел умертвить и ее, но Алекс приказала подождать еще неделю и посмотреть, не оправится ли она, хотя надежды было мало.

Алекс улыбнулась и направилась к гардеробу, чтобы надеть старые бриджи. По крайней мере, эту ночь она проведет, не думая о Коллине Блэкберне.

– Кто вы? Привидение?

Алекс замерла с гулко бьющимся сердцем. Она напряженно вглядывалась в темноту, с трудом распознавая силуэты знакомых предметов, пока не заметила тлеющий кончик сигары.

Внезапно светящееся пятнышко пришло в движение, и вскоре она услышала чьи-то шаги по траве.

– Нет, кажется, не привидение. Я слышу ваше дыхание.

Тут Алекс узнала мужской голос и немного расслабилась.

– Мистер Диксон, что вы тут делаете?

– А что вы делаете здесь в такой час, леди Александра?

– Я?.. Видите ли, мне надо… проверить кое-что.

– Проверить?

Алекс кивнула и поплотнее запахнула накидку. Ей не хотелось, чтобы ее увидели в таком наряде, но она не собиралась надевать платье для посещения стойла.

– Леди Александра, боюсь, я нечаянно помешал вашему… тайному свиданию. Простите меня.

Сделав еще несколько шагов, Алекс наконец-то увидела Роберта Диксона.

– У меня вовсе не свидание, – ответила она. – Дело в том, что одна из моих кобыл заболела. Я хотела проведать ее, вот и все.

Роберт бросил сигару на землю, и Алекс увидела, как огонек потух под каблуком его ботинка.

– Вы не боитесь выходить одна ночью из дома?

– Это мой дом.

– Да, конечно.

– Я…

– Леди Александра, позвольте мне по крайней мере проводить вас до конюшни.

– О, не знаю. Я полагаю…

Он протянул ей руку, и Алекс, немного помедлив, подала ему свою. Его зубы сверкнули белизной в лунном свете, когда он улыбнулся.

– Вам часто приходится выполнять свои обязанности в такое время?

– Нет, не часто. На самом деле конюх мог бы обойтись без меня, но я решила лично убедиться, что все в порядке.

– Ваш брат страдает из-за вашего самовольного поведения.

– В самом деле?

– Да, немного.

Алекс отбросила столь обидное предположение. Почему Харт должен страдать?

– Полагаю, что я вполне самостоятельная женщина, и это ни для кого не сюрприз.

– Некоторым мужчинам даже нравятся волевые и решительные женщины.

– Вы имеете в виду себя?

– Да, вы правы.

Когда он остановился, Алекс невольно вздрогнула. Ее часто целовали в Лондоне, и потому она легко могла распознать, когда мужчина хочет ее поцеловать. И она не ошиблась. Роберт наклонился к ней, и его губы коснулись ее губ. Однако Алекс не испытала никакого волнения от его поцелуя.

Диксон же, казалось, воодушевился. Он обнял ее покрепче и снова поцеловал. От него сильно пахло сигарами, но Алекс, заставив себя проигнорировать этот запах, попыталась ответить на его поцелуй со всей возможной страстью, в чем, по-видимому, преуспела, потому что Роберт еще крепче прижал ее к себе.

Наконец, прервав поцелуй, он пробормотал:

– Что… что на вас надето?

Алекс заморгала и, упершись ладонями ему в грудь, немного отстранилась. Но Роберт вдруг распахнул ее накидку, прежде чем она успела остановить его. Какое-то время он в изумлении таращился на ее наряд, потом снова привлек ее к себе; причем на сей раз ладони его прижались к ягодицам девушки.

– Что вы делаете? – прошептала Алекс, но в следующий момент он впился поцелуем в ее губы так, что она едва не задохнулась.

Алекс попыталась отстраниться, но Роберт прижал ее к себе с такой силой, что она ощутила его возбужденную плоть. Он застонал и еще крепче сжал пальцами ее ягодицы. Внезапно он отпустил ее, и Алекс вздохнула с облегчением, но оказалось, что Диксон хотел просто выдернуть рубашку из ее бриджей. Секунду спустя он снова прижал ее к себе, и Алекс в ужасе поняла, что не способна воспротивиться мужской силе. Диксон мог овладеть ею прямо здесь, повалив на землю, а она при всем желании не сумела бы оказать ему сопротивление.

Когда рука его проникла под ее рубашку, она закричала:

– Не смейте! Что вы делаете?!

– Боже… – простонал он, касаясь влажными губами ее губ.

Алекс поморщилась и отвернулась. «Что же делать? – думала она. – Что делать?» Конечно, можно было бы закричать, но ей очень не хотелось, чтобы ее застал в такой ситуации кто-нибудь из гостей или кто-то из работников.

– Мистер Диксон, пожалуйста, отпустите меня.

Роберт ухмыльнулся:

– Ох, я знал, что ты горячая девица, но не представлял, до какой степени. – Он провел ладонью по ее спине, затем рука его скользнула к ее груди.

– Отпустите меня! – прошипела Алекс и изо всех сил оттолкнула Диксона.

Он отступил на шаг и увлек ее за собой, так что она упала на колени прямо на острые камни. Почувствовав боль, Алекс вскрикнула, но тут же забыла о боли, сообразив, что грудь ее обнажилась – пальцы Диксона по-прежнему придерживали подол ее рубашки.

Увидев обнаженные груди девушки, Диксон глухо застонал и принялся расстегивать пуговицы на своих брюках.

– О, Александра, сними же рубашку, – пробормотал он. – Я хочу целовать твои груди, хочу ласкать их губами.

– Вы с ума сошли! – Алекс рванулась в сторону и попыталась встать на ноги.

– Куда ты?

– К моему брату.

– К брату? – Отпустив Александру, Диксон посмотрел на нее с искренним удивлением. – Но ты не можешь оставить меня сейчас…

Брюки Диксона были уже расстегнуты, и Алекс вдруг увидела его возбужденную красную плоть. Ее страх тотчас же сменился гневом, и она процедила сквозь зубы:

– Я позволила вам только один поцелуй, а вы… вы набросились на меня.

– Набросился?.. Вы оказались здесь среди ночи и начали флиртовать с первым встречным мужчиной. К тому же на вас… на вас мужские бриджи, и вы даже не надели нижнюю сорочку! Нечего прикидываться скромницей!