Милая затворница - Виктория Дал

– Видите ли, леди Александра, – проговорила она на безупречном английском, – вы не убедили меня в том, что вам так уж необходимо посетить эту ярмарку.

Алекс улыбнулась – служанка выбрала очень подходящую тему для разговора.

– Мне совершенно необходимо посетить ярмарку. Хотя я знаю, что это не совсем прилично.

– Разумеется, неприлично! Ведь герцог не позволяет нам так свободно разъезжать повсюду. – Даниелла едва заметно кивнула, давая понять, что все идет по плану.

Александру охватило радостное возбуждение – Коллин смотрел на них во все глаза. Сделав вид, что не замечает его, она с улыбкой сказала:

– Но я теперь могу делать все, что захочу. Моя репутация погублена, и мне уже нечего больше терять.

Даниелла опять засмеялась – на этот раз вполне искренне, – и Алекс присоединилась к ней; она по-прежнему делала вид, что не замечает Коллина. Ее спутница наклонилась к ней и тихо сказала:

– Мистер Блэкберн с вас глаз не сводит.

Алекс почувствовала, как екнуло ее сердце.

– Он идет сюда, – сообщила Даниелла.

Алекс закивала и взглянула на ехавший впереди экипаж, моля Бога, чтобы тот двигался быстрее.

– Ах, как медленно он едет, – пробормотала она.

Наконец они пересекли всю территорию ярмарки и выехали на окраину города.

– О Боже! – Алекс глубоко вздохнула. – О Боже, кажется, удалось!..

– Он был ошеломлен, мадемуазель, – сказала Даниелла. – Он даже побледнел, ужасно побледнел!

– Да, верно. – Алекс радостно засмеялась и обняла служанку.

– Я уверена, что он дойдет до неистовства, – заявили Даниелла.

– До неистовства?

– Да, конечно.

– Что ж, очень хорошо, – кивнула Александра. Они снова рассмеялась. – Ты все сделала замечательно, Даниелла. Ты действовала превосходно!

Француженка усмехнулась:

– Не так уж трудно одурачить мужчину.

Алекс кивнула и расплылась в улыбке. Минувшей ночью она долго не могла заснуть от волнения, но теперь почти успокоилась – теперь можно было надеяться, что Коллин поведет себя именно так, как она рассчитывала.

– Да, наш трюк удался, Даниелла, можно и отдохнуть…

– Я постараюсь сделать вас как можно привлекательнее, – сказала служанка. – Так что он не устоит.

– Но несколько недель назад он без труда устоял…

Служанка покачала головой:

– Нет-нет. Думаю, что с огромным трудом.

Алекс посмотрела на нее с удивлением:

– Откуда ты знаешь? Ты же видела его всего два раза.

– Да, верно. Но помните, что ваш кузен предоставлял ему на время одного из своих слуг?

– Так что же?

– Этот слуга говорил, что мистер Блэкберн, должно быть, глаз не сомкнул, потому что утром выглядел просто ужасно.

– Вот как?.. – пробормотала Алекс.

– Да, именно так.

Алекс невольно улыбнулась. Потом вдруг нахмурилась:

– А может, его беспокоило что-то другое?

Даниелла со смехом покачала головой:

– Не думаю, что другое. Скоро вы сами в этом убедитесь.

Коллин сорвал с себя шейный платок и швырнул его на пол. Затем в раздражении топнул по нему каблуком.

– Может, вам нужна помощь? – раздался голос управляющего.

– Черт возьми, где ты был?!

Фергус переступил порог и низко поклонился.

– Я следовал вашим указаниям, сэр. Ведь мы приехали сюда для того, чтобы продать лошадей, верно?

– Да, верно. Проклятие!..

Фергус сокрушенно покачал головой:

– Вот уж не думал, что эта девушка так окрутит вас, сэр.

– Не твое дело, болван! Странно, что она появилась здесь, не так ли?

Управляющий пожал плечами:

– Не знаю, сэр.

Коллин достал из комода галстук. Немного помолчав, спросил:

– Клиент подписал договор?

– Да. Причем с радостью. Он готов ждать потомства от Девила в течение трех лет.

– Дело того стоит, – проворчал Коллин, разглядывая галстук. – Девил – прекрасный жеребец.

Фергус взял у хозяина галстук:

– Повернитесь ко мне, сэр.

– Но я и сам могу…

– Помолчите и повернитесь, сэр. Вы совсем не умеете повязывать галстук.

Коллин вздохнул и повернулся к своему управляющему. Он прекрасно понимал, что Фергус прав – без него ему не удалось бы толком одеться. Кроме того, управляющий чистил его ботинки и гладил рубашки, то есть являлся совершенно незаменимым человеком.

Фергус улыбнулся, явно наслаждаясь беспомощностью хозяина. Коллин же едва заметно нахмурился. Конечно, его управляющий неплохо разбирался в лошадях и умел вести переговоры с покупателями, однако он проявлял чрезмерный интерес к одежде и последней моде. Волосы и борода Фергуса всегда были аккуратно подстрижены, а его костюмам мог бы позавидовать любой английский лорд. Даже французы, приезжавшие в Уэстмор, хвалили его замысловатые галстуки, а француженки улыбались ему и расточали комплименты. При этом все поражались, когда видели самого лорда Уэстмора, одетого, как правило, довольно просто и небрежно.

– Ну вот. Что скажете, сэр?

Коллин повернулся к зеркалу.

– Вроде бы неплохо.

– Я бы даже сказал, превосходно.

– Пусть так, – согласился Коллин, поглядывая на складки галстука. – А что это там блестит?

– Это булавка, сэр. Думаете, такая красота держится сама по себе?

– Но это бриллиант, и я полагаю, что сам решу…

– Желаю приятного вечера, – перебил управляющий. – А теперь я удаляюсь.

– Эй, Фергус! – крикнул Коллин ему вслед, но дверь уже захлопнулась. Ну вот, теперь он к тому же украшен драгоценностями. Но если убрать булавку, то галстук разнижется, и тогда он опоздает на бал. Впрочем, Александра могла и не поехать на этот бал. Более того, она могла уже покинуть Эдинбург.

– Проклятие, – пробормотал Коллин, глядя на мерцающий в зеркале бриллиант. Прижав пальцами галстук, он попытался утопить заколку поглубже, но она снова вылезла наружу, как только он убрал пальцы. – Черт бы побрал этот галстук…

Смирившись, Коллин надел сюртук и вышел из комнаты. Спустившись к карете, ожидавшей его внизу, он еще больше помрачнел. Он не мог даже поехать на лошади, так как опасался, что его черный костюм испачкается. «Какая нелепая ситуация», – думал он, забираясь в экипаж.