Женщина не прощает - Наталья Будянская

— Как платной проститутке, — ответила в его манере.

В комнату вернулась Марина. Мужское нытье слушать надоело. Марина зыркнула на полупустую бутылку «Хеннеси», потом на раскрасневшегося мужа.

— Паша…

— Что?

— Ты утомил гостью своими рассказами.

— Я еще ничего не рассказывал. Ни о рыбалке, ни о нашем последнем пленуме в Симферополе, ни о новогодней вечеринке, где заммэра по экономике так напилась и…

— А давайте пойдем в ресторан, — предложила я, предвкушая тошноту от рассказов, которые меня ожидают.

Марине было неловко, и она всячески пыталась исправить ситуацию.

— Паша устал, он так много трудится на работе… Да и поздно уже. Иди одна, если хочешь.

— Нет, мы тоже пойдем, — заявил Паша.

— Ты пойдешь спать, — зашипела Марина.

— Я не успел рассказать интересные истории.

— Завтра расскажешь, — пыталась Марина успокоить мужа.

— Ладно, оставайтесь, — решила я. — Сама схожу, прогуляюсь.

Семейная пара продолжала выяснять отношения, а я быстро поправила волосы и выскочила из дома. Решила пройтись. Дороги в Ялте оставляли желать лучшего. Благо, депутат выстроил себе дом рядом с пресловутой набережной. Май отличался от нашего и был похож на нормальную весну. С теплым дыханием ветра, красно-желтым закатом, легкими одеждами, встречными улыбками, летящей по ветру музыкой. Я с наслаждением полной грудью вдыхала морской соленый воздух. Какое блаженство жить у моря! За ним убегал в небо синий горизонт, словно коктейль Blue Velvet, синее сапфировое небо мерцало звездами, дышало романтикой, и поскрипывал синий уличный фонарь. Желтый серп одержал победу над тучами и теперь висел в небе как полноправный хозяин.

Ничего, вот достроим наш комплекс, я тоже буду жить как в раю. Встречать рассветы, провожать закаты, кормить чаек и пытаться изобразить на холсте все оттенки морской воды.

Идея съездить и посмотреть на многострадальный «Тезарус» жужжала в голове надоедливой пчелой, но эту мысль я переборола. Порылась в сумочке и достала записную книжку, куда перед поездкой в Крым переписала все нужные телефоны. Набрала домашний номер Петьки, бывшего прораба, скончавшегося при странных обстоятельствах, решила договориться с его вдовой о встрече.

— Алло, здравствуйте, с вами говорит Анастасия Михайловна Ковригина.

— И что?

— Простите за поздний звонок. Вы могли бы со мной завтра встретиться?

— Ради чего?

Недовольный женский голос упорно не хотел идти на контакт.

— Я жена Вадима Ковригина, Анастасия. Ваш муж работал на стройке…

— Поняла уже! Что вам надо?

Мысленно я уже дважды бросила трубку, но заставила себя продолжать разговор.

— Я хочу с вами встретиться.

— Зачем?

— Поговорить.

— О чем?

«Какая упрямая женщина!»

— О смерти вашего мужа.

Повисло секундное молчание. Я сглотнула, ожидая приглашения в гости.

— И что?

— Э-э, простите, запамятовала, как вас зовут?

— Ирина.

— Ирина, ваш муж был здоровый и крепкий мужчина, умер от сердечного приступа на рабочем месте. Вас это не настораживает? Я бы хотела поговорить с глазу на глаз. Как-то неудобно о таких вещах по телефону…

— Вы виноваты в его смерти.

— Я???

— Вы или муж ваш. Заставляли мужика работать по 16 часов в сутки, вот он и не выдержал.

— Мы никого не заставляли, — получалось, будто оправдываюсь. — Есть календарный график, в договоре указано…

— Плевать мне на график! Сгорел Петька на стройке. Вы виноваты!

— Позвольте, Ирина. Обвинять меня в смерти вашего мужа — это клевета, за которую…

— А кто мне мужика вернет? Кто? Вы? Или те деньги, которые ему платили? Они мне его вернут?

Женщина была не из робкого десятка. Да, это не тихая жена Залевского. Это бой-баба, под стать громогласному покойному Петьке.

— Ирина, успокойтесь. Давайте встретимся и поговорим. Я сейчас в Ялте, могу подъехать в любое время, куда скажете. Это не телефонный разговор.

— Видеть вас не желаю!

Я понимала, что в любой момент могу услышать гудки отбоя. Судорожно соображала, чем зацепить эту женщину и увлечь, чтобы продолжить разговор.

— Прошу вас, ответьте на последний вопрос! — взмолилась я.

Трубка молчала.

— Ирина?

Трубка мыкнула.

— Скажите, Петр ранее жаловался на боли в области сердца или на повышенное давление, на отдышку?

Трубка молчала. Я испугалась, что Ирина отключилась, а мне просто не слышны сигналы отбоя.

— Ирина!

— Че орешь в ухо? — отозвалась женщина.

— Простите. Я думала, вы не слышали вопрос.

— Да не помню я такого.

Петькина вдова перешла на миролюбивый тон.

— Он не жаловался на сердце? — переспросила я.

— А мужики че, жалуются на здоровье? Или признаются, где у них болит? Вовек не узнаешь, пока не свалится.

Разговор с Ириной не дал результатов. Хотя отрицательный результат — тоже результат. Получается, что Петра сердце не беспокоило до того дня, пока у него не случился приступ. Надо раздобыть его медицинскую карточку и хорошенько изучить. А если он никогда ни на что не жаловался, в больницу не обращался, что я там увижу? Ничего. Спросить у людей, которые в тот день были рядом с ним? Может, ему, как и мне, подсыпали отраву, и она оказалась смертельной? Для этого надо найти бригаду, всех этих людей. А Вадим говорил, что после смерти прораба там столько работников поменялось. Где их искать? Может, в полиции остались результаты вскрытия, протоколы опроса свидетелей и другие факты, которые послужили бы для меня зацепкой? Но что я скажу в полиции?

С такими хмурыми мыслями добрела до «Интуриста». Новогодние гирлянды у входа сияли и переливались. Май месяц, а у них просроченные украшения. Как в анекдоте. Я почувствовала, как сильно устала. Не привыкла ходить пешком на большие расстояния. Да еще на шпильках. Зашла в ресторан. Посетителей немного, решила остаться, выпить и перекусить.

За столом уткнулась в меню, изучая ялтинские цены. Не успела определиться с выбором, как появился официант.

— С вами желает познакомиться мужчина.

Я поправила кудри, откинулась на спинку стула, захлопнула меню и сделала вид, что не расслышала:

— Бутылку шампанского и порцию пломбира с растопленным шоколадом.

— Какое шампанское предпочитаете? Есть «Советское», «Крым», «Золотая Балка», «Одесса», «Французский бульвар», «Артемовское», «Магнат»…