Родная душа - Мэхелия Айзекс

Фрэнк обернулся и посмотрел на нее. Элис нашла в каюте фен и, высушив волосы, снова заплела их в косу. Не осталось и следа от той страстной женщины, которую он целовал на яхте.

– Я попрошу мистера Джентри вызвать такси. – Она сделала паузу и одарила Фрэнка уничтожающим взглядом. – Я не хочу, чтобы у мисс Тайлер сложилось неверное представление о моем поведении.

– Вы полагаете, что, вернувшись одна, будете совершенно чисты в ее глазах?

Сейчас Фрэнк вспоминал эти свои слова с чувством омерзения. Ему не надо было вообще ничего говорить! То, что произошло между ними, – полностью его вина, а последним высказыванием он как будто переложил часть ответственности на Элис...

– И когда ты вернешься? – Дина не отступала; ему показалось, что она хищно облизывает губы, неотрывно глядя на его рот голодным взглядом. – Скажи хотя бы приблизительно! Я хотела бы, чтобы мы поженились в декабре.

В декабре? Фрэнк скривил губы. Пятнадцатого декабря будет как раз восемнадцать месяцев с тех пор, как умер его отец. К тому времени Дине уже исполнится сорок пять...

– Хорошо, – ответил он, пытаясь убедить себя в том, что тошнота, которую он внезапно ощутил, от несварения желудка, а не от отвращения, которое он испытывал сейчас к самому себе.

Разве не эта женщина разрушила когда-то его брак? Любой нормальный мужчина на его месте убил бы ее!

– Так ты согласен? Мы действительно сможем пожениться в декабре?

Дина, казалось, не могла поверить, что он уступил. Фрэнк и сам не ожидал от себя такого ответа, но, отгоняя прочь сомнения, решительно заявил:

– А почему бы и нет? Мы могли бы превратить это в двойной праздник. – И, увидев в ее глазах недоумение, добавил: – Ведь твой день рождения в конце ноября, я правильно помню?

Лицо Дины прояснилось.

– О! Конечно. – Она нежно провела пальцами по щеке Фрэнка, а потом погрузила их в его темные густые волосы. – Дорогой мой, ты сделал меня такой счастливой' Я непременно через несколько недель вырвусь к тебе в Чикаго. После всего, что произошло, мы просто обязаны купить кольца!

Фрэнк улетал утренним рейсом. Он попросил Дину не провожать его, и она сдержала свое обещание. Очевидно, рассчитывала, что он сам зайдет попрощаться к ней, но Фрэнк решил устроить себе передышку. Сегодня он с трудом вылез из постели, потому что накануне вечером страшно напился. Причем в одиночестве!

Такое случалось с ним нечасто, и всякий раз он клялся себе утром, что это больше не повторится. Тем не менее иногда это все-таки повторялось и, что самое неприятное, именно в тех ситуациях, когда требовалось принимать какие-то решения! Ничего не оставалось, как обещать себе, что уж теперь-то точно в последний раз...

Элис он не видел с тех пор, как они расстались на пристани. Откровенно говоря, Фрэнк так и не понял, почему она оттолкнула его тогда на яхте. Он мог бы поручиться, что Элис тоже хотела его. И вдруг обдала таким холодным презрением... Тогда он сел в свой «ягуар» и уехал, ничего не пытаясь выяснить, чувствуя себя полным идиотом, а теперь злился на девушку за то, что она превратила его жизнь во что-то непонятное.

А впрочем, Элис тут ни при чем, подумал Фрэнк, вглядываясь в сияние огней внизу, когда самолет заходил на посадку в аэропорту Чикаго. Он прекрасно знал, что сам запутал свою жизнь и метался из стороны в сторону в поисках выхода задолго до того, как познакомился с Элис Прайд. Просто раньше старался не задумываться над этим...

Но, черт возьми, решит ли он остаться с Диной или нет, ему нужна женщина! Фрэнк вытянул ноги, так как внезапно почувствовал, как тесны стали брюки. Если бы не это проклятое воздержание, он бы пальцем к ней не притронулся! Ну ничего. Он возвращается в Чикаго, и скоро все придет в норму.

После разрыва с Люси ему недолго пришлось мучиться в одиночестве. Даже исключая подружек, которые беспрестанно менялись, за любым углом были понатыканы эскортные агентства. И Фрэнк не испытывал никаких сложностей в удовлетворении своих потребностей, как только они давали о себе знать. Для мужчины, который не желал никаких обязательств, Чикаго являлся просто идеальным городом.

Тем не менее в этот вечер Фрэнк сидел, бездумно переключая программы телевизора, в уютной гостиной своей квартиры и вспоминал, как они с Элис завтракали на яхте, плавали, целовались...

Полное сумасшествие! Я слишком стар, чтобы влюбиться в кого-нибудь с таким пылом, с досадой подумал Фрэнк. Наверняка все объясняется очень просто: Элис нужна была ему для того, чтобы выйти из депрессии после смерти отца. Но теперь все позади, и скоро он будет вспоминать ту прогулку на яхте с легкой гримасой неудовольствия.