Несносные боссы - Жасмин Майер

– Забирайте, раз оно вам так нужно!

– Если вы останетесь в нижнем белье посреди улицы, мы будем вынуждены вас арестовать, мисс, – сказал офицер. – У вас есть одежда? Оденьтесь и давайте спокойно вернем платье в салон.

Но вся моя одежда осталась в салоне. А Майка уже и след простыл. Возвращаться я не могла, как и объяснить, почему для меня так важно это новое состояние и острое ощущение свободы.

– Вам нужно платье? Вот оно. А я пойду, – ответила я офицерам, вскинув подбородок.

– Тогда вы не оставляете нам выбора, – тяжело вздохнул полицейский и, набрав полную грудь воздуха, выпалил: – Вы имеете право хранить молчание, но все, что вы скажете, может быть использовано против вас…

Меня посадили в патрульную машину, следом швырнули платье и увезли в участок.

И вот я здесь, все еще в платье, и звоню Саре. Выбора у меня нет.

– И что тебе надо, подельница мафии? – спрашивает подруга, едва сдерживая смех.

– Сара, черт возьми! Не шути так. Тут телефон наверняка прослушивается.

– То есть это не шутка? Ты действительно в участке?

– А ты мне до сих пор не веришь?

Я повторила ей о ссоре с Майком и бегство из салона, и то, какую сумму выкупа мне назвал коп.

– Детка, кажется, у нас проблемы, – протянула Сара. – У меня нет таких денег. И у тебя вроде тоже нет. Почему вообще так дорого? Там скидки не предусмотрены?

– Сейчас обойду все камеры и спрошу, нет ли ни у кого в участке скидочной карты. Сара, черт возьми! Побудь серьезной хоть пару минут!

– Да я серьезна как никогда. Но реально почему так много?

– Это счет из салона за платье.

– Сбежавшая невеста за решеткой? Что-то новенькое.

– САРА!

– Не могла платье дешевле напялить?

– В следующий раз обязательно сверюсь с ценником!

– Мисс, у вас последняя минута, – напомнил коп за столом.

– Сара, черт возьми. Я верну деньги! Только надо их сейчас где-то найти.

– Например, можно позвонить одному из своих сексуальных боссов.

– Нет!

– Детка, у меня других знакомых миллионеров нет. И вряд ли они появятся в ближайшее время.

– Я НЕ БУДУ ИМ ЗВОНИТЬ! Лучше сгнию в тюрьме! Сара, найди деньги, пожалуйста.

– Положите трубку, мисс.

– Я буду тебя навещать, детка, – сказала на прощание подруга.

Я коснулась лбом холодной стены.

– Возвращайтесь в камеру, мисс.

Ничего не оставалось, как подобрать юбки и поплестись обратно в камеру. Администратор салона связалась с полицией и сказала, что оно утратило товарный вид и теперь я должна оплатить полную сумму. Она любезно забрала свои обвинения в краже, выставив только счет за само платье. Уверена, она накинула еще сверху. Теперь нужно было заплатить за платье и штраф за то, что я пыталась пройтись по улице в нижнем белье.

Оказалось, что гулять в неглиже по улицам даже дороже, чем выйти замуж. В итоге сумма выкупа набралась приличная.

– А вот и наша Джулия Робертс! – прошамкала бездомная в камере при виде меня.

– И вовсе я на нее не похожа, – проворчала я.

– Волосы рыжие, платье свадебное и кроссовки есть. Значит, похожа. У нас «Сбежавшую невесту» часто в тюрьме крутили.

– Круто.

– Со свадьбы сбежала или у тебя костюмированная вечеринка была?

– От жениха. Хотел развести меня на деньги.

А я повелась. Хорошо, что замуж выйти за него не успела. Боже, какая я все-таки была дура…

– Молодая еще. Значит, есть время исправить ошибки. Меня, кстати, Барбара зовут.

– Меня Эмма. Время, может, и есть, а вот второго шанса мне уже не дадут…

– Первый раз сидишь, да? В первый раз все страшно плохим кажется.

Я перестала ерошить волосы.

– Серьезно? А что здесь можно найти хорошего?

– Халявная еда, например, – улыбнулась гнилыми зубами бездомная.

– Круто, – повторила я.

– Сразу видно, что ты не голодала еще в жизни, – обижено покачала головой женщина.

– Ну скоро начну, судя по всему.

Мы помолчали какое-то время. Тихо тикали часы вдали в коридоре.

– А почему вы здесь оказались? – спросила я Барбару.

Она была в лохмотьях, поверх грязных волос повязан красный платок с логотипом «Кока-колы».

– Хозяин пиццерии обиделся, что я копалась в его мусорных баках. Разве я виновата, что у него такая паршивая пицца, что ее даже бесплатно противно есть?

Я хмыкнула.

– Это где? Чтобы я знала, какое заведение обходить стороной.

– На пересечении Восьмой и Третьей авеню.

– Знаю-знаю! – расхохоталась я. – А ведь там действительно паршивая пицца. Его самого сюда посадить надо было! За то, что он втюхивает народу.

– Вот и я об этом ему говорила, – обрадовалась Барбара. – Но копы все равно меня увезли. Наверное, я им понравилась.

Я расхохоталась.

– А как так вышло, что вы оказались на улице? Если не хотите, то не отвечайте.

– Да в порядке уже. Это давно было, отболело все. У меня в квартире был приют для животных. Собирала собак и кошек с улиц, лечила их, кормила, а жильцы дома стали жаловаться. На вонь и запах. И что нельзя держать в квартире столько. Потом стали угрожать. Я старалась редко уходить из дому, чтобы не оставлять животных одних. Но, разумеется, не могла не уходить совсем. И вот… один раз вернулась, а там зоозащитники, чиновники, копы. Забрали у меня всех, развели по приютам. Больных усыпили… Я, конечно, тогда уже за комнату не платила, вот меня и выселили. С тех пор так и живу, на улице. Теперь никто у меня моих питомцев не отберет.

– Но вы же сейчас за решеткой.

– Пару дней подержат, потом выпустят, – пожала плечами женщина. – Так всегда бывало. И я вернусь к своим, у меня знаешь их сколько? Мы живем вместе под мостом, а иногда случаются облавы, как эта. Но что они могут со мной сделать? Ничего.

– Мне… очень жаль, что все произошло именно так.

– Спасибо, Джулия Робертс, – сказала она с хитрой улыбкой.

К той стороне решетки подошел коп и сказал:

– За вас внесли залог, мисс.

Я подскочила. Вот так Сара, вот так молодец! Как быстро! А говорила никого нет, никто денег не одолжит.

– Прощайте Барбара, вот мой номер, если вдруг захотите отведать действительно хорошей пиццы, звоните.

Она обещала.

Покинув камеру, я подписала нужные бумаги и забрала то немногое, что отняли у меня при заключении под стражу. Телефон и пустой бумажник. А платье и так было на мне.