Чужой, родной, любимый - Елена Соловьева

— Неверные выводы, Анастасия, — заявил чувственным, проникновенным голосом. — Да, я хочу забрать тебя у Макса, но не затем, чтобы отомстить. Ты нравишься мне как женщина. Сводишь с ума…

— Офигеть, как круто! — я поддалась искушению поддразнить его и перешла на сленг. — Вот только я не верю ни одному твоему слову. Слишком безумно звучит подобное признание.

— Сам в шоке, — признался Дэн. Запустил пальцы в волосы и взъерошил, становясь похожим на льва с растрепанной гривой. — Я так долго убеждал себя, что ты тоже мой враг. Рисовал жену Макса стервой и дурой. Продумывал речь и поведение. Но оказался не готов к встрече. Не знаю, что ты со мной сделала.

Желание пригладить его волосы казалось непреодолимым. Напрасно я напросилась на этот разговор. Но приходила-то совсем с другой целью…

— Поступай с фирмой как знаешь, — попросила я уже более сердечным тоном, — хоть разбери все здание по кусочку. Только, пожалуйста, оставь в покое мое сердце. Вернее, все то, что от него осталось. Я взрослая, умудренная опытом женщина, мне трудно поверить в искренность всего того, что ты сейчас наговорил. Прибереги лучше эту речь для Ули. Она точно поверит.

Я поднялась с места и хотела уйти. Но Дэн преградил дорогу.

— При чем тут Ульяна? — спросил с упреком. — Я сейчас говорил о нас. О наших с тобой отношениях. И дальнейших планах…

Он протянул руку, но под строгим взглядом не решился обнять. Надо же, жесткий босс умеет быть мягким, как котенок. Но стоит ли верить? Вдруг это только уловка…

— Нет никаких «нас», — возразила я. — А план есть только у тебя. Пусть не Ульяна, так другая девушка. Вокруг тебя увиваются десятки сотрудниц, выбери любую. А меня оставь в покое. Я буду помогать тебе и скрывать от Макса правду. Но только в той мере, в которой сочту нужным. Не жди от меня полной преданности и тем более любви. Это невозможно.

Я обошла его и направилась к двери. Вернулась за рабочий стол и с тоской посмотрела через стеклянную перегородку.

— Нет ничего невозможного! — произнес Дэн одними губами.

Приподнял кружку с кофе и отсалютовал ей, будто сказал тост. Мне же оставалось лишь позавидовать его решимости и энтузиазму. Он — делец, прирожденный управляющий. За таким хочется идти и слепо верить каждому слову.

Похоже, Дэну удалось найти мое слабое место. Я всегда искала человека сильного, властного, строгого к другим и самому себе. Хотела стать его правой рукой, помогать, поддерживать. Наверное, поэтому и втюхалась в Макса, долго не замечала его недостатков.

И теперь держалась на волосок от того, чтобы второй раз не наступить на те же грабли.

Офис Макса располагался в другой части здания, и мы редко встречались на работе. К тому же в обязанность директора входило общаться с клиентами, налаживать связи, давать интервью. Макс все это трепетно любил — быть в центре внимания. Пока он получал лавры славы, Дэн занимался организационными вопросами.

Рабочие дни пролетали как одно мгновение. Я настолько соскучилась по делу, что сама удивлялась. Дэн замечал мое рвение и хвалил. Макс — все чаще ворчал. Скучал по домашним ужинам и завтракам. Говорил, будто от вещей после химчистки пахнет плесенью. Брюзжал, замечая пыль в доме.

— Мне не успеть всего на свете, — возражала я. — Ты сам решил, что я должна присматривать за Дэном и отгонять от него излишне назойливых сотрудниц. Вместо того чтобы ругать — помоги.

— Ты хочешь, чтоб я взял в руки пылесос? Или, может быть, сковороду и скалку?! — Макс пришел в ужас. — Совсем сдурела?

Избаловался… Так привык, что в квартире чисто, вещи настираны и наглажены, а на столе всегда ждет любимая еда, что воспринимал все это как должное. Когда-то я сама отказалась от помощницы по хозяйству, желая угодить мужу. Но всему есть предел!

— Невозможно работать с десяти до десяти шесть дней в неделю и при этом оставаться домохозяйкой, — возразила я.

Разговор на повышенных тонах происходил на кухне, после напряженного рабочего дня. Дэн в это время пил чай с покупным печеньем и читал книгу. Но не остался в стороне.

— Вообще не понимаю, почему вы живете здесь. При таких доходах можно приобрести загородную виллу или особняк недалеко от центра. Завести целый штат прислуги. И совершенно не париться об ужине и прочих мелочах.

Сдается, он только и ждал, пока кто-то затронет эту тему. Еще бы, взрослым парням тяжело жить в одной квартире с родителями. А тут приходится терпеть папашу-босса и мачеху-секретаршу.

— Это мечта детства! — вспылил Макс. — Когда был беден, поклялся, что когда-нибудь поселюсь в этом доме, на самом высоком этаже. И никуда отсюда не съеду!

— Хочешь — увольняй! — брякнула я. — Но домохозяйкой снова не стану. Лучше устроюсь в другое место.

Это действительно лучший вариант. Мне нравится работать, но я боюсь того, что задумал Дэн. Как любая женщина, хочу семью, хранить тепло домашнего очага и воспитывать детей. А не ввязываться в заговоры.

— А мне ищи новую секретаршу? — возразил Дэн. — Уж лучше пусть будет домработница. Хотя, я не прихотлив в уходе. Могу перебиться на бутербродах и сам постирать рубашки.

Сдается, он сказал это нарочно. Чтобы выделиться в моих глазах на фоне Макса. Искусный манипулятор! Так хорошо держится перед Максом, что не всегда понимаю — говорит правду или лжет.

Да и только лжет ли? Или все дело в том, что я непроизвольно приписываю Дэну черты характера отца? А, может, и вовсе забыла, как ведут себя искренние люди.

Я посмотрела на Дэна и не заметила ничего, что бы указывало на притворство. Взгляд спокоен, поза естественная, зажатая в руке книга не дрогнула.

И все же червь сомнения грыз меня изнутри. Нереально поверить в искренность чувств Дэна. Не может молодой парень влюбиться в «мачеху». Так не бывает! Это неестественно и неправильно…

— Не хочу, чтобы в дом приходили незнакомые люди, — заявил Макс, — Даже если они сотрудники проверенной клининговой фирмы. Но и об увольнении не может быть и речи. Я хочу, чтобы ты, Стася, контролировала Дэна. Он молод и может наделать глупостей, надеюсь, ты понимаешь…

Прозвучало так, будто он все еще говорит о том, чтобы я не позволила Дэну пуститься во все тяжкие. Но на самом деле меня заставляют следить за боссом. Ничего не скажешь, хороший способ дать сыну видимость свободы и при этом не позволить перейти грань дозволенного.

— Ты мне доверяешь в этом вопросе? — искренне изумилась я и скептически приподняла бровь. Дэн занервничал. Поднялся с места и вышел на кухню — якобы подлить чая. Я же не сомневалась: побоялся выдать себя изменившимся выражением лица. Сомневался во мне, так же. как и я в нем.

— Не верю в женскую преданность — в принципе, — цинично заявил Макс. — Но ты, Стася, моя жена и обязана мне многим. Так что будь добра, хорошо выполняй порученную работу и не задавай тупых вопросов. Тебе это не идет.