Смелые мечты - Кэрол Мортимер

Теперь-то она поняла, что Роберт смеется над ней!

В глубине синих глаз Арабеллы сверкнул гнев. Она села за стол и встретилась с ним взглядом.

– Вы хотели со мной поговорить? – снова подтолкнула его к разговору Арабелла, на этот раз холодно.

С его лица не сходило одобрительное выражение.

– Больше узнаешь о человеке, когда встречаешься с ним на его территории, вам не кажется? – с тихой задумчивостью произнес он.

Да, ей так казалось – именно об этом она думала на прошлой неделе, когда наносила ему визит. Правда, Арабелла не ожидала столкнуться с живым воплощением Палфри, но теперь она была уже не так потрясена, и образы двух мужчин больше не смешивались в ее воображении Роберт действительно похож на Палфри, но его цинизм совершенно не напоминал книжного героя: у Палфри было великолепное чувство юмора и он обладал достойными чертами характера, проявлявшимися в заботе о ближних.

Сам факт, что автором этих книг являлся Роберт, говорил о том, что и ему не чужды все эти достоинства; но, так как он их никогда не выказывал, трудно было перепутать этих двоих. Арабелла влюбилась именно в Палфри, Роберт же просто пробудил в ней плотское желание, которого она не испытывала ранее.

– Вряд ли вы проделали такой долгий путь только для того, чтобы дать оценку обстановке в моем кабинете, – с иронией заметила она.

– Вовсе нет, – беспечно признался он. – Вообще-то я отвозил в город Эмму.

Значит, зайти в издательство, которое вот уже пять лет занимается выпуском его книг, просто пришло ему в голову между делом!

Уж не разочарована ли она? Конечно же, нет. Возможно, эти два человека все еще переплетены в ее воображении, несмотря на все старания...

Взгляд его не дрогнул.

– Эмма хочет знать, не пообедаете ли вы с нами, – тихо сказал Роберт.

Эмма хочет знать, а Роберт, видимо, нет!

– Почему? – Арабелла использовала тот же прием, что и неделю назад.

Однако в итоге смутилась она, а не Роберт. Он пожал плечами.

– Не знаю, спросите у нее самой. Желательно за обедом, – добавил он, посмеиваясь.

Как и всегда, он был очень самоуверен.

– Меня уже пригласили на обед, – объявила Арабелла. Слава Богу, так оно и было. Ей казалось, что Роберт легко распознал бы ложь.

Он спокойно встретился с ней взглядом.

– Тогда я предлагаю отказаться от приглашения.

Она набрала воздуху в легкие.

– Боюсь, что это невозможно, – произнесла Арабелла приятным извиняющимся голосом, но внутри у нее все кипело – она знала, что у Роберта трудный характер, но вести себя с таким высокомерием...

– На той неделе вы так внезапно уехали...

Такая резкая смена темы вновь застала Арабеллу врасплох, и она вспыхнула.

– Стелла сказала, что вы повезли Эмму в школу. Я оставила записку, – ответила она, оправдываясь.

– Я прочитал ее, – сухо подтвердил он. – «Спасибо за гостеприимство. Я дам о себе знать». – Роберт в точности повторил содержание. Честно говоря, много запоминать не надо было. Да и что она могла сказать после того, как увидела в комнате у Эммы фотографию ее матери? Похоже, Роберт не имел ни малейшего желания обсуждать эту женщину – это было более чем очевидно, когда Арабелла заговорила о ней в тот день. И еще он дал ей понять, что обсуждать экранизацию Палфри бессмысленно. Учитывая все перечисленное, единственное, о чем без всякого риска можно было написать в записке, – это благодарность за ужин и ночлег, а также обещание, что по приезде в Лондон она напишет или позвонит.

– Так я и сделала, – защищаясь, произнесла Арабелла.

– Вы имеете в виду вот это? – и Роберт достал из нагрудного кармана ее последнее письмо.

Арабелла насторожилась. Письмо означало, что его визит – будто бы для того, чтобы передать приглашение Эммы, – вовсе не случаен.

Интересно, знает ли он, что она видела фотографию? Сказала ли ему Эмма, как Арабелла была потрясена, увидев его жену, и как, быстро извинившись, выбежала из комнаты?

Однако на лице Роберта нельзя было ничего прочитать: он очень искусно скрывал свои чувства.

– Мне не нужен другой редактор, Арабелла, – хлопнув по письму ладонью, жестко произнес он.

Движения Арабеллы стали суетливыми, а румянец смущения, казалось, навечно поселился у нее на лице.

– Да, Стивен молод и, возможно, несколько импульсивен, – она попыталась извиниться за брата, который заявился к Роберту без приглашения, – но он хороший редактор, постоянно набирает опыт, и...

– Я совершенно уверен, что ваш брат – образчик добродетели...

– Этого я бы не сказала, – сухо прервала его Арабелла. Вряд ли некоторые молодые особы, знакомые со Стивеном, согласились бы с ней!

– Ну, скажем так – хорошо справляется с работой, – раздраженно согласился Роберт. Он заметно помрачнел. – Просто мне не требуется новый редактор, теперешний меня вполне устраивает.

Арабелла не могла не встретиться с его пронизывающим взглядом. Ей трудно было и дальше оставаться редактором у этого человека. Слишком много произошло тем вечером, чтобы она впредь могла общаться с Робертом без смущения. И дело не только в фотографии его жены.

Тогда, вернувшись в Лондон, она написала Роберту Мерлину короткое деловое письмо, сообщив о смене редактора Арабелле показалось, что это его обрадует.

Но теперь, глядя на его угрюмое лицо, она поняла, что ошиблась!

– При нынешних обстоятельствах...

– При каких обстоятельствах? – он взглянул на нее, сощурившись.

Он ведь прекрасно знал, при каких. То, что между ними произошло, нельзя назвать нормальными отношениями между автором и редактором – не говоря уже о фотографии!

Арабелла глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки, и сказала, стараясь придать своему голосу как можно более умиротворяющий тон:

– Я уверена, что с другим редактором вам будет лучше...

– По-моему, это уж мне решать, – резко перебил ее он и негромко, но с вызовом добавил: – Вам не кажется?

Нет, ей так не казалось! Арабелла приняла это решение потому, что искренне верила – с этим человеком она больше не сможет работать. После одного-единственного дня, проведенного с ним, оказалось, что она уже неспособна беспристрастно относиться к такой работе – слишком глубоко оказались затронуты ее чувства, чтобы и дальше поддерживать с Робертом чисто деловые отношения. Поэтому она и решила, что будет лучше для всех, если она исчезнет со сцены.

Но Арабелла никак не предполагала, что Роберт придет сюда и начнет оспаривать ее решение!

Отправив письмо, Арабелла целую неделю пребывала в полной уверенности, что Роберт тоже рад такому повороту. Но теперь оказалось, что своим молчанием он только вызвал у нее ложное чувство безопасности.