Миллиардер под прикрытием - Анастасия Зинченко

Вот только ремень, который, по идее, должен был последовать вслед за брюками, оказался в его руках, выдернутый из петель.

— Повернись спиной.

Он?.. Что он задумал?

— Дай мне свои руки.

Я вновь сделала так, как просят. И почувствовала, как мои предплечья оказываются в плену кожи. Артем завел мои руки таким образом, что я могла обхватить свои локти, а его ремень пришелся на середину «связки».

— Черт, как же ты сейчас сексуально выглядишь…

А знал бы он, как мое сердце готово выскочить из груди!

Он мягко подтолкнул к кровати, так и не дав мне повернуться к нему.

И вновь шуршание снимаемой одежды и шелест упаковки презерватива.

Артем позволял мне слушать, но не видеть. И, Боже, это ожидание и картины, что проносились перед мысленным взором, распаляли еще больше!

Я легла поверх покрывала, сжимая кулаки и чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Казалось, что еще секунда промедления, и я начну молить о том, чтобы он прикоснулся ко мне!

И вновь он услышал мои желания.

Схватив за туго перевязанные руки, Тема подтянул меня к краю кровати, вынуждая ощутить под коленями ворс ковра, а груди остаться покоиться на ложе.

Его горячие ладони огладили ягодицы, после прошлись по бедрам, и выше, к сосредоточению моего желания. Я уже была готова принять его. Чуть шевельнув попкой, словно призывая к действию, услышала судорожный вздох.

Трусики были отодвинуты в сторону, и Артем без подготовки ворвался внутрь.

— Да-а!.. — наш полустон-полухрип вышел синхронным.

Я вцепилась зубами в покрывало, а Тема начал вбиваться в меня, как поршень, держась за мои бедра.

Надолго меня и моей выдержки не хватило, первый оргазм сотряс тело, заставив практически закричать. Я уткнулась в кровать, чтобы заглушить собственное удовольствие, но у Темы, видимо, вновь было другое мнение, он наклонился вперед и прошептал на ухо:

— Не сдерживайся.

А после… захватил мои волосы, заставив оторвать голову от покрывала, и вновь начал резко входить, второй рукой держась за собственный ремень, что не позволял мне двигаться.

Я не могла поверить, что это возможно, но уже в следующую минуту вновь отправилась за грань реальности, в этот раз громогласно сообщая, как мне хорошо.

— Черт!.. — за моим стоном последовало несколько наиболее глубоких толчков, и Артем также замер, тяжело дыша.

***

Она вновь удивила меня! Да, я сам просил кружева, но не такие же! Это белье просто кричало о том, что предназначено для услады мужских глаз. Или издевательств над выдержкой?

Моя сразу капитулировала.

Боль в паху стала невыносимой, как только узрел творение гениального дизайнера. Невесомый комплект прямо-таки источал секс. Хотелось овладеть обладательницей, не снимая эти ниточки и паутинки кружева.

Ветта порадовала меня безропотным согласием на эксперимент со связыванием. И вообще ее умение молчать в постели отзывалось приятной истомой где-то глубоко в моем подсознании. Я же помнил, какая она болтушка. Но стоило лишь перешагнуть двери спальни, девушку будто подменяли.

Не знаю как, но она угадывала о моих предпочтениях. Била точно в цель. И это тихое поведение, и стопроцентное послушание, вкупе с интересом ко всему новому делали из журналистки идеальную податливую игрушку.

Наверное, именно из-за этого я и предложил ей завтра составить мне компанию.

— А я могу?.. В смысле, не помешаю?

— Ты же хотела узнать больше о Горелове, вот и предоставится шанс лицезреть его в деле. К тому же, я так и не услышал от тебя вопросов, ответы на которые хочешь получить.

Ветта задумчиво покрутила бокал с вином в руках.

— Мне бы хотелось узнать, что им двигало, чтобы разбогатеть. Я понимаю, что каждый человек в той или иной мере хочет преуспеть, но у Горелова ситуация все же несколько иная. Добиться таких высот так рано — никогда не поверю, что не было особой причины.

Я внутренне похолодел.

Этим вопросом она приковала меня к стулу. И тут же нашла самое слабое место.

Только если представить, что он адресован лично мне, становилось жутко. Эта девушка предлагала вывернуть душу наизнанку. Рассказать про драму, благодаря которой я теперь с такой «любовью» отношусь к ее собрату.

Нет. На этот вопрос она ответа не получит. Ни сейчас, ни позже.

— Еще вопросы?..

— Я ничего не нашла на счет информации о личной жизни Вячеслава Ивановича. Он ведь не женат? Есть ли спутница? Любовница? Несколько? Внебрачные дети?

Да, лучше говорить об этом.

— Насколько я знаю, Вячеслав не моногамный по своей натуре. В его характере обращать внимание и окружать себя красивыми женщинами. Однако детей нет, как ни странно. Впрочем, может, он сам не знает, что где-то бродит его маленькая копия.

— Значит, у него тоже нет постоянной подружки?

Царапнуло слух «тоже».

Она нас сравнивает? Так скоро?

Я прищурился.

Может, девочка действительно не так проста, как хочет казаться. Аккуратные вопросы способны больно уколоть. И попасть в цель.

— Нет.

Ветта кивнула, отправляя в рот аппетитный кусок стейка. Прожевав, она продолжила допрос:

— Общественности известно лишь про несколько фирм, которыми управляет Горелов. А ты знаешь, сколько их на самом деле?

Вот. Теперь она практически прямым текстом заявляет, что знает про наш слух. И включилась в игру «Миллиардер В.И. Горелов». И отличный шанс мне закинуть удочку.

— Почему ты считаешь, что в массы попала не вся информация?

— Мне стало кое-что известно о нем. Но пока не получу подтверждение, не могу с уверенностью говорить, правда ли это.

— Может, расскажешь, откуда информация?

Ветта подмигнула.

— Тайна. Она просила не выдавать ее.

Она. Источник — женщина! Людмила? Ветта связана с ней напрямую?

Однако спрашивать такое в лоб не имело смысла.

Пока хватит неопределенной «ее».

К тому же оставалось непонятным, почему, имея доступ к Славке, эта самая Людочка не направила свои буфера к нему, а решила действовать в этот раз таким сложным путем. Поменяла схему ради страховки? Догадалась, что могла в прошлый раз дать осечку?

— Как скажешь, — я обезоруживающе улыбнулся. — Еще вопросы?

Ветта прикусила вилку.

— У меня много вопросов. Но давай их отложим на потом? Я бы хотела узнать еще о тебе. Все же мы…

— Спим вместе, а друг друга совершенно не знаем?