Здравствуй, сын! - Амелия Борн

- Летти, - хмуро буркнул в ответ, повернувшись к бывшей.

Она вовсю глазела на Матвея, сидящего рядом со мной в буфете и уплетающего бутерброды. И мне этот ее взгляд не нравился.

- Очень неожиданно! - с притворной радостью воскликнула Ви, и вдруг, к моему ужасу, уселась рядом с сыном.

- Не думал, что тебя увлекают детские спектакли, - насмешливо сказал ей, начиная мысленно прикидывать, откуда она могла узнать о том, что мы с Матвеем сегодня отправимся в театр.

Или это взаправду была случайность?

- О, мы здесь с дочерью Ольги, ну, ты помнишь? Я хотела взять ее свидетельницей на нашу свадьбу.

Ни о какой Ольге, черт бы все побрал, я не помнил. А уж болтовня Ви о том, чего ей никогда не светило, вообще всегда выглядела для меня несерьезной. По всему выходило - зря.

Елейно улыбнувшись, Летти повернулась к Матвею. По выражению ее лица я мало что мог понять, но, определенно, нотки какого-то омерзения на нем проскакивали.

Сын же нахмурился и даже отложил недоеденный бутерброд. Черт, надо будет объяснить ему, что никакой свадьбы со всякими незнакомыми ему тетями папа больше не планирует.

- А ты же сын Олежи? - засюсюкала Виолетта, наклонившись и нависнув над Матвеем, как Марина Серра над Адриатическим морем. - Вы так похожи! Ну просто копии!

Сначала Матвей так и продолжал хмуриться, но затем его губ коснулась легкая улыбка. Слова Летти попали на благодатную почву.

- Ви, тебе не кажется, что дочь Ольги может потеряться одна? - процедил я, увидев, что Ви совсем не собирается сдаваться и готова вновь пойти в атаку с новыми вопросами.

- Не кажется, - жеманно протянула она в ответ. И спросила о том, ради чего, вероятнее всего, и затевалось все это знакомство: - А как же мама Матвея? Матюша, вы здесь одни?

Распрямившись, Летти принялась осматриваться, как будто ожидала каждое мгновение увидеть Диану. Интересно, ее имя она тоже знала? Почему-то я даже не сомневался, что да. И мне было очень жаль, что не придушил секретаршу вовремя.

- Одни. Мы только с папой. Мама осталась дома.

- Вот как?

На лице Ви отразилась победная улыбка, словно ей только что достался выигрышный лотерейный билет. Она поднялась и, подойдя ко мне, наклонилась. Мазнула ярко-накрашенными губами по моей щеке.

- До встречи, Олежа. Скоро увидимся.

Говорить при ребенке о том, что видеться с ней я не желаю ни под каким соусом, я кивнул и, дождавшись, пока Летти уйдет, обратился к сыну:

- Ну, что, идем смотреть вторую часть?

На обратном пути я рассчитывал поговорить с Матвеем относительно Виолетты и ее появления рядом с нами, но думал о том, какие же слова подобрать. Впрочем, недолго, потому что сын завел беседу сам:

- А вы с этой тетей хотели пожениться? - спросил он, и я, бросив на него взгляд в зеркало заднего вида, задался вопросом, что именно испытывает Матвей, говоря о Летти.

Кажется, ничего из того, что могло заставить его замкнуться в себе.

- В ее мечтах - да, - усмехнулся в ответ, сосредоточившись на дороге.

- А на маме ты поженишься?

А вот это был вопрос вопросов, но как на него ответить - я не знал. Между нами была огромная пропасть, которая, кажется, разверзалась и разверзалась все сильнее с каждым днем. И как ее преодолеть - я пока не понимал.

- Ты задал очень сложный вопрос… У меня на него нет ответа. Но если бы все зависело только от меня, то…

Я не договорил, да Матвей, похоже, этого не ждал. Он кивнул с совершенно серьезным видом и принялся смотреть в окно.

Но стоило нам только добраться до дома, как сын ошарашил и меня, и Диану. Пока я с улыбкой наблюдал за тем, как сын разувается и прислушивался к его болтовне, гадал, куда пригласить их в следующий раз. И замер, услышав от Матвея:

- А еще мы познакомились с тетей. Она хорошо знает папу. Они даже собирались пожениться, но теперь не собираются. От нее вкусно пахло. Но не так, как от тебя, мамочка, - протараторил сын и посмотрел на меня.

- Иди, вымой руки, - только и ответила на это Ди.

Она мгновенно закрылась еще больше, но я не мог понять, что именно является тому причиной. То ли ревновала, то ли дело было в чем-то ином.

- Может, сходим куда-нибудь через пару дней? - спросил я, переводя тему в безопасное, как мне казалось, русло.

Диана сложила руки на груди и, кивнув на дверь, отчеканила:

- Сходишь с тетей, от которой вкусно пахнет.

- Но…

- Все, Олег. У меня жутко болит голова.

Она подтолкнула меня к выходу, и мне ничего не оставалось, как покинуть их с Матвеем квартиру.

Ревновала ли Диана, или нет, ясно было одно. Пропасть между нами так и продолжала становиться больше, и пока конца и края этому было не видно.