Шалый малый - Екатерина Вильмонт

Как только Вадим уехал на работу, я помчалась в супермаркет, накупила продуктов и быстро приготовила роскошный ужин и обед на два дня. Рассчитывать на длительный восторг по поводу блинчиков из кулинарии было бы, по меньшей мере, наивно. А для меня важнее всего мир в семье. Пока я возилась у плиты, позвонила Настя с сообщением, что ей придется сегодня пойти в префектуру, там возникли какие-то сложности.

– Насть, умоляю, не объясняй, все равно не пойму. Скажи только, есть шанс все уладить?

– Без вопросов! Только это требует времени. Обойдешься с утра без меня?

– Конечно. Я буду в офисе не раньше, чем через часа полтора.

– Хорошо. А я, боюсь, могу и задержаться.

– Не страшно! Тебе ж сегодня торт не сдавать.

Потом позвонила какая-то девушка.

– Вы Полина?

– Да.

– С вами говорит секретарь Аделаиды Тумановой.

Кто такая Аделаида Туманова, интересно знать?

– Я вас слушаю.

– Дело в том, что госпожа Туманова хотела бы пригласить вас на встречу, чтобы обсудить один вопрос.

– Простите, не знаю, как вас зовут?

– Меня? Женя. Евгения.

– Скажите, Женя, кто такая госпожа Туманова?

– Как, вы не знаете Аделаиду Туманову?

– А должна?

– Ну... Неважно... Госпожа Туманова хотела бы, чтобы вы оформили презентацию ее книги.

А, понятно, какая-то писательница, сейчас их как собак нерезаных.

– Это возможно?

– В принципе, возможно все, но о каких сроках речь?

– Полина, я бы просила вас все-таки встретиться с госпожой Тумановой как можно скорее. Она вам сама все изложит, я всего лишь секретарь, и мне велено было просто договориться с вами о встрече.

– Ну что ж, если госпожа Туманова сможет приехать ко мне в офис сегодня до... ну, скажем до трех часов дня...

– К вам в офис? Я должна согласовать этот вопрос. Я вам перезвоню через несколько минут.

Что это за шишка такая? Надо посмотреть в Интернете, но сейчас некогда, все может подгореть... Через десять минут Женя перезвонила.

– Да, Полина, госпожа Туманова будет у вас в половине второго.

– Отлично. Буду ждать.

Мне было любопытно, что это за зверь такой – Аделаида Туманова. Я набрала Настин номер.

– Алло! Поль, что случилось?

– Ты сейчас очень занята?

– Нет, сижу в очереди на прием.

– Ты знаешь, кто такая Аделаида Туманова?

– Первый раз слышу, а что?

Я объяснила ей, в чем дело.

– Нет, не слыхала даже. Посмотри в Интернете.

– Да ладно. Если уж ты не знаешь, то и никто не знает.

Ровно в половине второго позвонила давешняя Женя.

– Полина, госпожа Туманова задерживается, пробки.

– Понимаю. Я в офисе и жду ее.

Чтобы не терять время я позвонила и заказала аспарагусы трех видов – плюмозус, виргатус и аспарагус Шпренгера, из которых я сделаю волшебную воздушную елку. У меня уже буквально чесались руки, так мне хотелось этим заняться, но аспарагусов нужного размера в наличии не было, да и рано сейчас.

Около трех в дверях вдруг появилось поистине сказочное существо. Довольно высокая девушка волшебной красоты, вся в белом. Шубка из белых песцов, белые сапоги на высоченных каблуках, светлые волосы и огромные голубые глаза. То ли девушка, а то ли виденье.

– Здравствуйте! Вы Полина Зацепина?

– Да, – я поднялась ей навстречу, остро чувствуя, как я далека от совершенства. Никогда не видела женщины красивее.

– А я Аделаида Туманова. Очень приятно! Вы позволите присесть?

– Конечно! Располагайтесь. Снимайте шубу, у нас очень тепло.

– Да, спасибо! – она великолепным жестом сбросила шубку на кресло. На ней было опять-таки белое платье из какой-то явно безумно дорогой ткани, подчеркивавшее абсолютно идеальные формы. Ну надо же!

– Полина, я много слышала о вас! О вашем удивительном вкусе... И я бы очень хотела, чтобы вы оформили цветами небольшой зал, где будет проходить презентация моей книги. Это мой первый литературный опыт. И все должно быть очень стильно и изысканно.

– Сделаю все, что в моих силах, вопрос только в том, когда будет презентация?

– Восемнадцатого декабря. Это реально?

– Одну минутку, я посмотрю свои записи. Да, пожалуй, я смогу. Если сегодня же заказать материал... У вас есть какие-то определенные пожелания?

– О да! Все должно быть чисто белым. Только белые цветы! Даже никаких оттенков не нужно. Все снежно-белое...

– Да, вам идет белый цвет.

– Дело не во мне, просто белый символизирует чистоту помыслов... Белый – цвет благочестия...

Так, кажется, меня сейчас стошнит. Но дело есть дело.

– Хорошо. Белый так белый! А может, есть какие-то цветы, которых вы не любите?

– Нет, если они белые! И даже сердцевинки желтые или красные не хотелось бы видеть. Совершенная незапятнанность российских снегов и российской души...

Незапятнанность российских снегов? Я с тоской взглянула в окно. Незапятнанность?

– Я надеюсь, вы меня поняли?

– Конечно. Все предельно ясно, японский траур!

– Что вы хотите этим сказать?

– Белый цвет в Японии считается траурным.

– Но при чем тут Япония? – искренне не поняла Аделаида. Кажется, она даже обиделась. Надо выходить из положения.

– Дело в том, Аделаида, что на нашем профессиональном жаргоне такой стиль называется японским трауром, только и всего.

– А, я поняла, – ослепительно улыбнулась красавица. – Так вы беретесь?

– Да, пожалуй, я возьмусь, но мне сперва нужно взглянуть на помещение, где будет проходить мероприятие, составить смету...

– В расходах не стесняйтесь, все будет оплачено. И когда вы сможете посмотреть помещение?

– Да хоть сейчас можем поехать.

– О, превосходно! Давайте поедем на моей машине, а потом мой водитель вас отвезет. И по Дороге я вам все объясню.

Машина, разумеется, была белоснежная. И внутри тоже. Более того, на водителе был белый вязаный кардиган и белая, тоже вязаная, кепка. А она, похоже, полная идиотка.

– Вы писательница? – поинтересовалась я.

– Ну, так сказать еще нельзя, я только начинаю...

– О чем вы пишете?

– О поисках себя, о незапятнанности русской души, о вечном...