Стихия страсти - Айрис Джоансен

– Господи, Джейн! Гнев и ярость в этом деле не помеха, скорее наоборот. Неужели ты действительно ничего не понимаешь!

– Наверное, не понимаю… – прошептала она, только сейчас по-настоящему испугавшись.

– Оно и видно, – коротко заметил Джейк. – Вообще для девушки, которая объездила чуть ли не полмира, ты на удивление плохо ориентируешься в жизни. Твой дед, должно быть, держал тебя взаперти.

– Да нет же! Просто все произошло так быстро. У меня не было времени на раздумья. Нужно было как-то остановить их, пока бедные птицы не погибли.

Доминик осторожно смазал ранку на губе обезболивающей мазью, осмотрел подбитый глаз и сказал угрюмо:

– А синяк здесь будет неплохой. Мне следовало пристегнуть тебя наручниками, когда мы пошли туда!

– Боюсь, в таком случае я помешала бы тебе заняться более важным делом, чем рулетка, – съязвила Джейн, вспомнив знойную красотку-крупье.

– Что ты имеешь в виду? – удивился Джейк.

– Ничего, – пробормотала она и отвела глаза в сторону.

– Только не лги, Рыжик. Я вижу тебя насквозь. Так что ты имела в виду?

– Ну… Я видела, как ты смотрел на ту женщину, – с трудом выдавила из себя Джейн. – Прости, что нарушила твои планы своей глупой выходкой.

– На какую женщину? – недоуменно спросил Джейк и, вдруг догадавшись, о чем идет речь, насмешливо улыбнулся:

– А… ты, наверное, говоришь о крупье! Но, поверь, у меня не было никаких планов относительно этой сеньориты!

Он бросил использованную салфетку в раковину, открыл флакончик с мазью и начал смазывать синяк вокруг глаза, а Джейн почувствовала облегчение от того, что Джейк даже с трудом смог припомнить, о ком идет речь.

– Она такая красивая, – закинула Джейн удочку еще раз, пытаясь окончательно определить его отношение к мексиканке.

– Красивая? Не сказал бы… Но, конечно, довольно яркая. – Он, прищурившись, взглянул на нее и, насмешливо растягивая слова, произнес:

– Та-ак… Кажется, ты, как и Марк, считаешь, что я не способен и дня прожить без женщины?

– Полагаю, что так думают многие. По крайней мере, те, кто читает газеты, – сдержанно ответила Джейн, отводя глаза. – Хотя, должна признаться, для сатира ты ведешь себя более чем добропорядочно.

– Видимо, поэтому ты решила, что мне не помешает фонарь под глазом? Только не воображай, что я из-за этого собираюсь лишаться любовных утех!

Она скорчила рожицу и дерзко заметила:

– Ага! Жалеешь, что не завязал романа с мексиканкой?

– Так ты еще и смеешься?! – нарочито свирепо прорычал Доминик. – Берегись, как бы тебе не пришлось заменить ее в постели! Ведь мы, развратники, мертвой хваткой вцепляемся в добычу и не привыкли упускать ее из рук.

– Это ужасно, Джейк! Я лучше предпочту синяк под глазом.

– Тебе еще повезло, что я способен шутить после такого вечера. Ведь это была почти лотерея: жить тебе или умереть.

– Господи, а я ведь даже не поблагодарила тебя! – спохватилась Джейн. – Вы с капитаном спасли мне жизнь, и не думай, что я не способна это оценить….

– Я и не думаю. Просто ты была слишком занята петухом, – насмешливо прервал ее Доминик.

– Бедняжка, как тебе досталось.

Джейн осторожно прикоснулась пальцами к синяку на его щеке, а потом внезапно поднялась на цыпочки и нежно поцеловала больное место, Это получилось у нее совершенно непроизвольно, и она тут же, смутившись, отпрянула, густо покраснев.

В глазах Доминика мелькнуло удивление:

– Это твой метод лечения? Очень неплохо. Я тоже, пожалуй, воспользуюсь им.

Он ласково притянул ее к себе, и Джейн невольно задержала дыхание, вглядываясь в глубину его глаз.

– Закрой глаза, малышка, – хрипловато попросил Джейк. – Я проведу сеанс лечебной терапии.

Она послушно закрыла глаза и тут же ощутила легкое, как дуновение ветерка, прикосновение его губ. Словно бабочки, они перепорхнули с ресниц пострадавшего глаза на здоровый, и Джейн почувствовала, что по ее телу разливается блаженное тепло. И как цветок стремится навстречу живительным солнечным лучам, так вся она потянулась к Джейку, завороженная его лаской.

– Этот глаз у меня не болит, – притворно запротестовала она.

– Не мешай, – прошептал Доминик, – это для равновесия, чтобы ему не было обидно. – Губы его с нежностью коснулись ее маленького носика, разбитой нижней губы. – Ну вот, по-моему, ничего не пропустил.

Джейн медленно открыла глаза, не понимая, что с ней происходит. Казалось, ее завернули в тончайший шелк тепла, ласки и невыразимой нежности. Лицо Джейка было совсем рядом, его дыхание касалось ее щеки, темные глаза смотрели так внимательно, словно проникали в самую сокровенную глубину души. Никогда еще Джейн не испытывала ничего подобного. Ее тело словно погрузилось в дремоту, и в то же время она ощущала, что кровь струится по жилам гораздо быстрее, чем обычно.

– Что это? – выдохнула девушка, чувствуя, что все вокруг расплывается, и попыталась сосредоточить внимание на лице человека, ставшего неожиданно таким близким. – Что с нами, Джейк?

Слова разрушили пелену неги, окутывавшую их. Доминик глубоко вздохнул, и глаза его вновь приобрели непроницаемое и насмешливое выражение. Убрав руки, он улыбнулся:

– Моя маленькая невинная девочка! Это волшебный напиток, который называется «секс». Зов природы. Должен сказать, что, несмотря на твой синяк, ты мне очень нравишься.

– И ты мне тоже нравишься, – безмятежно отозвалась Джейн.

Доминик потряс головой.

– Нет, ты совершенно невозможна! – огорченно сказал он. – Запомни, крошка: нельзя говорить мужчинам подобные вещи. Слишком многие захотят тобой поживиться.

Это прозвучало так цинично, что глаза Джейн наполнились слезами.

– Да, я, наверное, глупая. И, уж во всяком случае, не такая, как ты. Я не способна скрывать то, что чувствую. И не желаю делать этого!

Она попыталась встать, но Джейк удержал ее за плечи.

– Знаю, – сказал он, вздохнув. – Но так нельзя, ты должна научиться защищаться!

Джейн на мгновение задумалась и покачала головой:

– Мне не нужна такая защита. Я не могу жить в панцире. Прятаться в раковине и бояться высунуть оттуда голову – это не для меня.

Джейк Доминик взглянул в ее убежденное лицо, ясные, упрямые глаза и пожал плечами.

– Боюсь, что так, хотя это было бы лучше всего. Ну что ж, да поможет тебе Господь Бог, Рыжик! – Он слегка коснулся ее щеки. – А теперь давай-ка позовем Марка и выпьем что-нибудь. Хорошая порция виски, пожалуй, сейчас никому из нас не помешает.