Северная корона. Часть 1 - Анна Джейн

Первым, что узрел вынырнувший из-за углапрофессор, было то, как одна из его любимых студенток-второкурсниц наглосбегает с его лекции за руку с каким-то молодым сорви-головой.

- Карлова! Вернитесь! - прокричал вследстудентке профессор. Он терпеть не мог, когда его великолепные лекциипрогуливали. Да, он разрешал списывать, в лёгкую раздавал пятерки и четверки,но прогулы не прощал. - Карлова! Вы куда это?

Девушка обернулась и, увидев преподавателя,только глаза отвела.

- А как же Шуберт, Карлова?

- Я сейчас вернусь, Викентий Порфирьевич! -только и успела сказать она. - У меня просто тут... Важное очень дело!

- Но что может быть важнее музыки?! - возопилтот, хотел, было, броситься в погоню, но покачал головой и направился ваудиторию, из которой выглядывали студентки.

- Доброго дня, милые феи, - фривольнопоприветствовал их преподаватель. - Готовы к погружению в прекрасный мирШуберта?

- Готовы, - нестройным хором отозвались те.

- Всегда готовы, сэр, - прокричал весело одиниз парней-музыкантов.

- Отлично! - просиял Викентий Порфирьевич,которому польстило обращение "сэр". - Погрузимся все вместе! А куда,кстати, Карлова побежала?

- Не знаем, - пожали плечами те и все тем женестройным хором сообщили. - К ней вроде бы ее какой-то друг пришел и забрал.

- Сюрприз хотел сделать, - вставила романтичнонастроенная Надя, все еще ошибочно полагая, что их Марта обзавелась другом.

- Вот как? Ну что ж, проходите к своим местам.Начинаем лекцию!

"Вот уж эта девчонка! - при всей своейлёгкости характера и добродушии, Викентий Порфирьевич был человеком легкоранимым и чрезвычайно обидчивым. Побег Марты расстроил его до глубины души. -На экзамене я ей покажу, что такое линять с моих лекций. Все про гений Шубертазаставляю рассказать".

А Марта, не подозревая о детской обидепреподавателя истории зарубежной музыки, уже выходила из здания консерватории,раздраженная, слегка испуганная (а кто бы не испугался, когда взрослый, почтинезнакомый парень потащил тебя за собой в непонятных целях?), но отчего-то ещеи заинтригованная происходящим.

- Ты ведь помнишь дорогу? Визуально? - спросилСаша, ведя ее к своей серебряной машине. Марта пожала плечами, поняв, чтоспорить с бывшим сестры - дело заведомо гиблое. Она гадала про себя: неужелиАлександр до сих пор что-то чувствует к Нике? Видимо, да, раз ведет себя такнастойчиво.

- Ну да, вроде бы помню, - отозвалась девушка.- Это недалеко отсюда. Кажется...

- Отлично, проводница.

Девушка хмуро взглянула на него снизу вверх, нопромолчала. Они без слов сели в автомобиль. Марта по привычке полезла на заднеесидение, но Александр жестом показал ей, чтобы она пересела на переднее, рядомс ним.

Они проехали буквально пару метров, как"БМВ" остановился и Саша выключил зажигание.

- Думаю, правила игры требуют, чтобы я купилНике цветы, - сообщил он Марте. - Помоги выбрать.

- Да не надо ей ничего!

- Выходи.

Девушке пришлось вылезать и вместе сАлександром топать к цветочному павильону, где ими был приобретен букеттемно-красных, почти бордовых роз в количестве двадцати одной штуки. Саша вцветах, действительно, не разбирался и единственным его критерием был лишьодин: чтобы цветы не выглядели дешевыми.

- Держи, - вручил Саша прозрачной упаковку срозами Марте. - Мужикам по улицам с цветами ходить некайфово.

"Твоему мозгу некайфово функционировать, ясмотрю", -= рассерженно подумала Марта, одновременно вдыхая аромат роз.

Они вновь продефилировали к машине, и закороткую дорогу девушка с огромным букетом в руках не раз и не двапочувствовала на себя взгляды проходящих мимо женщин и девушек: слегказавистливые, удивленные, мечтательные. Затесавшийся среди переходящей дорогутолпы белокурый паренек в обтягивающих ярко-голубых джинсах одарил Мартувзглядом таким злобненьким, что она, не удержавшись, фыркнула, зато на Сашу онбросил взгляд мечтательный и мягкий, достойный взора влюбленной девицы.Внимательный Александр уловил взгляд, и на его лице появилось такое жёсткое,презрительное выражение лица, что Марте показалось, будто Саша был бы очень непротив пожать, как говорится, блондинчику шею в знак своих особенных симпатий.

А вот взгляд Викентия Порфирьевича, который изокна во время недавно начавшейся лекции случайно углядел свою сбежавшуюстудентку в окно, был весьма обиженным.

- Мы тут о Шуберте ведем беседу, а Карлова сцветами прогуливается, - тут же пожаловался он, и все ее сокурсники, сидевшиеоколо окон, моментально повернули головы, дабы воочию убедиться, что препод ненаговаривает. Надя, тоже слушавшая лекцию около приоткрытого окна, Марту тожеузнала и тут же стала размышлять - откуда у ее вечно занятой репетициями,повторениями и разучиваниями подружки появился такой шикарный бойфренд? И розытакие здоровские ей подарил...! Просто блеск!

- Нике понравится? - спросил Саша, садясь заруль. Он был доволен - ведь скоро, наконец, увидит глупышку Нику. Врожденноеупрямство в очередной раз ему помогло.

- Наверное. - Отвечала Марта. - Но ей непонравится, что ты ее нашел.

- Чего вдруг? - завел во второй раз двигательпарень.

- Я же сказала по телефону, что ты тогдапричинил ей много боли и...

- Сестренка, я все помню, что ты сказала потелефону, - покровительственно перебил ее Саша. - Не начинай заново. И хватитбояться, что я что-то сделаю твоей Нике. Куда ехать?

Марта стала путано объяснять дорогу, чувствуя,что кузина ее убьет.

- Понял, - после некоторых расспросов иуточнений сказал черноволосый. - Кстати, дай мобильник?

Девушка, не зная, что можно ожидать от него,протянула телефон. Саша, продолжая рулить, перепроверил номер телефона Ники,попробовал еще раз дозвониться до своей бывшей любимой, вновь не смог и положилмобильник Марты в бардачок.

- Чтобы ты случайно не отправила ей сообщение отом, что мы едем, - весело объяснил он свои действия опешившей от такогонаглого беспардонства девушке.

- Но...

- Тихо-тихо. Так, сейчас доезжаем до поворотана Пушкина?

- Вроде бы, да. Но Ника...

- Все будет хорошо.

Саша включил радио, тем самым давая понять, чтоне собирается дальше слушать ее возражения. В колонах зазвучала известнаяхмурая песня из репертуара "Радио Шансон" о нелегкой доле отбывающийнаказание в специальном исправительном учреждении, находящимся где-то в далекойСибири.