Помоги остаться с тобой - Джанис Мейнард

– Подожди. Остановись.

Она проигнорировала оклик и пошла дальше. В горле стоял ком. У нее есть сорок восемь часов, чтобы решить, сможет ли она выдержать предстоящее испытание.

Неожиданно сильная рука схватила ее за плечо и развернула. Лизетт увидела перед собой Джонатана.

– Извини, – сказал он. – Я впервые оказался в подобной ситуации и не знаю, как себя вести. – Он снял с нее очки и вытер слезы.

– Отдай. – Она попыталась выхватить у него очки, а когда не получилось, сердито посмотрела на него. – Просто делай вид, будто ты женишься по обычному поводу, – с сарказмом произнесла она.

Джонатан устремил на нее сосредоточенный взгляд.

– Лизетт, я тебе нравлюсь?

– Нечестно задавать такие вопросы, – буркнула она, забирая у него свои очки. – Я хочу есть. А ты езжай на свою встречу.

Его губы изогнулись в улыбке.

– Ты мне очень нравишься, Лиззи Стэнхоуп. Уже давно. Если честно, я раз пять едва не приглашал тебя на свидание, но потом отказывался от этой идеи, потому что не знал, как ты к этому отнесешься. Ты умная, веселая. Мне приятно в твоем обществе.

Это признание немного успокоило Лизетт.

– Извини меня, – смущенно проговорила она. – Тебе надо ехать. Ты опоздаешь на встречу.

Джонатан чертыхнулся, затем наклонился и крепко поцеловал ее. От этого сладостного поцелуя у нее закружилась голова и бешено забилось сердце.

– Это надо считать извинением? – с трудом выговорила она, когда он оторвался от нее.

Он усмехнулся:

– Не знаю. А у меня получилось?

– Да. Только не жди, что каждый раз, когда мы поссоримся, тебе будет так легко задобрить меня. – Лизетт вдруг ощутила, как ей нравится пикироваться с ним. – Ладно, – махнула она рукой, – занимайся своим бизнесом. Я не сержусь на тебя. Я представляю, как сложно бизнесмену оторваться от дел на целую неделю.

Джонатан посмотрел на часы:

– Увидимся утром.

– Вряд ли. Ты не единственный, у кого есть свои планы.

– Тогда до субботы? Встретимся у здания суда? В два?

– Да.

Он снова поцеловал ее.

– Спасибо, Лизетт. Клянусь, ты не пожалеешь.

Пятницу Лизетт и Ребека решили посвятить покупке платья. К счастью, Ребека обожала читать глянцевые журналы для невест и смотреть шоу из серии «Давай поженимся». В девять утра, когда она заехала за Лизетт, у нее был готов список салонов для новобрачных.

Через сорок восемь часов после посещения юридической конторы Джонатан стоял у здания суда. Лизетт опаздывала. Не сильно, но все равно достаточно, чтобы его охватила тревога.

– Ты очень красивый, – сказала Мэйзи, поправляя платок в нагрудном кармане его пиджака. – Понимаю, вам хочется провести медовый месяц вместе, но мне не нравится, что вы уезжаете. Я буду постоянно дергаться. Дай слово, что будешь звонить мне.

Он чмокнул ее в лоб.

– Обязательно.

– Кажется, прибыла невеста, – торжественно объявил Джей Би.

Джонатан резко повернулся. Из машины сначала выбралась Ребека в элегантном зеленом платье без рукавов. А вслед за ней появилась Лизетт. Ее подвенечный наряд, не обыденный и не пышный, как нельзя лучше соответствовал гражданской церемонии. Кружево цвета слоновой кости подчеркивало красоту ее кожи, а корсаж без бретелей – красивую форму груди и тонкую талию. На ее губах сияла уверенная улыбка.

Джонатан почувствовал, как его отпустило напряжение. Слава богу, она не передумала.

– Наконец‑то ты здесь. Для меня это главное.

Когда их вызвали в зал, все заняли свои места, и небольшое помещение наполнил звучный голос судьи. «Согласен ли ты взять… Клянешься ли ты…» Когда дошло до «в горе и в радости», Лизетт сжала руку Джонатана. Он ответил на ее пожатие. Ему все еще с трудом верилось в то, что она согласилась на его план, и он был искренне благодарен ей за самопожертвование.

Когда дошла очередь до колец, Джонатан ощутил укол совести. Вчера он так углубился в дела компании, что напрочь забыл о кольце. Но вспомнил сегодня утром и достал из сейфа маленькую печатку, которая когда‑то принадлежала его прадеду. Так как печатка предназначалась для ношения на мужском мизинце, кольцо должно было подойти Лизетт по размеру. И сейчас, надевая кольцо на безымянный палец ее левой руки, он ожидал увидеть в ее глазах упрек. Но увидел радость, что стало для него благословением.

– Объявляю вас мужем и женой. Жених, можете поцеловать невесту.

Итак, они теперь женаты.

Джонатан нежно поцеловал Лизетт Стэнхоуп, ставшую его законной женой, а когда отстранился, на них посыпались поздравления. На этом церемония и закончилась. Мэйзи и Джей Би предложили подвезти Ребеку до дома, а новобрачных уже ждала машина до аэропорта.

– Нам пора, – первым стал прощаться Джонатан.

Все обнялись. Он сел на заднее сиденье, вслед за ним в машину забралась Лизетт. Его жена…

Он откашлялся.

– Тебе не жарко? – спросил он, направляя в ее сторону поток воздуха из кондиционера.

– Все отлично, – ответила Лизетт.

Хотя три последних года они работали в тандеме, а знали друг друга значительно дольше, сейчас она казалась Джонатану совсем чужой. О чем с ней говорить? Как себя вести?

К счастью, путь до аэропорта занял меньше получаса.

– Думаю, ты получишь удовольствие от перелета, – сказал он. – У нас не будет пересадки в Атланте или в Майами. Мы полетим на бизнес‑джете со своим экипажем… из двух пилотов и одного бортпроводника.

Пока командир судна проводил предполетную проверку, им подали шампанское и английские бисквиты. Затем, когда самолет встал на маршрут, был сервирован обед. Так прошел час. Наконец бортпроводник попросил прощения и удалился в небольшую каюту в хвостовой части. Джонатан и Лизетт остались одни.

Лизетт откинула спинку кресла, подложила под голову подушку и закрыла глаза. Пока она спала – или делала вид, будто спит, – Джонатан размышлял. Их медовый месяц начинается не очень удачно. Неужели это взаимное отчуждение сохранится и в ближайшие семь дней? Он‑то надеялся, что они получше узнают друг друга и их отношения перейдут на более интимный уровень.

Не зная, чем занять себя, он достал из кармана на кресле «Уолл‑стрит джорнал», однако финансовые прогнозы и аналитика увлекли его всего на несколько минут. Тогда он захлопнул журнал и, чертыхаясь, отбросил его в сторону. Лизетт проснулась и села.

– Что с тобой? Даже малыши в полете ведут себя спокойнее.

– Извини, – ответил он, не скрывая своего мрачного настроения.

– Если хочешь что‑то сказать, говори. Ты весь день не в духе. Это из‑за свадьбы?